не было. Я очень перепугалась: что делать?
— Давай вызовем скорую? — Рита переживала не меньше меня.
— Да, думаю так будет лучше! — Я взяла телефон и набрала номер скорой. — Вот тебе и навестили дедушку, скорее всего, там и подхватили…
Через минут десять фельдшер скорой осматривал дочурку.
— Собирайтесь в больницу. — Вынесла свой вердикт молодая девушка-фельдшер. — Ребенок очень вялый, высокая температура — лучше быть под наблюдением врачей, тем более была рвота. Поставим жаропонижающий укол и поедем в больницу.
— Хорошо. — Я была готова на все, лишь бы Алиса не страдала.
— Я привезу тебе вещи, ключи оставь от квартиры. — Рита хотела хоть как-то помочь мне.
— Хорошо.
Карета скорой помощи привезла нас в детское отделение. Хорошо что после последнего посещения педиатра я забыла выложить из своего рюкзака документы на ребенка. В больнице нас быстро оформили, вот только мест в палатах не оказалось. Нас разметили в коридоре. Алиса так устала, что уснула у меня на руках.
Пришлось тревожить ребенка, чтобы поставить капельницу. Врачи побоялась обезвоживания маленького организма. Девочка моя тихо плакала, но терпеливо ждала, пока медсестра поставит внутривенную катетер-бабочку. Алиса прижалась к моей груди и негромко стонала. Боже, сколько же стойкости в этом маленьком создании! Возможно, ребенок просто не в силах громко противостоять навалившимся испытаниям. Мои глаза наполнились слезами, как матери, мне хотелось забрать всю боль себе.
В коридоре, на неудобной кушетке, которую застелила сердобольная медсестра, я аккуратно положила Алису. Подключили капельницу, а я следила, чтобы ребенок не зажал ручку.
Несмотря на активную жизнь в палатах и коридоре отделения, я немного задремала, сидя на кушетке и оперев голову на стену. Меня разбудила какая-то вибрация: телефон активно дребезжал в рюкзаке. Арман Тигранович! Черт! Я же не предупредила начальство!
— Алло! — Мое сердце застучало сильнее.
— Агата, ты хочешь меня разозлить?
— Арман Тигранович, извините, пожалуйста, меня с дочерью положили в больницу. Я не смогу работать, можно взять больничный?
— Нет, — резко отрезал мужчина. — В какой вы больнице?
— Как это «нет»? — Не ожидала я такого наглого отказа.
— Какая больница?
— Я на больничном! — И я нажала «отбой».
Что он себе позволяет?! Что значит «нет»? Я не буду его спрашивать! Скинула повторный звонок этого диктатора.
Я думала, этот вопрос у меня решен: отработаю ему эти танцы после нашей выписки. Но все обернулось по-другому.
— Агата Николаевна, вас выписывают, — минут через тридцать ко мне подошла старшая медсестра. — Капельница как раз закончилась.
— Как? — Не поверила я своим ушам. — Мы же только поступили!
— Указание свыше. — Не стала ничего больше объяснять девушка.
— Я буду жаловаться!
— Вас ждут на первом этаже, — приглушенно ответила медсестра на мои возмущения.
— Кто?
— Собирайтесь.
— Я никуда не уйду!
— Нам не нужны проблемы, пожалуйста. — Теперь девушка умоляющие на меня посмотрела. — Все врачебные рекомендации мы вам пришлем на почту, которую вы указали при оформлении.
Не буду же я стоять на коленях и умолять оставить меня в больнице с больным ребенком, это их работа! Не будь дочка в таком состоянии, я бы подняла шум и добилась правосудия. Но я нужна ей здесь и сейчас, рядом, без истерик и скандалов.
Алису аккуратно освободили от капельницы. Со спящим ребенком на руках я спустилась в гардероб. Девочка чувствовала, что я ее одеваю, она то просыпалась, то снова проваливалась в сон. Неизвестность и страх за здоровье ребенка сводили с ума. На выходе меня ждал знакомый бугай из окружения Армана Тиграновича.
12.3
Нас везли по уже знакомому маршруту. Неужели он выдернул меня из больницы, чтобы я просто станцевала этот долбаный танец!? Что за эгоизм? Может, попросить этих дядек отвезти меня домой? Ха! Вообще неперспективная мысль: они сами боятся ослушаться своего хозяина. Мои обида и беспомощность перерастали в злость. Раз никто не может противостоять этому королю, я буду первым бунтарем! Конечно, сначала позабочусь об Алисе.
Снова Бэрримор на пороге стеклянного дома, только теперь нас вели не наверх. На первом этаже в одной из комнат меня встретила женщина лет пятидесяти в белом халате.
— Здравствуйте! Меня зовут Людмила Афанасьевна, я буду вашим лечащим врачом. — Улыбнулась она. — Ваш анамнез мы знаем, и знаем, что ставили капельницу, продолжим лечение и наблюдение.
Рот у меня открылся от неожиданности и удивления. Я осмотрела небольшое помещение и поняла, что все здесь напоминает палату, только дорогую, платную.
— Я Аня, буду вашей медсестрой. — Так просто представилась рядом стоящая девушка лет тридцати.
— Я Агата. — Я так и стояла неподвижно с ребенком на руках.
— Давайте я вам помогу. — Медсестра осторожно взяла Алису и положила на застеленную одеялом кровать.
Без моей помощи, но с почти материнской заботой, девушка раздела Алису. Пока медсестра занималась своим делом, врач смерила температуру девочке бесконтактным градусником.
— Тридцать восемь. — Она повернула ко мне экран прибора. — Немного сбили, это хорошо. Мы всю ночь будем наблюдать, не переживайте!
— Я останусь с ней.
Девушки переглянулись. Сначала я не поняла почему, затем все стало ясно. Через минуту, постучавшись для приличия, зашел дворецкий.
— Вас ждет Арман Тигранович в своем кабинете.
Ждет, значит! Хорошо! Я схожу к нему, чтобы высказать свое отношение ко всему происходящему.
— Хорошо. — Направилась я за своим провожатым.
Верхнюю одежду я оставила в комнате, как и свой рюкзачок, больше вещей у меня не было. Мы с Алисой, как беженцы, скитаемся по разным местам: то два дня ночевали у Риты, на что я не рассчитывала, а сейчас вообще пришлось остановиться у самого Армана Тиграновича.
Мужчина со свойственным ему величием и спокойствием сидел во главе рабочего стола.
— Больничный в рамках договора на обсуждался, — прокомментировал мужчина наше с Алисой присутствие в его доме.
— Вы в своем уме? — Я стояла посреди кабинета и громко возмущалась. — Зачем вы выгнали нас с ребенком из больницы?! Вы думаете только о себе! Чертов эгоист!
— Агата, Агата, не забывайся, придется снова извиняться, — надменно произнес собеседник.
— За что? — Ринулась я к его столу, чтобы прямо взглянуть в эти наглые глаза.
— А теперь трезво подумай и не ори! — Арман поднялся со стула и оперся руками на стол. — Ты хотела остаться с ребенком в коридоре больницы? Или все-таки полноценный круглосуточный уход квалифицированных специалистов — это лучшее решение?
— Но… — Тут даже и возразить нечего, конечно: второй вариант лучше, но осознавать, что он прав не хочется. — Но это же не больница!
— Да, это гораздо лучше! Здесь куда лучше кормят, — потешался мужчина.
— Нет! Мы вернемся в больницу, я не уверена в квалификации ваших врачей, да и
