случай погони, что вполне могло случиться. Горожане Деминга были людьми решительными и вполне могли устремиться за грабителями, горя праведным гневом.
Следствием набега Вильи на американскую территорию стал всплеск гнева и негодования на страницах американских газет от восточного до западного побережья. Все газетные полосы были заполнены рассказами потерпевших с ужасающими подробностями инцидента и требованиями к президенту Вильсону и американскому конгрессу самым решительным образом навести порядок и защитить жизни и имущество простых американцев.
По всему штату спешно собирались отряды самообороны из местных жителей, которые, не дожидаясь прихода регулярных частей, решили сами заняться своей защитой. Вместе с этим среди «цветного» населения штата, мексиканцев и индейцев, налет Вильи вызвал широкую волну поддержки и одобрения. Все они отнюдь не горели страстной любовью к белым, которые оттеснили их на третьи роли в жизни штата, и с радостью воспринимали любое унижение белых господ.
И Вилья полностью оправдал их чаяния и надежды. Не прошло и шести дней, как всадники революции напали на железнодорожную станцию Морелос, на которой в это время находился банковский экспресс, идущий из Эль-Пасо.
Вся операция была проведена с ювелирной точностью. На этот раз сведения, полученные от мексиканских поденщиков, оказались точными, поезд перевозил девяносто пять тысяч долларов и прибыл на станцию в указанное время. Камо, а именно он руководил налетом, атаковал станцию Морелос с двух сторон, отрядами по сто пятьдесят человек. Одновременно специально выделенные подрывники произвели подрыв обоих железнодорожных выходов со станции, чтобы не дать банковскому экспрессу вырваться из западни.
Главным героем этого дня был, конечно, Камо. Только благодаря его энергии и опыту этот налет завершился удачно для мексиканцев. Машинист экспресса вовремя заметил скачущих со стороны пустыни всадников и стал медленно уводить экспресс прочь от станции. Шквальный огонь по кабине машиниста не смог остановить поезд. Паровоз медленно, но уверенно приближался к железнодорожному выходу со станции, возле которого все еще ковырялись революционные подрывники.
Положение спас Камо. Он бросил свою лошадь наперерез паровозу и, приблизившись к нему, метнул гранату в кабину машиниста паровоза. Сам Сеньор Колонел от взрыва не пострадал, тогда как кабину машиниста разнесло в пух и прах. Поезд еще некоторое время проехал по инерции и встал. В это же время подрывники взорвали рельсы, полностью разрушив железнодорожное полотно.
Засевшая в вагонах охрана экспресса ответила нападавшим яростным огнем, решив как можно дороже продать свои жизни. Имея бронированное укрытие, охрана могла свободно стрелять по мексиканцам, неистово снующим взад и вперед перед банковским вагоном, ведя хаотичный огонь по его окнам. Быстро оценив положение, Камо велел бойцам спешиться и вести огонь из укрытий.
Одновременно колонел подозвал к себе трех бойцов, вооруженных ручными пулеметами. Он специально настоял на включении их в состав ударного отряда, решив обкатать новичков в бою. Под их огневым прикрытием отряд боевиков во главе с отчаянным сорвиголовой Мануэлем Маренго подполз к одному из концов состава и ворвался в вагоны.
Камо грамотно руководил атакой. По его командам пулеметчики то затихали, предоставляя возможность своим бойцам самим сражаться в вагонах, то заливались смертельной трелью, нашпиговывая пулями окна и стены вагонов, на которые указывал командир. Американцы оказались тоже довольно грамотными в военном отношении людьми, и вскоре Камо пришлось сменить дислокацию. Над его головой дружно просвистели пули, а один из пулеметчиков ткнулся лицом в землю с пробитой головой.
Но Сеньор Колонел не ударил лицом в грязь. Боец еще не успел затихнуть, как он подхватил выпавшее из его рук оружие и, отползя за тело убитой лошади, ответил длинной очередью своим обидчикам. В это время команда Мануэля уже добралась до бронированного вагона, в котором находились банковские охранники. Все попытки взломать дверь ударами приклада и топора окончились неудачей. Бронированные двери вагона с честью выдержали даже взрывы нескольких гранат.
По яростным крикам мексиканцев Камо узнал о неудаче молодцов Мануэля и быстрыми перебежками устремился в обход окон вагона, из которых нет-нет да и раздавались выстрелы. Оказавшись у бронированной двери, опытный налетчик сразу определил ее слабое место и махнул рукой своему ординарцу, призывая его принести саквояж, в котором находились динамитные шашки. Всю эту смертоносную начинку Камо любовно укрепил на двери и с чувством исполненного долга поджег бикфордов шнур.
Одновременно с этим кавказец отправил на крышу вагона мексиканца, который забросил гранату внутрь вагона через выходящие наружу воздушные трубы. Мощные взрывы один за другим сотрясли стены и пол сейфа на колесах. Едва искореженная взрывом дверь вагона слетела с петель, Камо мгновенно вогнал в зияющий чернотой дверной проем тугую пулеметную очередь, щедро поливая свинцом открывшееся пространство. Затем туда вновь полетело несколько гранат, и только после этого внутрь вагона ворвались бойцы Мануэля, грозно потрясая маузерами и саблями.
Произошла скоротечная перестрелка с двумя чудом уцелевшими охранниками и вскоре чрево банковского сейфа выдало налетчикам их законную добычу. Треть всей суммы была в золотом эквиваленте, что очень обрадовало мексиканцев, считавших золото куда более надежным приобретением, чем какие-то грязно-зеленые бумажки.
Еще больше их поразило то, что сделал Сеньор Колонел после погрузки добычи в кожаные мешки. Камо на глазах у всех бросил в свою шляпу несколько горстей золотых монет и, подняв руку вверх, потребовал внимания. Громким голосом он выкрикивал имя человека, по его мнению, отличившегося в бою, и когда тот выходил, торжественно вручал ему золотую монету, как памятную награду за этот бой и называл его своим боевым братом. Стоявшие в строю люди с жадностью пожирали глазами счастливчика и в душе тоже страстно желали стать братом такого человека, как Сеньор Колонел.
Разгоряченные боем мексиканцы почти полностью перебили обслуживающий персонал станции, оставив в живых лишь оглохшую старуху да маленького ребенка, испуганно прятавшегося за ее юбку. Всех же охранников поезда мексиканцы ревностно добили, мстя американцам за гибель четырнадцати и ранение десяти бойцов, трое из которых умерли по дороге домой.
Кроме захвата станции и банковского поезда, армия Вильи приняла боевое крещение в стычке с американскими пограничниками и отрядом самообороны. Состоявший из местных охотников отряд, двигающийся вдоль мексиканской границы, заметил следы всадников Камо и немедленно сообщил об этом пограничным силам. Поднятые по тревоге, они решили напасть на вторгшихся мексиканцев и устремились в погоню за ними.
Следопыты верно вели свой отряд, но неожиданно сами попали в хорошо организованную засаду. Дело в том, что, подходя к станции, Камо специально отрядил большую часть своих людей в отряд прикрытия, который и засел за придорожными холмами, охраняя тыл нападавших на Морелос. И здесь всадники революции показали хорошую выучку в отсутствие своего командира. Ведя меткий непрерывный огонь по врагу, они вначале заставили американцев спешиться, а затем стали
