Читаем без скачивания Живой позавидует мертвому - Сергей Зверев

Глава 15

Над Красным морем царила спокойная безветренная ночь. Остров погрузился во мрак. Лишь мелкие тусклые точки нескольких прожекторов пульсировали на горизонте. Кабелеукладчик дрейфовал. Из-за большой глубины якорная стоянка была невозможной. Однако дрейф происходил вдали от наиболее оживленных морских маршрутов данного региона. До места прохода судов через Суэцкий канал расстояние было приличным. Если бы за кабелеукладчиком кто-то постоянно наблюдал, то он бы наверняка предположил, что тот специально избегает встреч с другими судами. А наблюдение так или иначе велось. И его логическим продолжением стала тайная вылазка русских морских спецназовцев.

Кабелеукладчик продолжал дрейф. Мощный прожектор освещал судну путь. Несмотря на источник света, на палубе господствовал полумрак. В носовой части мелькнула едва различимая тень и тут же слилась с чернотой. Это был не кто иной, как Боцман. Оказавшись на палубе, он присел у фальшборта и стал осматриваться. При помощи портативного прибора ночного видения Саблин изучил палубу. Всё выглядело вполне стандартно. Каких-либо препятствий для дальнейшего выполнения замысла не наблюдалось.

Виталий на секунду перевёл дух. Прошло около получаса с того момента, как он и Николай покинули яхту. На подводном мотоцикле они отправились в направлении кабелеукладчика. Когда добрались до цели, Зиганиди остался на дрейфе под водой. Саблин же, оставив ласты и баллоны у напарника, вскарабкался на якорную лапу. Затем по цепи взобрался на судно, которое давно вызывало их подозрение. Преодолев фальшборт, Боцман оказался на палубе судна.

Русский спецназовец поднялся на ноги и продолжил метр за метром обследовать кабелеукладчик. Быстро, стараясь не попасть на глаза вахтенного, он продвигался далее. Повсюду встречались надписи на арабском. Внешне всё говорило за то, что это на самом деле арабское судно. Но одних надписей для окончательных выводов было явно недостаточно. Точно так же не давало однозначного ответа наличие на судне лебёдки с кабелем, которая возвышалась в кормовой части. Всё это вполне могло являться хитроумной маскировкой. Следовало выяснить, что представляла собой команда кабелеукладчика. Естественно, сделать это предстояло отнюдь не путём прямого общения.

В снаряжении Боцмана имелись сверхчуткие «жучки», предназначенные для ведения прослушки на протяжении длительного времени. Именно их планировалось установить в разных частях судна. Оптимальным было их размещение снаружи под иллюминаторами. Казалось бы, совершенно простая задача. Однако таковой она выглядела только на первый взгляд. Ведь на судне находились люди, которые не хотели бы, чтобы их прослушивали.

Саблин обошёл почти весь периметр ходовой рубки, оставляя «жучки». Затем он осторожно пробрался на верхний ярус судовой надстройки к рулевой рубке. Затея была опасной, так как в рубке находился вахтенный. Однако боевой пловец решил не оставлять важный объект судна без «жучка». Он бесшумно опустился, чтобы не оказаться замеченным через иллюминатор, прошмыгнул под одним из них и легким движением руки установил прослушивающий прибор. Сделал он это практически беззвучно. Но в тот самый момент, когда «жучок» прикрепился к обшивке, на палубе раздался глухой звук. Вахтенный заволновался и тут же с кем-то связался. Боцман не разобрал слов, он слышал лишь встревоженный голос. Не было никаких сомнений, что вахтенный вызывает дежурных, и те вскоре начнут прочесывать палубу.

Случайности нередко вмешиваются в замыслы людей, не давая им осуществиться. В данном случае что-то абсолютно не зависимое от Боцмана в одну секунду усилило опасность его пребывания на судне. Кто-нибудь другой на его месте принял бы решение срочно покинуть кабелеукладчик. Однако выполнение поставленной задачи капитан-лейтенант ставил превыше всего. А поскольку набор «жучков» у него не иссяк, об уходе с судна не могло быть и речи. Он собирался завершить их установку вопреки возрастающей угрозе быть обнаруженным.

Виталий живо прикинул, куда в первую очередь выдвинется дежурная группа. Он посчитал, что, скорее всего, это будет та часть палубы, откуда донесся злополучный звук. Поэтому он шмыгнул в противоположную сторону. На палубе уже слышались голоса нескольких мужчин. Судя по тону, они ничего подозрительного не обнаружили. Но их разговор не стихал. Вероятно, они о чём-то спорили. «Сейчас будут обшаривать всю палубу», – смекнул русский. Дотошность дежурных могла сыграть с ним злую шутку. Но он не отчаивался. Вспомнилось, что в кормовой части, прямо под лебёдкой, в несколько рядов стояли катушки кабеля. Не теряя времени, Саблин юркнул туда. Протиснувшись между катушками, он сел на палубу и затаился.

Голоса приближались. Яркие лучи электрических фонарей сновали туда-сюда. Казалось, что их свет вот-вот доберется и до катушек. И действительно, дежурные остановились неподалёку. Один из них принялся светить в проёмы между катушками. Боцман вплотную прижался к одной из катушек в надежде, что его не заметят. Послышался голос, полный подозрения. Кто-то всё-таки намеревался обыскать данный участок более тщательно. Однако в ответ на него прозвучали несколько голосов скептически настроенных мужчин. Русский не понимал языка, но по интонациям догадывался, что самого ретивого дежурного пытаются успокоить его напарники. Судя по всему, им это сделать удалось. Голоса постепенно стали удаляться, а затем и вовсе смолкли.

Выждав некоторое время, Боцман осторожно выбрался из своего укрытия. Тут же еще с большей силой, чем прежде, зазвучали взволнованные голоса, а лучи фонарей ударили буквально в метре от Саблина. Мгновенно среагировав, он быстро отскочил в сторону и затаился у стены. Каплей нащупал пневматический пистолет, готовясь воспользоваться им в случае безысходной ситуации. Дежурные опять находились в нескольких метрах от него. Виталий держался хладнокровно, стараясь не выдать себя. Он никак не мог понять, почему они вернулись. Однако минуту спустя с их стороны раздалось кошачье мяуканье, а следом и смех дежурных.

«Трата-та, трата-та, кто-то взял с собой кота», – с насмешкой и одновременно облегчением подумал боевой пловец. Кот или кошка на борту казались ему верхом несерьёзности. Он даже готов был поверить, что судно, на котором он находился, являлось именно кабелеукладчиком и ничем иным. Впрочем, эти мысли не отвлекли его от дальнейшего выполнения задачи. Боцман подождал, пока всё успокоится. Когда до его слуха стали долетать лишь плеск волн и гул судового двигателя, он направился к входу на жилую палубу.

Боцман украдкой глянул в иллюминатор входной двери. Коридорное пространство было залито тусклым светом дежурной лампы. Никого из членов экипажа там не наблюдалось. Двери кают и кубриков, кроме одной были закрыты. Или кому-то не спалось, или это был дежурный по палубе. Второе предположение несколько обескуражило Виталия. Ведь возникал вопрос: зачем на гражданском судне такие меры предосторожности, как дежурство по жилой палубе? Виталий помедлил, стараясь найти самый лучший вариант действий. Он почти уже решился прокрасться в коридор и расставить «жучки» над всеми дверями, где это было можно. Однако из последнего кубрика (того самого, с приоткрытой дверью) вышел мужчина. Двигался он ленно, словно нехотя. Боцман отпрянул от иллюминатора и прижался спиной к стене. Тихо брякнули смежные двери, которые наверняка вели во вторую часть палубы. Русский рискнул достать специальное зеркальце, поднять его на уровне иллюминатора и рассмотреть коридор. Того, с ленцой, в коридоре не было. Саблин быстро вошел вовнутрь и принялся один за другим развешивать «жучки». Он рассчитывал, что мужик отошёл в гальюн и вернётся оттуда не так быстро. По крайней мере, времени покинуть жилую палубу казалось вполне достаточно.

Повесив «жучок» над открытой дверью кубрика, Боцман собрался спешно уходить. Однако за смежными дверями послышался звук шагов. Двери распахнулись. Бодрствующий член команды вернулся. Помешкав несколько секунд, он зашел в кубрик и закрыл за собой дверь. На коридоре у стены, которую только что прикрывала дверь, стоял Саблин. Он сумел перед самым возвращением матроса исчезнуть из вида и затаиться за дверью. В руке наготове он держал пневматический пистолет, которым снова не пришлось воспользоваться.

В запасе оставалось еще несколько «жучков». Боцман скользнул к дверям, ведущим в следующий отсек. Освещался он еще более тусклой лампой. В узком коридоре отсека виднелось несколько дверей. Что располагалось за ними, сказать было трудно. Это могли быть жилые, подсобные или еще какие-нибудь помещения. Капитан-лейтенант не стал искать ответа на данный вопрос. Он быстро разместил «всеслышащих насекомых» надо всеми дверями. В конце коридора находился гальюн. После секундного сомнения Виталий прикрепил последний «жучок» внутри корабельного туалета.