Везде… Кое-где придется в аппаратах Дмитрия Гавриловича Левицкого ходить. Ничего, «Макеевка» не тяжела, а почти три часа в ней работать можно. Лучше наш аппарат немецких и английских изолирующих противогазов, куда им до наших разработок.
Глава 44
Глава 44 Ну, только этого для полного счастья и не хватало…
Убивая врага, не обязательно в глаза ему смотреть и нос к носу с ним находиться.
Можно и издали… Теми же химическими отравляющими веществами.
В трактате «У цзин цзунъ-яо» имеется даже рецепт одного из первых боевых химических веществ: серы — 15 лянов, селитры — 1 цзинь 14 лянов, аконита — 5 лянов, плодов кротонового дерева — 5 лянов, белены — 5 лянов, тунгового масла — 2,5 ляна, масла сяо ю — 2,5 ляна, измельченного древесного угля — 5 лянов, черной смолы — 2,5 ляна, мышьяка в порошке — 2 ляна, желтого воска — 1 лян, волокна бамбука — 1 лян 1 фэнь, волокна кунжута — 1 лян 1 фэнь.
Если верить сему древнему тексту, после вдоха ядовитого дыма от горения этой смеси, из рта и носа солдата противника обильно забрызжет кровь и жильцом его назвать едва ли будет можно.
Убивать могут не только живые. Врага можно и из могилы достать, мертвой рукой ему в горло вцепиться.
Так и у особей велось. Оставшиеся на планете корабли пришельцев в назначенное время начали один за другим самоликвидироваться. Не только взрываться, убивая всех вокруг, но и распространяя вокруг себя облака ядовитого дыма. Действие его на человека было похоже на эффект от древнекитайской боевой смеси. Вдохнул, даже один раз, и имеешь обильное кровотечение из рта и носа.
Если бы только это… Уже через пару минут у бедняги начинался кашель. Такой, что кусочки лёгких наружи летели. Разлагались они от дыма, омертвевали на глазах. А без лёгких как жить? Совсем никак…
Из окрестностей Вятки корабли были по уездам развезены, в безлюдных укромных местах спрятаны. Там потерь было немного, но один корабль для электроснабжения губернского центра на Козье болото из Слободского уезда вернули. Он исключения не составил, взорвался в точно намеченное время. Лапы особей с того света, или — куда там они после смерти попадают, в самое сердце людей впились. Охрана, рабочие, инженеры, ученые, что около корабля были — все погибли…
Иосиф Виссарионович с сопровождающими его высокопоставленными лицами, ротой охраны, цветом отечественной науки и прочими нужными советскому государству людьми, на всеобщее счастье Козье болото уже к тому времени покинули и находились в микробиологическом институте, что для всех окружающих числился по сельскохозяйственному ведомству.
— Вот тут меня кагором и отпаивали, товарищ Красный.
На попорченном оспой лице появилась улыбка. Вождь ещё и направил на меня свои рысьи глаза. Сейчас они совсем не пугали, а, как говорили, не дай Бог с ним взглядом встретиться, когда Сам был в гневе!
Я Сталина чуть не на голову выше, а почему-то казалось мне, что он на меня сверху вниз смотрит. Вот такая загадка природы…
— Ну, так помогло ведь? Поспособствовало выздоровлению?
Мне Самим было сказано просто себя вести, с ним — как с обычным человеком, вот я и соответствовал. Ну, уж как мог.
— Поспособствовало, товарищ Красный. — Сталин дрогнул уголком рта. — Даже очень.
— Так у нас он и сейчас имеется. — у меня внутри аж всё захолонуло от собственной храбрости.
Ответить Сталин не успел. Со стороны Козьего болота раздался грохот взрыва. Этот звук я и во сне различу. Тем более, Козье болото от места расположения моего института не так далеко и находится.
— Узнай, что там такое, — Сталин вмиг стал совсем другим, уже не добрым собеседником, и отдавал распоряжение Поскребышеву теперь Грозный Вождь.
Александр Николаевич чуть готовым у него вопросом не подавился. Буквально в этот самый момент он хотел у Иосифа Виссарионовича на часок-другой отпроситься, родственников повидать. Он же местный, вятский, здесь родился.
— Корабль взорвался, облако желтого дыма в нашем направлении движется, — услышали мы от секретаря Самого буквально через пару минут.
— Викеня! Выдай всем «Макеевки»! — сказанное Поскребышевым про желтый дым мне очень не понравилось. — Быстро! Помоги, если потребуется!
Парень бегом бросился к шкафу с изолирующими противогазами. Такие у нас по всему институту стоят на случай аварийных ситуаций.
Первому с «Макеевкой» Веня помог Самому, затем — Поскребышеву. Те замешкались — не каждый день с такими агрегатами они сталкиваются. Я в помощниках не нуждался, отец Викени на фронте тоже не лаптем щи хлебал. Про охрану я и не говорю.
— За мной! Силантий — замыкающим! — я указал на дверь из помещения, где когда-то была палата Сталина.
Конец двенадцатой части
Впереди ещё будет много всего самого разного. Жизнь бывшего студента медицинского института в мире, куда он попал, какая-то весьма бурная получается. То — одно, то — другое… Если текст понравился — не забудьте лайкнуть. Всем всего самого доброго.
