Читаем без скачивания Обезьяний рефлекс - Михаил Март

Руки пришлось стягивать собственным галстуком. Наручники Степан с собой не носил с тех пор, как стал начальником. Об оружии и речи не шло.

Сопротивляться не имело смысла. Парень смирился с проигрышем.

Степан поднял его, как щенка, за шкирку и бросил на диван.

— Под рубашку и заглядывать не стану. Поди, вся шкура разрисована. Давно в бегах?

Парень скрипел зубами и молчал.

— Дело твое.

Он повернулся к девушке.

Та побледнела и сидела за столом ни жива ни мертва.

— И где ты подцепила этот подарок?

— Не цепляла я его. Дверь сдуру открыла, он и ввалился. А потом нож к горлу приставил. Что мне оставалось делать?

— И давно он тут обосновался?

— Со вторника.

— Неси его вещи.

— Нет у него никаких вещей. Пиджак только.

— Давай пиджак.

В пиджаке лежали пачка денег из тысячерублевых купюр и паспорт на имя Петра Николаевича Ковалева.

— Грубая работа. Кто фотографию переклеивал? Сам, что ли? Выдан в городе Кургане. Решил в Москве затеряться? С таким паспортом долго не погуляешь. У наших патрулей глаз наметан.

Пошарив в карманах, он нашел две бумажки. На одной записан адрес, на другой четырехзначный номер.

— Адресок-то надо было выкинуть. Зачем таскать с собой улики? Ну а это, как я догадываюсь, код ячейки камеры хранения. Зачем же на билете писал? Сразу ясно, на каком вокзале хранишь вещи. Вряд ли там есть что-то ценное. А вот листок с адреском тебя подвел здорово. Под вышку пойдешь.

— Это за что же под вышку? Три года накинут за побег. Все, начальник. Большего не пришьешь.

Марецкий отодвинул стул и сел.

— В пугалки я с тобой играть не буду. Ты сам все понимаешь. Адрес написан твоей рукой. Большая Бронная, номер дома, номер квартиры. Согласен. Почерк твой проверить просто. Найдем в архиве.

— Мой почерк.

— Приехал ты во вторник. А в среду в тридцать второй квартире барышню убили. А ведь ты к ней приехал и записочку ей в ящик кинул. Твоя записочка уже у экспертов.

— Не убивал я ее. Живая она. Никто ее не убивал.

— Вот это уже интересно. Как тебя зовут по-настоящему? Только не ломайся, как красная девица. По отпечаткам определим.

— Семен Баркасов.

— Ладно, о статьях спрашивать не буду. Твое прошлое меня не интересует. Ты приехал в Москву целеустремленно, к конкретному человеку. Но решил затаиться поблизости. Не на четвертом, а на первом этаже. Здесь хороший наблюдательный пункт. Выяснил, кто здесь живет. Одинокая беззащитная девчонка. Почему бы не воспользоваться ее квартирой? Нагрянул, пугнул, поселился. А дальше-то что? Дальше мокруха. Так вот. У меня к тебе есть следующие предложения. Если ты мне докажешь, что не убивал Ольгу Левину, и поможешь найти, настоящего убийцу, то я тебе оформляю явку с повинной, как обычному беглецу, у которого заговорила совесть. А про этот адресок, налет на квартиру, угрозы и сопротивление властям с оружием в руках мы забудем. Ты подошел ко мне на улице и решил во всем сознаться.

— На вас же формы нет.

— Надену, ради такого случая.

— Красивые куплеты, начальник.

— Оттого и начальник, что слово держать умею. А у тебя и выбора особого нет.

— Ладно. Имен называть не буду. Когда с зоны соскочил, мне кореша подсказали, куда ехать. Мол, есть дом в Москве. Тихое местечко. Там несколько квартир телки занимают. Квартиры им не принадлежат. Все девчонки — наложницы олигархов. Они своих богатеев там ублажают и сами живут. Имеют хорошие бабки с этого. Среди них и Помада затесалась. Это Ольгино погоняло. Она три срока тянула, теперь мужиками крутит в столице. Поедешь к ней, она пристроит. Не то мы прозвоним, кем она раньше была. Но осмотрись. Может заложить. С нее станется. Говорят, в зоне она куму навещала и красиво пела. Осторожность не помешает. А мы ей маляву пошлем. Напомним о себе. Дали «капусты», я на товарняках и добрался до Первопрестольной.

В понедельник объявился. Сидел во дворике с газетой и никого не трогал. Тут машина Любку привезла. Она вышла из «мерса», махнула ручкой и крикнула: «Чао! До следующего четверга. Смотри, не балуйся в Эмиратах!» Потом на первом этаже включился свет. На дворе уже стемнело.

Марецкий глянул на девушку.

— Вот видишь, дорогуша. Можно сказать, пригласила к себе приятеля. Одна фраза, а сколько информации. Он и нагрянул, ничего не опасаясь.

— Все мы тут дуры. А Ольга первая.

— Это почему же?

— Думала, умнее всех. Парня к себе водила. Вот и доигралась. От них ничего не скроешь. Они все знают.

— Ну о них мы поговорим потом. Продолжай, Семен.

— Ночевал здесь же на чердаке. Ольгу так и не видел. Идти напролом не решался. Во вторник опять ее не было. А тут вижу, Любка домой возвращается с полной сумкой продуктов. Ну я и нагрянул к ней. Понял, что пугливая, как кошка, сдавать не пойдет. Начал следить за подъездом из окна. В среду в шесть вечера я ее увидел впервые. Приехала она на своей машине. Красный «жук». До сих пор на том же месте стоит. Узнать я ее узнал, но не очень рассмотрел. Она в темных очках была. Когда Ольга вошла в дом, я выглянул из квартиры и посмотрел на табло лифта. Кабина остановилась на четвертом этаже. Потом хлопнула дверь. Значит, я, не ошибся. Опять глянул в окно. Во дворе появилась новая машина. Бежевая «девятка». Номер не запоминал, он мне ни о чем не скажет. Шофер не выходил. Сидел, читал газету. Я написал записку Ольге и хотел бросить в ящик, но увидел торчащий конверт. Глянул в щель и понял, что пришла малява из Кургана. Рано мне еще высовываться. Ольга Не в курсе. Решил подождать. Хотел установить ее связи. В девятом часу вечера к подъезду подъехал серебристый «Бентли». Из него вышел солидный мужик и вошел в подъезд. Я проделал то же самое. Лифт доехал до четвертого этажа. Через полчаса они спустились вниз. Ольга и этот тип сели в машину и уехали. Бежевая «девятка» поехала следом. За рулем сидел молодой мужик. Я видел только его профиль, когда он проезжал мимо окон. Если он следил за ними, то слишком нагло. Мне пришло в голову, что парень кого-то из них охраняет. Вернулись они в час ночи. Оба вышли и поднялись наверх. Следом появилась та же «девятка». Постояла минут десять и уехала. Не прошло и получаса, я уже собирался ложиться спать. Все и без того ясно. Вдруг слышу, завелся мотор. Я к окну. Смотрю, а «Бентли» уехал. И тут мне в голову пришла шальная мысль. А не проделать ли с Ольгой тот же вариант, что с Любкой? В крайнем случае смоюсь. Есть куда. Забрал у Любки ключи, чтобы не заперлась и пошел наверх. Подошел к квартире, а дверь открыта настежь. Я тихонько пробрался внутрь. Заглядываю в комнату. Кругом горит яркий свет. Ольга лежит на полу. Белый ковер залит кровью, рядом валяется бутылка…

— Постой. Бутылка из-под шампанского и целая?

— Целая. И даже не пустая. Кокнули бабу. Тут без вопросов. На руке бриллиант с кулак сверкает. За такой камешек можно хорошие бабки срубить. Я в них толк знаю. Не один магазин чистил. Выключил свет, подобрался к девчонке, сдернул кольцо с пальца, а когда взял ее за руку, то понял, что она жива. Пульс бьется. Я попятился назад. У порога встал, вновь включил свет и вышел из квартиры. Дверь захлопывать не стал. Оставил приоткрытой. Тут лифт дернулся с места. Я поднялся на один пролет выше и остановился между этажами за шахтой.

— Секундочку. А зачем ты включал и выключал свет?

— Рефлекс. Если берешь кассу или ювелирный, то надо вырубать свет. Кругом стоят камеры видеонаблюдений. Зачем светиться. Я не глазами работаю, а пальцами, мне свет не нужен.

— Понятно. И что дальше?

— Из лифта вышел невысокий худощавый мужик в черном костюме и шляпе. Подошел к двери. Конечно, я его разглядеть не мог. Краем глаза зацепил. Он тоже заметил приоткрытую дверь и вошел в квартиру. И тоже не стал ее захлопывать. Значит, решил я, его здесь тоже не ждут.

Как только он вошел, я дунул вниз. Забежал в квартиру и к окну. У подъезда стоит черная иномарка. Седан. Название не разглядел. Над подъездом висит яркая лампа, а дальше чернота. В машине сидели еще двое мужчин. Ничего не видно. Но тот, что устроился на заднем сиденье, курил и, когда затягивался, я видел два силуэта. Второй сидел за рулем.

Не прошло и минуты, как шофер вышел и направился к подъезду. Коренастый, немолодой, но свет от фонаря создавал такие тени на лице, что оно походило на карикатуру. Второй из машины не выходил. Я глянул на часы. Без пяти два.

И тут я заметил еще одну машину. Случайно. Я глянул в сторону и не увидел красного «жука» Ольги. Его загораживала другая машина. Раньше ее там не было. Я изучил все машины во дворе и знал, кому какая принадлежит. Прошло не больше десяти минут, и тот здоровяк вышел из подъезда. На руках он нес Ольгу. Тут второй выскочил из машины и распахнул заднюю дверцу. Ольгу осторожно посадили на заднее сиденье. Она была без чувств. И они тут же уехали.

И в этот момент с места тронулась тачка, загораживающая Ольгиного «жука». Когда машина попала в полосу света, я заметил женщину. Она сидела за рулем, но за секундную вспышку ничего не разглядишь. Было только понятно, что это женщина. Больше ничего. Ночка выдалась веселой. Тут уж было не до сна. Потом из подъезда вышел мужчина в черном и в шляпе. Он ушел пешком в сторону арки. Прошло еще минут сорок. Никто не выходил, но вернулся серебристый «Бентли». Остановился прямо у подъезда. Но за рулем сидел долговязый очкарик. Он взял спортивную сумку из багажника и направился в дом. Я опять выглянул. Этот тип не пользовался лифтом. Но какие могут быть сомнения. Он шел к Ольге. Пробыл в квартире минут сорок, потом спустился вниз, сел в «Бентли» и уехал.