Фэнтезийным, мать его…
…образом превратился из здорового негра в маленького горбуна и обратно, бывший чемпион не собирался так просто верить в его проигрыш.
Мавр обладал каким-то секретом, какой-то особой силой, с которой нельзя было не считаться.
Вдруг к нему подошла малявка. Прежде, чем Вик успел одернуть ее, она пнула своего похитителя в бок.
Тот даже не шелохнулся.
— Слабак, — хором хмыкнули Вик с Лили.
Прежде, чем успел опомниться, он оказался стиснут в объятьях. Тело малявки еще дрожало от нервов и адреналина.
— Я знала, что ты найдешь меня! — она подняла восхищенный взгляд. — Правда, я клево придумала с мармеладом, а потом с шоколадной палочкой?
Бывший чемпион неопределенно помахал рукой. На месте девочки он рассчитывал бы только на себя и свои силы. Руками, ногтями, зубами — да чем угодно он бы вырвал себе свободу.
С другой стороны использовать свою силу не только ради себя оказалось неожиданно…
— Все равно! — прижалась к нему Лили. — Я знала, что ты все равно найдешь меня. Потому что ты лучший, Братик!
…приятно.
В груди разлилось тепло. Может, из-за того, что к ней прижался сияющий комочек радости. А может, потому что этот комочек был первым человеком за всю жизнь Вика, ради которого он свернул бы горы и осушил моря.
Да и ради себя самого он бы тоже это сделал. В любом случае, для чего-то такого была нужна личная сила.
Влияние, авторитет, власть, деньги — все это было приходящим и второстепенным. Все это можно было заработать в любой момент, пока у тебя была личная сила.
И раньше бывший чемпион думал, что для ее наращивания в этом мире использовали всякого рода сложные механизмы и, возможно, алхимию.
Но то, чем воспользовался мавр, не было ни тем, ни другим. Вик знал это, потому что следил за похитителем еще до того, как тот покинул переулок.
И сделал он это вовсе не из-за шоколадной палочки. Скорее наоборот: Вик стал искать подтверждение своей догадке только после того, как внезапно увидел в безобразном горбуне не безвольного призрака, каким бывшему чемпиону представлялись окружающие.
Он увидел в уродце человека. Настоящего. Все-таки каким бы хорошим актером не был Момонго, он не смог скрыть блеск воли и жажды жизни в своих глазах.
Тогда, скрывшись из вида за поворотом, Вик сразу же вломился в заброшенный дом и забрался на крышу. Оттуда он прекрасно видел огонь, которым вспыхнула кожа горбуна. Который в миг превратился в высокого мавра.
Что это, черт подери, было?
Вик посмотрел на распластавшееся по земле тело негра. Он не собирался уходить отсюда, пока не получит ответ на свой вопрос.
Внезапно по Крысиному базару разнесся звон колокола. Затем ударил еще один где-то вдалеке. Затем еще, но уже в другой стороне.
По одному колоколу на сторону света.
— Это вечер!
Отпустившая его было малявка, тут же вцепилась Вику в руку.
Он не успел спросить, чего ему ждать, как мир вдруг потух.
Их поглотила кромешная тьма.
Где-то вдали, за пределами Крысинного базара, загорелись первые огоньки газовых фонарей, которые усеивали улицы Нижнего Города.
За считанные мгновения свет добрался и до базарных улочек. Конкретно на той, где стояли Вик с Лили, загорелось всего два фонаря, прикрепленных к заброшенным домам. Потому света оказалось не так уж и много.
— Братик!
Обернувшись на голос малявки, Вик увидел… точнее, не увидел тела неудавшегося похитителя.
Только чайная лавка стояла в полусотне шагов впереди, а под ее черным, слившимся с тьмой навесом путеводным огнем горел бумажный фонарик.
— Идем отсюда, — процедил Вик.
Всматриваясь в темые углы, он потянул девочку в противоположную от чайной лавки сторону.
Плевать на похитителя с его секретом. Если это не было чем-то уникальным, значит, Вик еще сможет узнать, что это был за огонь.
Сейчас же он собирался убраться подальше из осточертевшего базара…
— Кто это тут у нас?
Вик с малявкой обернулись на зазвеневший колокольчик.
Из чайной лавки под навес вышло три фигуры. Одна высокая, другая низкая. Третья встала между ними.
В свете бумажного фонаря сверкнула инкрустированная трость.
— Господин Золотой, это тот оборванец, который мокнул вас лицом в…
— Я понял, кто это, кретин! — оборвал пижон своего телохранителя. — Я сказал это для драматичности!
Пока они не виделись, щегол успел поменять свой бронзовый фрак на серебристый. И вытереть лицо от того, во что его мокнул Вик.
Бывший чемпион устало закатил глаза. Не так давно он задумывался над тем, что такому толстосуму, как Золотой, могло понадобиться на Крысином базаре?
Ответ был прост — ничего.
Друго дело — Черный рынок…
В руках пары телохранителей как раз было по кожаному чемоданчику, которых при первой встрече Вик у них не видел.
В голове мелькнула азартная мысль.
Свои покупки бывший чемпион где-то посеял. Но не уходить же с базара с пустыми руками?
— Ты задолжал мне чистый фрак, поганец! — процедил Золотой и взмахнул тростью. — Взять его!
Оставив чемоданы под навесом, пара дуболомов бросились к Вику.
Он с готовностью шагнул им навстречу.
— Братик, бежим! Пожалуйста! — взмолилась вдруг Лили и потянула его назад.
Маленькая девочка за один день пережила столько, сколько некоторым хватило бы на неколько жизней. Но даже после этого она волновалась не за себя.
С уставшего Вика водопадом лился пот. Дыхание после целого дня нескончаемых драк и погонь отказывалось выравниваться, а конечности била мелкая дрожь.
— Слабак…
Стиснув зубы, бывший чемпион развернулся и вместе с малявкой побежал прочь от двух дуболомов.
В этот момент он возненавидел себя за то, что убегал от вызова.
С другой стороны, вызовы были нужны, чтобы стать сильнее. Против него же выступили два тренированных телохранителя с высококлассными боевыми протезами. В драке с ними в своем нынешнем состоянии Вик рисковал не стать сильнее, а протянуть ноги.
— Это здесь слышали шум?
— Того пацана тоже здесь видели!
— Ведите сюда стража!
Мрак улицы впереди разрезали ручные фонари. Раздались скрежет гигантских шестеренок и грохот железной поступи. Каждый шаг отдавался по земле вибрацией.
Из базарной площади на улицу, перекрыв Вику с Лили путь к отступлению, выбежал отряд из десятка легионеров. Следом за ними, грохоча металлом и скрипя шестеренками, выбралась четырехметровая железная махина.
Сгорбившаяся, с короткими толстыми ногами и длинными руками с массивными кулачищами, она напоминала черепаху, спрятавшую голову в панцирь.
Четырехметровую, железную черепаху, выпускавшую на каждом шаге клубы пара.
Там, где у нее могла бы быть голова, находилась открытая кабина управления. Переключая длинные рычаги, в ней хозяйствовал очередной легионер.
— Это Страж! — воскликнула Лили. — Их выпускают только вечером!
Она попятилась и испуганно прижалась к Вику. Он обернулся. Бежавшие за ними дуболомы Золотого при виде законников замерли в нерешительности.
Они с Лили оказались заперты с двух сторон. С одной — цепные псы какого-то злобного богача. С другой — легионеры с механическим чудовищем.
Вик понятия не имел, что из этого хуже.
И, как назло, рядом не было ни одной подворотни или переулка, куда можно было бы убежать.
От отряда легионеров отделился один. В глаза Вика ударил свет ручного фонаря, которым его выхватил законник.
— Никому не двигаться! Вы арестованы за нарушение правопорядка! Медленно встаньте на колени и заложите руки за головы! В случае попытки к бегству мы имеем право…
Кого там имели законники бывший чемпион не услышал.
Трескучий голос легионера заглушил странный булькающий рев двигателя.
Отряд легионеров обернулся на звук. Прежде, чем они успели сообразить, над их головами, оставляя шлейф пара, пролетел мотоцикл.
Схватив малявку, Вик отскочил в сторону. Развернувшись на ходу, рычащий паровой конь взметнул клубы пыли и остановился прямо перед их носом.
