отказывался это сделать, разорялись. Гришу неминуемо постигла бы та же участь, если бы не началась Кавказская война. Она потребовала огромных денег. Они курсировали между Москвой и Кавказом, оседая по дороге туда и обратно во многих карманах. Их тоже потребовалось отмывать. Тогда и появился перед Гришей Джабраилов.
Приехавшие в город кавказцы были дерзкими и беспощадными. Пока неторопливые, привыкшие подолгу обдумывать каждое действие сибиряки пришли в себя, все прибыльные места в областном центре отошли к горцам. Дававший очень хороший доход центральный рынок города в самом начале приватизации государственного имущества прибрал к своим рукам бывший начальник горкомхоза Хомяков. Джабраилов пришел к нему в кабинет, закрыл за собой дверь, по-домашнему сел на стул около начальственного стола и, улыбаясь и поблескивая черными выпуклыми глазами, сказал:
— Поговорить хочу.
Хомяков, бывший человеком властным и по натуре хамоватым, грубо оборвал:
— У меня нет времени на разговоры, — и начал подниматься из-за стола. Кавказец с первого взгляда чем-то не понравился ему.
Улыбка тут же сошла с лица Джабраилова, и он жестко произнес:
— Сядь, у меня к тебе предложение.
— Какое предложение? — спросил Хомяков, оторопев. До сих пор с ним еще никто не разговаривал так дерзко.
— У меня есть мальчик хороший, его на работу надо устроить, — сказал Джабраилов. — Возьми его к себе заместителем. Замечательный помощник будет.
— У меня нет должности помощника, — сказал Хомяков.
— А ты подумай до завтра. — Джабраилов снова улыбнулся, но на этот раз Хомяков почувствовал от его улыбки леденящий холодок под ложечкой.
Он поборол это чувство и, поднявшись из-за стола, сказал:
— Извини, дорогой, но у меня действительно нет времени.
— Я завтра приду, и ты мне скажешь, что придумал. — Джабраилов тоже поднялся.
Хомяков слукавил, говоря, что у него нет помощника. Его помощником в должности заместителя директора рынка и одновременно руководителя службы безопасности являлся бывший начальник районного отдела внутренних дел Фефелов. Проводив Джабраилова, Хомяков тут же отыскал его и рассказал о странном посетителе. Фефелов молча выслушал своего начальника и равнодушно сказал:
— Придет еще раз, пошли его подальше.
Хомяков так и сделал на следующий день. А еще через день его расстреляли из автомата «узи», когда он пытался открыть дверь собственного подъезда. При вскрытии в морге из тела Хомякова извлекли шестнадцать пуль. Милиция сбилась с ног, но найти киллеров не смогла. Никто не запомнил даже марку машины, которая подъезжала к подъезду. Убийство было совершено в высшей степени профессионально. Правоохранительные органы поняли, что в городе появилась хорошо организованная преступная группа.
Фефелов тоже понял свою ошибку. Он недооценил странного посетителя, приняв его за простачка. И когда через две недели после похорон в его кабинете появился Джабраилов, задал тому всего лишь один вопрос:
— Почему ты хочешь устроить своего мальчика именно на должность заместителя директора рынка?
— Молодой еще, неопытный, — сказал Джабраилов. — Надо немножко поработать, опыта приобрести. Тогда и станет директором.
Фефелов насупился. Несколько мгновений молчал, уставившись взглядом в стол и барабаня по нему пальцами. Потом глухо произнес:
— Здесь не все я решаю. Посоветоваться надо.
— Понимаю, что надо, — согласился Джабраилов. — Советуйся, завтра в десять утра скажешь.
Советоваться Фефелов пошел к своему дружку, начальнику городского отдела по борьбе с организованной преступностью Смольякову. Тот посчитал, что с такими, как Джабраилов, надо действовать смело и решительно. А поэтому кавказца следует задержать прямо в кабинете директора рынка, иначе потом его не поймаешь. Для этого на следующее утро он отправил к Фефелову двух оперативников. Через сорок минут Смольякову позвонил один из частных охранников рынка и сказал, что в кабинете директора обнаружил три трупа. Нового директора рынка Фефелова и двух незнакомых ему мужчин. У Смольякова заскребло под ложечкой. Он понял, что вместе с Фефеловым погибли и его оперативники. Убийц снова не нашли.
Джабраилов между тем купил главную гостиницу города, сменил там всю обслугу, набрал девочек для круглосуточного обслуживания постояльцев, поставил свою охрану. Начал участвовать в благотворительных мероприятиях, по праздничным дням посылать мелкие подарки в детские дома и дома престарелых. В ресторане гостинцы стали отмечать корпоративные вечера городские начальники и местные дельцы. В нем вкусно готовили, плюс ко всему Джабраилов делал для таких гостей хорошую скидку. Здесь он и познакомился со Смольяковым. Они быстро поняли друг друга. Отдел по борьбе с организованной преступностью не только перестал мешать Джабраилову, но и начал снабжать его информацией о владельцах самых крупных состояний. Нет нужды говорить, что все они были нажиты незаконно и силовиков к своим деньгам не пускали. Дела на таких людей силовым структурам заводить не разрешалось, а поскольку служба безопасности Джабраилова подчинялась только ему, он и решал, у кого и сколько нужно отнять. Если человек не расставался с награбленным сам, его отправляли на тот свет. Чем ценнее была информация, тем большие деньги получал за нее Смольяков.
В гостинице Джабраилова тоже находился обменный пункт валюты, принадлежавший Хавкину. И когда Джабраилов предложил ему стать партнером по банковскому бизнесу, тот, не раздумывая, согласился. Кавказец не очень разбирался в финансовых хитросплетениях, да они и не интересовали его. Всеми делами в банке заправлял Хавкин, а Джабраилов взял его под свою защиту.
В банке отмывались все деньги, которые проходили через руки Джабраилова. К этому времени он уже взял под полный контроль букмекерские конторы, рынки и мелкий ссудный бизнес. Эти ссуды, предоставляемые под большие проценты, не проходили через банковские операции, они выдавались наличными на короткие сроки под расписку, а иногда и без нее. Не возвратить ссуду, означало потерять все, в том числе поставить под угрозу собственную жизнь. Долги выколачивала служба безопасности Гусейнова, в особых случаях в дела по возвращению долгов вмешивались люди Джабраилова.
Существовала в банке и еще одна сфера деятельности, о которой знали всего несколько человек. В его хранилище постоянно находились деньги, которые никогда не проходили по банковским документам. Ими распоряжался только Джабраилов. Эти деньги тайно привозили к Хавкину, вместе с ними ему же передавалась флэшка с паспортными данными людей, которых чаще всего уже давно не было в живых, и он с помощью этих данных переводил российские не очень надежные рубли в твердую западную валюту. По мере накопления валюты ее забирал Джабраилов. Куда он ее отправлял, на что использовал, Хавкин не знал. Да его это и не интересовало. Главным было то, что банк находился под надежной охраной кавказца. Его деятельность никогда не проверялась федеральными финансовыми органами, а уж о том, чтобы на него попыталась посягнуть какая-нибудь преступная группа, не могло быть и речи. Сама
