акт не более чем очередная попытка рейдеров заявить о себе после почти полугодового отсутствия и желание создать социальное напряжение для обычных граждан, и воспринимать ее всерьез не стоит. Более того, все рейдеры, совершившие данную провокацию, были успешно устранены, и ни один из солдат армии Федерации не пострадал…
Приемник тут же стих, так же резко, как включился. Да что за ерунда происходит? Что за Федерация? Почему Люба смотрела на него пустым взглядом, будто бы ждала от него какого-то пояснения?
— Ты в порядке, родной? Не проснулся еще, что ли?
— Видимо, да… — только и нашел что ответить Павел и полез в шкафчик за кофе.
Он уже достал банку растворимого, который жильцы чаще называли «пылью», потому что и по вкусу, и по цвету, и по консистенции он был очень похож, так как поставлялся со старых, довоенных складов.
— Стой, не эту дрянь только.
— А что ты предлагаешь?
— Есть у меня тут кое-что… — она подошла к книжной полке, присела и залезла рукой в небольшой зазор между полкой и кафелем. — Во! — в ее руке лежал небольшой сверток.
— Так, яснее не стало.
— А, прости, — она развернула сверток и там оказался герметичный пакет с черным молотым кофе.
— Да ладно! Настоящий? Такой же только начальству выдают.
— Ну вот… достала. Готова с тобой поделиться. Твой подарок слишком крут, чтобы я тебя не отблагодарила.
Павел убрал банку с «пылью» и достал турку. Турку, которая тут, черт возьми, имелась, а нормальный кофе нет. Впрочем, хорошо, что было так. Он взял пакет, отсыпал кофе, залил воду и включил плиту. Помещение тут же наполнил приятный аромат.
— Так вот откуда тут такой запах ночами! — Павел демонстративно вдохнул и закрыл глаза. — А я думал, что мне показалось.
— Что показалось? — спросил его мужской голос.
Павел открыл глаза. Люба, как и холл, и даже кофе в его руке, куда-то испарилась. Теперь он стоял на ринге в секторе для тренировки бойцов. Перед ним стоял его тренер Адель. Здоровый крепкий мужик с суровым военным прошлым в секретных правительственных войсках, в два метра ростом, настоящий великан среди лилипутов, мощное тело которого покрывали татуировки, внушая еще больший страх противникам.
— Паш, ты давай не расслабляйся, соберись! Поехали еще раз.
Адель пошел в атаку. Сделав оборот вокруг своей оси, он нанес удар ногой справа в корпус, от которого Павел успешно защитился. Он попытался провести контрприем, но не успел. Адель оказался значительно ловчее и мало того, что ушел от захвата, так еще и успел нанести несколько хлестких ударов в голову. Несмотря на то, что на голове был боксерский шлем, удары наносились без перчаток, так что эта тонкая скорлупа не особо хорошо защищала.
— Ты что как говно какое-то! Соберись, черт возьми! — скомандовал он и снова пошел в атаку.
Так быстро переключиться с расслабленной варки кофе в боевой режим было сложно, но Павел, встряхнувшись, все же вошел в раж. Отбив первый удар в лицо, он захватил вторую руку, подтянул противника к себе и, не отпуская, нанес пару мощных ударов локтем. Пока Адель не пришел в себя, Павел сделал прямой удар ногой в грудь, откинув его на канаты.
— Вот теперь хорош! — оценил тренер, выпрямившись. — Давай, не стоим, не стоим, работаем, в бою тебя никто ждать не будет!
Павел тут же выполнил команду. Он планировал нанести несколько отвлекающих в корпус, чтобы сосредоточить внимание тренера на защиту от рук, после чего нанести удар ногой, но все оказалось не так хорошо. Адель перехватил его практически сразу же и, используя его же энергию, перебросил Павла через себя, буквально воткнув его тело в ринг. Затем, прижав его своим телом, он начал наносить удары в голову один за другим. Павел попытался как-то отбиться или перехватить тело Аделя ногами, чтобы перекатить, но у него совершенно не получалось, а с каждым пропущенным ударом это выходило все хуже.
Конечно, тренер его вряд ли убьет, но было понятно, чего он добивался. Выход из такого захвата у Павла нормально не получался практически никогда и Адель, видимо, хотел собрать в нем максимум злобы, чтобы Павел отработал все на практике. И сделать это очень даже получилось.
Павел мысленно собрал всю энергию в руках и попытался немного оттолкнуть противника, чтобы перейти к захвату ногами, но вместо легкого толчка с невероятной силой выстрелил телом Аделя словно из пушки. Противник, габариты которого вообще противоречили законам аэродинамики, спланировал на несколько метров в высоту, вылетел за пределы ринга и врезался в стальные шкафчики с такой силой, что дверцы от них разлетелись в разные стороны.
Настала минутная тишина. Наблюдавшие за спаррингом бойцы из группы впали от произошедшего в шок.
— Адель! — Павел перелез через канаты и побежал на помощь.
Тренер, кряхтя, встал на ноги, посмотрел шокированными глазами на Павла, откашлялся и спросил:
— Это че щас было, Паша?
— Понятия не имею, тренер, — он посмотрел на свои руки. Может ему просто показалось, потому что на это никто не обращал внимания, но с них будто бы поднималась едва заметная испарина красного цвета.
— Ну ты, конечно, выдал, — Адель сел на скамейку. — Я такого ни разу в жизни не видел, а повидал я многое.
Павел сел на скамейку рядом и схватился за голову. Он сам не понимал, что происходит.
Настойчивый стук вывел из глубокого сна. Павел открыл глаза и осмотрелся. Он снова находился в своей комнате. Происходящее начинало походить на улетный трип. Он окончательно запутался, где реальность, а где сон, хотя именно сейчас реальность казалось ему натуральнее, чем когда-либо. Стук продолжался. Павел встал с кровати и открыл дверь. На пороге стоял дежурный солдат.
— Здравия желаю! Вас вызывает руководство в главный корпус. Кабинет руководителя службы безопасности. Второй этаж, кабинет 224.
— Ого. По поводу?
— Мне поручено сказать, что это по поводу ваших…
