— Я помогу тебе отдать под суд этого шантажиста.
— Это правда?
Маркейл не была уверена, что правильно поняла слова Уильяма, и затаила дыхание, ожидая от него разъяснения. Ей как воздух необходима была его помощь, просто она не могла заставить себя произнести это вслух.
— Еще не было такого шантажиста, который мог бы провести меня, — с самодовольной улыбкой на губах объявил Уильям.
Он был так убежден, что сможет разобраться с этим делом, что на одно безумное, короткое мгновение у Маркейл возникло почти непреодолимое желание переложить все свои проблемы в его большие, надежные руки.
Экипаж остановился, и Маркейл с удивлением поняла, что они подъехали к гостинице.
— Мы закончим этот разговор внутри.
Уильям открыл дверцу и помог Маркейл выйти, держа ее под локоть, вместо того чтобы ждать, пока она примет его руку.
На них налетел ветер, и от холодного ночного воздуха Маркейл плотнее закуталась в накидку.
Уильям, повернувшись, что-то говорил Постону, и в это время тронулся с места и двинулся через гостиничный двор шикарный, с голубой отделкой экипаж — тот самый, который Маркейл заметила раньше, когда он подъезжал к гостинице.
Когда экипаж проезжал мимо, женщина внутри потянулась вперед, чтобы закрыть окошко, и взгляд ее зеленых глаз встретился со взглядом Маркейл.
У Маркейл внезапно перехватило дыхание. Мисс Чаллонер. Леди не выглядела нежным женственным цветком, скорее дерзкой, не знающей страха амазонкой, и особую красоту ей придавал бесстыжий, порочный рот.
В женщине было что-то такое — ее величественная осанка или богатая одежда, — что наводило на мысль о связях с королевским родом. Ее рыжие волосы были подобраны наверх и закреплены заколкой с бриллиантом, сиявшим, как ее зеленые глаза, и вся она излучала почти мистическую энергию.
Маркейл понимала, что должна сделать знак Уильяму, но не могла пошевелиться, ее удивление и тревога превратили ее в ледяную статую.
Мисс Чаллонер неспешным движением подняла руку, и окно опустилось.
Это привело Маркейл в себя, и она, повернувшись, схватила Уильяма за рукав.
— Что?
Он мрачно взглянул на нее.
— Мисс Чаллонер! — Маркейл указала на дорогу, где слабое цоканье лошадиных копыт затихало в темноте ночи. — Она была в экипаже, который только что уехал!
Уильям поговорил с Постоном, и слуга почти мгновенно вернулся в экипаж и тронул лошадей.
— Не знаю, сможет ли Джон найти в темноте экипаж, — сказал Уильям, обернувшись к Маркейл, — но он сделает все возможное, чтобы определить направление его движения, а затем вернется к нам. Надеюсь, он…
Но Маркейл уже подобрала юбки и, пренебрегая опасностью бежать по неровному тротуару в одних чулках, бросилась к гостинице. «Прошу Тебя, Господи, не допусти, чтобы она пропала. Пожалуйста, не допусти, чтобы ее забрали!»
Глава 10
Письмо Майкла Херста своей сестре, леди Кейтлин Маклейн, написанное в палатке, разбитой в оазисе Великой пустыни.
«Я прилагаю два деревянных волчка для моего непоседливого племянника и бойкой племянницы. Уверен, они ведут себя хорошо. На прошлой неделе я видел двух ребятишек, которые весело играли; они оба были круглолицыми, какими бывают дети, и смеялись тем заливистым смехом, каким могут смеяться только невинные.
Не знаю, что больше говорит о душе, их смех или их слезы. Подозреваю, что последнее, но надеюсь, что первое».
Уильям вслед за Маркейл взбежал по лестнице, стуча сапогами по дощатым ступенькам, и увидел, что дверь в ее спальню приоткрыта, а Маркейл стоит на коленях у кровати и шарит под ней.
При виде разорения в спальне Уильям содрогнулся. Кто бы ни побывал там, он все перевернул вверх дном. Кресло опрокинуто, подушки вспороты, и набивка из гусиного пуха разбросана по комнате, из комода вытащены все ящики и в беспорядке нагромождены у двери, матрац сдвинут на одну сторону, простыни и одеяла сброшены на пол.
— Проклятие! — выругался он, хмуро глядя на беспорядок.
— Уильям, ее нет. — Маркейл, побледнев, опустилась на пятки и подняла к нему виноватый взгляд. — Я думала, она в безопасности под ложным дном.
— Во всяком случае, твои тревоги остались позади. — Уильям почувствовал горькое разочарование. — Наша драгоценность на пути к шантажисту.
Она вздрогнула.
— Уильям, не нужно…
— Не нужно — что? Не нужно расстраиваться, что эта проклятая шкатулка снова ускользнула у меня из рук? Черт побери, Маркейл, речь идет о жизни моего брата.
— Я это понимаю! — Она села на край кровати. — Что же нам теперь делать?
Хотелось бы ему знать. У Уильяма кипела кровь от отсутствия вариантов. Где же теперь искать злоумышленников?
В негодовании он ходил по комнате, пинком убирая с дороги гусиный пух, который поднимался в воздух, а затем медленно опускался на пол.
— Мне следовало знать, что нельзя было доверять тебе прятать эту чертову штуку.
Маркейл застыла.
— Речь не о доверии, и ты это понимаешь. Речь о драгоценности и о том, кто ее украл. Быть может, Постон узнает, куда эта женщина поехала, и мы сможем догнать ее?
— Эта мисс Чаллонер… — Уильям остановился перед Маркейл. — Расскажи мне о ней все, что знаешь.
— Она очень высокая, на добрых шесть дюймов выше меня, и с рыжими волосами.
— Что еще?
— У нее величественный и весьма привлекательный вид благодаря манере держаться и одеваться. — Маркейл поморщилась. — Я взяла ее за образец, когда играла леди Макбет. Кажется, удалось.
— Тебе очень повезло, — сухо заметил Уильям, запустив руку в волосы. — Что еще можешь добавить?
— Немного. У нее сверхъестественная способность избавляться от любого преследования.
— Быть может, не у нее, а у ее кучера?
— Нет, потому что она не похожа на женщину, которая ждет, что кто-то другой поможет ей.
Маркейл ожидала, что Уильям высмеет такую точку зрения, возразит, но он, кивнув, очевидно, задумался над ее словами.
— Это полезно знать. — Он бросил взгляд на Маркейл. — За всем этим должна таиться какая-то причина. Когда твой шантажист первый раз вошел в контакт с тобой?
— Первое письмо я получила чуть больше года назад.
— Оно пришло по почте?
— Нет. Было вложено в книгу, которую я оставила в своем экипаже.
— Возможно, твои слуги…
— Я тоже подумала об этом, поэтому рассчитала их всех. Колчестеру это не очень понравилось.
— Всех?
— Да. Это оказалось не так-то просто, но я должна была защитить свою семью, и это был единственный способ удостовериться, что шантажист не находится внутри моего собственного дома.
