Сара украдкой бросила взгляд на вновь прибывших. Яркая женщина присела на низкий диванчик, держа спину очень прямо. Ее узловатые пальцы сжимали инкрустированную золотом трость.
Лорд Бальмонт, молодой человек встревоженного вида, обладатель спутанных золотистых локонов и неудачно круглого лица, положил на столик рядом с женщиной опасную шаль, книгу и маленький футляр из красного бархата.
– Вот, тетушка Мэдди. Все в полном порядке. Оставайтесь здесь, а я принесу вам воды.
– Я не стану ее пить.
Сидящая рядом с ней дама смущенно захлопала ресницами.
– Ох, прошу вас, леди Бирлингтон, – произнесла она встревоженным голосом. – Вы должны пить эту воду. Доктор Тамболтон сказал, она вам очень полезна.
– Доктор Тамболтон – глупец, – ответила своенравная леди.
– Этот доктор – один из лучших врачей в Лондоне, – возразил ее племянник. – Не существует почти ничего, чего бы он не знал. Ему известно обо всех больше, чем нужно. Даже о принце.
– Это ничего не значит.
Ее спутница нервно засмеялась.
Леди Бирлинггон сердито посмотрела на нее:
– Ради Бога, Алтея. Тебе обязательно хихикать? Мне приходится слушать этот звук весь день, и меня от него уже тошнит. – Запугав компаньонку, она ткнула тростью в ноги Эдмунда. – Не стой здесь. Принеси мне стакан вина.
– Сейчас десять часов утра, и вина достать невозможно, – возразил племянник. – Да и доктору это не понравится. Он хочет, чтобы вы принимали воды два раза в день в течение двух недель и воздерживались от вина и мяса. И вы сказали, что постараетесь.
– Гм... Это было до того, как я узнала, что эта вода имеет вкус конской мочи.
– Тетушка Мэдди! – воскликнул молодой человек, и лицо его стало таким же красным, как его безвкусный жилет.
Старуха вздохнула:
– Ну ладно! Я выпью немного этой проклятой воды. Только вели положить туда льда. Она и так плоха, а они подают ее отвратительно теплой, как какой-то отвар.
Эдмунд, казалось, испытал облегчение и тут же поспешил выполнять поручение. Его тучная фигура исчезла в толпе.
Как только он ушел, старая карга закутала плечи в сверкающую шаль.
– Вот видишь, Алтея. Эдмунда полезно иметь поблизости, если знаешь, как с ним обращаться.
Тетушка Делфи вернулась в этот момент, сжимая в руке маленький стаканчик. Она слышала, что употребление этой воды разглаживает морщины и проясняет мозги, и поэтому приезжала в курзал каждое утро. Так как ей удавалось с трудом сделать лишь крохотный глоток, после чего она ставила стакан на столик, Сара не ожидала никаких результатов от такого лечения.
Делфи подошла к своему месту рядом с Сарой, но остановилась, увидев вновь прибывших.
– О, леди Бирлингтон! Как поживаете?
– Будь я проклята, это Дельфиния. – Она смерила ее с ног до головы взглядом блестящих голубых глаз, потом посмотрела мимо нее на остальных в зале.
– Не говорите мне, что вы убедили этого вашего олуха-мужа привезти вас в Бат ради развлечения.
– Лангтри умер несколько лет назад, – с упреком ответила тетушка Делфи.
– Правильно. Никогда не могла этого запомнить, что неудивительно. Я знала Лангтри, и хорошо, что вы от него избавились, потому что я никогда не встречала более скучного, неромантичного мужчины, чем он.
Эдмунд вернулся со стаканом воды.
– Пожалуйста, тетушка Мэдди. Мэдди показала тростью:
– Поставь на тот столик. Я делаюсь больной, даже просто глядя на нее. – Она снова повернулась к Делфи и кивнула на стул рядом с собой. – Идите и сядьте, мне смертельно скучно.
– Вы приехали на воды?
– Так думает мой доктор, но на самом деле я здесь для того, чтобы найти жену моему идиоту племяннику.
Эдмунд издал звук, полный отчаяния.
– Мне не нужна жена. У меня и так много забот.
Леди Бирлингтон фыркнула.
– Например? У тебя нет домашнего хозяйства, о котором стоило бы говорить, полно денег, и ты совсем не честолюбив. Какие у тебя могут быть заботы?
– Ну, – сказал он почти с отчаянием, – я собираюсь купить коня. Возможно, двух.
– Клянусь, Эдмунд, именно для этого тебе нужна жена. Кто-то должен руководить твоими импульсивными решениями. Для этого и для потомства. Ты обязан подарить нашему роду нескольких сыновей. Мне ненавистна мысль о том, что титул перейдет к твоему кузену Фарли. – Она повернулась к Делфи, не обращая внимания на возмущенное пыхтение племянника. – Вы знаете лорда Фолкхерста? Это мой второй внучатый племянник и самый большой мошенник по эту сторону Дуврского пролива. Я бы не пустила его в дом, не пересчитав серебро.
Саре пришлось подавить смех, что привлекло внимание старой дамы.
– А? Кто это? – спросила леди Бирлингтон, устремив на Сару пронзительный взор.
Делфи тут же ответила:
– О! Это моя племянница...
– Превосходно, – сказала леди Бирлингтон. – Очень красивая девушка. – Она обратила острый взгляд на племянника. – Ну, Эдмунд, ты не находишь, что мисс Сент-Джон очень хороша собой?
– Я не мисс Сент-Джон, – поправила ее Сара. – Я леди Каррингтон. Моим мужем был виконт Каррингтон.
Леди Бирлингтон нахмурилась.
– Каррингтон? Высокий, стройный, довольно разговорчивый? Умер не так давно. Что-то скандальное, если я правильно помню: умер с...
– Это он, – поспешно согласилась Сара.
Тетушка Делфи с укором взглянула на нее, но леди Бирлингтон кивнула.
– Он был не из тех, кто делает свои дела тайно, а? Ну, хорошо, что он умер молодым. Большинству мужчин не хватает здравого смысла понять, когда следует покинуть эту землю. Ваш муж хотя бы не тащился по жизни бесконечно, как некоторые.
– Как это справедливо, – сказала Сара, не дрогнув под буравящим взглядом леди Бирлингтон, – но я бы не хотела развивать эту тему.
Леди Бирлингтон кивнула в знак одобрения.
– Вы можете подойти. Эдмунду нужна женщина, которая знает свою дорогу в жизни. Ему не годится бело-розовая мисс.
Эдмунд бросил затравленный взгляд на дверь.
– Тетушка Мэдди, прошу вас, больше ни слова.
– Чепуха! Леди Каррингтон уже очарована. Это видно по ее глазам. – Леди Бирлингтон взглянула на Анну, которая ответила ей хладнокровным взглядом. – А вы кто такая, девушка?
– Анна Тракстон, миледи.
Леди Бирлингтон фыркнула:
– Анна? Что это за имя? Звучит, как имя какой-то молочницы.
– К счастью для нас обеих, это не ваше имя, а мое, и потому это не ваша забота, – ответила Анна решительно.
Сара ожидала, что леди Бирлингтон выразит негодование, но вместо этого огоньки смеха зажглись в ее голубых глазах.
– Гм. Вы кажетесь мне знакомой теперь, когда я к вам присмотрелась. Вы не родственница Финеаса Тракстона?
– Он мой дедушка.
