— Что за рана, можно узнать? — Пришелец заинтересованно посмотрел на Санчеса.
Когда доктор услышал механический перевод, он удивлённо вскинул брови, окинул прибор на тумбочке, но ничего не сказал.
— Не стоит упоминания, — поморщился шериф.
— На корабле есть хороший медицинский отсек. Думаю, с вашим ранением наше оборудование справится быстро, и через пару часов вы забудете о нём.
— Вот видите, доктор Хуан, — осклабился Санчес и, проковыляв мимо доктора, дружески хлопнул его по плечу.
Пока тот соображал, что к чему, шерифа и след простыл. Дорогу же перегородил Луис. Он хоть и молчал, вопрос был написан на лице.
— Жить будет, Луис, — успокоил доктор парня. — Жизненно важных органов не задето. Сеньор Пареха потерял много крови и раздроблена пара костей. Не думаю, что после того, как я его выпущу их госпиталя, у него получится снова бегать за контрабандистами по улицам Санта-Пуэрто.
— Уф, — лицо Луиса неописуемо засияло. — Я ваш должник, сеньор доктор.
И тоже выбежал из палаты прежде, чем доктор Хуан смог что-то сказать в ответ.
* * *
Рамирес с неожиданным спутником недолго кружились вокруг города. Ровно до того момента, как удалось добыть кое-какую одежду посерьёзнее для Ричарда. Часом позже на одной из дальних ферм были украдены две лошади. Хозяева ничего не заподозрили.
Ближе к рассвету оба добрались до дома сеньора Рафаэля. Рамирес попадаться на глаза ему не хотел. Это означало начало неминуемого процесса умерщвления, а жить контрабандист хотел.
По сути, вчерашняя и сегодняшняя неудачи были первыми за всю его недолгую карьеру. Собственно, её можно теперь читать законченной. Пока добирались до места, Рамирес серьёзно подумывал отправиться куда-нибудь подальше от границы, скорее, в Марадону, где у сеньора Рафаэля будет меньше шансов найти проштрафившегося подчинённого. Возможно, сменить имя и род занятий. Рамирес был уверен, что у него это получится. Какое-то время продержаться можно, а там что-нибудь ещё придумается. А вот от спутника стоит избавиться. Пусть познакомится с сеньором Рафаэлем. Это хороший вариант.
Первым знаком, что не всё так хорошо, как хотелось бы, был запах гари, пришедший вместе с лёгким ветерком, дувшим в лицо. Чем ближе подъезжали всадники к дому сеньора Рафаэля, тем явственнее это ощущалось.
И вот последний холмик, с которого усадьба сеньора видна как на ладони. Взобравшись на неё, всадники остановились, уставившись на открывшееся зрелище. Дом перестал существовать. Уцелела одна стена, закопчённая от сильного пожара. Всё остальное превратилось в руины. Кое-где ещё подрагивал огонь, в небо поднимался и уносился вместе с ветерком дым. Его и учуяли.
Людей вокруг не было. Значит то, что произошло, случилось внезапно, и никто не смог спастись. Рамирес поймал себя на мысли, что, в какой-то степени, даже рад такому обороту дела. Теперь не придётся прятаться.
— Cto zeds slucilos? — По вопросительной интонации бывший контрабандист понял, что пришелец о чём-то спрашивает, только вот что.
— Похоже, тут ночью тоже война была, приятель, — сказал он, не поворачиваясь. — Санчес решил тоже зубы показать.
— Smotri!
Ричард указал чуть в сторону от пожарища. Рамирес поначалу ничего не увидел. Только когда пришелец ударил по бокам лошади пятками, и та рысцой направилась к находке, разглядел три тела. Сначала не сами тела, а несколько стервятников, собравшихся в кучку.
Птицы недовольно оставили добычу, когда люди подъехали ближе. Две из них взлетели, третья отскочила на несколько метров и, похоже, не собиралась уходить далеко. Маленькие, еле заметные глаза настороженно следили за людьми, из клюва доносился недовольный клёкот.
— Oni strelyali po domy, — пришелец уставился на Рамиреса, пытаясь угадать, понял тот что-нибудь или нет.
— Странно. Как думаешь, что это означает? Лица незнакомые. Может, это и не наши.
— Oni strelyali po domy, — повторил Ричард, на этот раз поясняя свою версию знаками.
— Думаешь, это они устроили? Да ладно.
На недоверчивый взгляд бывшего контрабандиста Ричард ещё раз жестами показал, как эти люди целятся в дом и стреляют.
— Тут знаешь, какое оружие требуется, чтоб вот такое проделать? Ого-го! Под сотню килограмм динамита, я тебе точно говорю. Я нечто подобное пару раз устраивал, так что перед тобой, можно сказать, специалист.
В следующий момент до Рамиреса дошло, что тот, кто убил этих троих неизвестных, должен где-то быть. Может, даже поблизости. Бывший контрабандист встрепенулся, осмотрелся вокруг. Всё также никого, даже птиц не было, только над головой кружили несколько стервятников, ожидающих, пока живые уберутся восвояси и они продолжат пир.
— Надо убираться отсюда, — сказал Рамирес. — Кто бы это ни сотворил, мне бы не хотелось с ним встретиться.
Особенно, если это люди сеньора Рафаэля. Они могут уже знать о неудаче проводника и встреча с ними, наверняка, будет не совсем дружественной.
Бывший контрабандист слез с лошади и попытался определить, что к чему по следам. Откуда прибыли эти люди, откуда на них напали и в какую сторону напавшие ушли. Чтобы случайно не отправиться в ту же сторону. Следопыт из Рамиреса был ещё тот, но он смог определить, что к чему: сухая земля была хорошо вытоптана. Копыта лошадей отчётливо отпечатались. Будь земля чуть суше, пришлось бы выбирать направление наугад.
— Слышь, приятель? — Бывший контрабандист снова забрался на лошадь. — Ты-то что скажешь?
Пришелец же, словно забыл о напарнике и смотрел куда-то вдаль. Над горизонтом поднимался столб пыли. Кто-то шёл к дому сеньора Рафаэля со стороны Республики Мокарта. И было их много.
— Сматываться надо, приятель, — забеспокоился Рамирес.
Пришелец, наверное, тоже пришёл к тому же выводу. Так что вскоре стервятникам удалось добраться до вожделенной добычи.
Далеко они, впрочем, не уехали. За ближайший пригорок, затаились в кустах. Стало интересно, кто решил пожаловать в гости к сеньору Рафаэлю.
Вскоре они появились. Два десятка всадников, две кареты. Хоть и издалека, Рамирес различил двух женщин, решивших часть пути проделать верхом.
Путь их пролегал чуть в стороне от дома, теперь развалин и, если кто и увидел их, то не обратил внимания. Скорость не изменилась, и никто не отправился выяснять, что здесь произошло.
Можно было немного расслабиться. Раз незнакомцы не проявили интереса к сеньору Рафаэлю, значит, ничего о нём не знают. Стало интересно. Путь их шёл в Санта-Пуэрто, по-другому тут не могло быть. Кроме пары десятков ферм и бывшего контрабандистского особняка в округе больше ничего не было.
