Или в выступлении на третьем пленуме Средазбюро ВЦСПС летом 1933 года:
— Сумели ли профсоюзы организовать свою работу таким образом, чтобы возглавить массы, организовать их вокруг основных задач… против расхитителей народного достояния, на борьбу с недисциплинированностью, с мелкобуржуазными элементами среди отдельных слоев трудящихся, сумели ли действительно со всей крепостью организовать трудовую железную дисциплину? Ответ гласит следующее: нет, недостаточно, а порой неудовлетворительно.
В заключительном слове опять:
— Критика недостаточная, самокритика недостаточная. У нас же уйма фактов извращения линии партии.
Я не буду говорить о достижениях, достижения у нас в кармане, их у нас не отнимут.
Тот или иной ходячий термин Юсупов нередко осмысливал, как бы открывая его для себя, приводя к случаю эпизоды и наблюдения из собственной жизни, подчас звучащие как притчи. К примеру, о лакировке.
— К вам в Каунчи один афганец раз в год на базар ичиги привозил. Блестят, блестят, как зеркало, прямо. Смотришь — себя видишь. Женщины радуются, конечно. Покупают. Домой принесет, наденет раз-другой — кожа потрескалась. Муж злой, едет в Каунчи афганца того бить. А его нет и не будет. Я же говорю: он только один раз в год появляется. Понимаешь почему? Теперь спрашиваю: кому такой лак нужен?
Боролся с лакировкой, очковтирательством всеми способами, в том числе и теми, что по нынешним меркам вроде бы не подходят руководителю такого ранга. Примеры найдутся в каждом разделе юсуповской биографии. В ту пору заглянул как-то в санаторий «Чимган», находившийся в ведении Казахстана, но лечились и отдыхали там рабочие в основном из Среднеазиатских республик. (Курорт — в горах неподалеку от Ташкента.) Вернулся сердитый; написал письмо Казахскому крайкому ВКП(б) и Казахсовпрофу. Потребовал, чтоб руководители курортов отчитались перед Средазбюро ВЦСПС, объяснили, почему в санатории грязно, почему плохо кормят, почему рабочий, которому в знак поощрения выдали путевку, покидает «Чимган», едва пробыв там неделю.
Отчет состоялся. Юсупов бил нерадивых администраторов фактами, а они диву давались: откуда он все знает?
Позже, лет этак пять спустя, остаться неузнанным уже не удавалось. А тогда, работая в профсоюзах, Юсупов нередко практиковал, к примеру, посещения заводских столовых без сопровождающих лиц из ФЗМК, а пристроившись вместе со всеми в очереди к кассе. Не считал такой поступок чем-то необыкновенным. От всех подчиненных требовал:
— Не брезгуйте. Садитесь рядом с рабочим, познакомьтесь с его работой, узнайте технику и на этом основании строите профсоюзную работу.
Разъяснял, что скрывается за лозунгом «Лицом к производству!».
Это главным образом вопросы зарплаты, вопросы нормирования, жилищное строительство, снабжение, быт. Знать все о рабочем, жить его заботами — вот цель.
— У нас решаются вопросы в целом, вообще, а взять бани, парикмахерские, где шкуру дерут за бритье. Парикмахер зарабатывает восемьсот-девятьсот рублей. Подумаешь, ведущая профессия!
Ценил толковых работников, того же Ходжамова, Канторовича, Уманского из центрального аппарата или Адолят Абдуллаеву — профинструктора на швейной фабрике.
На втором пленуме мобилизовали 40 опытных товарищей для срочной помощи профсоюзам земсовхозов, МТС и батрачества. В заключительном слове сказал:
— Мы с вами приняли здесь мобилизацию товарищей. Этого, конечно, мало, это грош, это капля в море. Наша задача заключается в том, чтобы мобилизовать все восемьсот пятьдесят тысяч рабочих и служащих.
Вот это задача!
Справиться с ней было нелегко. Не вдаваясь в подробный анализ, напомним все же, что в Средней Азии не было, как в России или на Украине, старых промышленных центров с давно сложившимися рабочими коллективами, традициями, опытом. К тому же не так просто было отбросить прочь груз отношений, называемых докапиталистическими. А между тем Средняя Азия и Узбекистан, в частности, отнюдь не были исключены из всесоюзных планов индустриализации страны. Почти двести предприятии было здесь построено в годы первой пятилетки. Молодой рабочий класс республики возводил фабрики и заводы, учился мастерству у русских специалистов, опытных строителей, станочников, приезжавших в далекий для них край не в одиночку, а группами по направлению партийных комитетом. Сто пятьдесят квалифицированных рабочих и инженеров приехало из Москвы на Ферганскую текстильную фабрику, сорок ленинградских металлистов составили то ядро, вокруг которого вырос ныне знаменитый своими трудовыми делами коллектив Ташсельмаша.
Но стоит ли скрывать, что на строительной площадке, в цехе рядом с энтузиастами, партийцами, беззаветно преданными идее индустриализации бывшей окраины царской России, оказывались, и не в единственном числе, любители легких заработков, авантюристичные типы.
Немалые трудности возникали и с привлечением бывших дехкан к станкам.
На третьем пленуме Средазбюро ВЦСПС Юсупов говорил об этом:
— Кое-где считают, что люди местной национальности приспособлены к допотопным феодальным формам труда, поэтому лучше их использовать на ручной работе в десять раз, чем на машине, на заводе и предприятии. А вместе с тем мы имеем другие факты, когда, вместо того чтобы овладевать производством, рабочий пытается спекулировать своей национальностью, не вникает в технику производства. Мы должны бороться и с теми и с другими, — заключает Юсупов.
Боролись, но не сразу производство становилось таким, каким его хотелось видеть ему.
Промышленность не выполняла плановые задания, и только 1934 год стал годом, когда Юсупов по-настоящему увидел плоды труда и своего, и своих товарищей по профсоюзам. Не зря не спали ночи перед пленумами и совещаниями, добирались до самых дальних строительных площадок, рабочих поселков — где на перекладных, где на собственной, единственной лошади. Кстати, сохранился любопытный документ — выписка из протокола «О приобретении лошади для Средазбюро ВЦСПС»: «Постановили (опросом): разрешить управлению делами Ср. Аз. Б. ВЦСПС приобрести лошадь стоимостью 7500 рублей с передачей старой лошади краевой школе профдвижения. Председатель — Юсупов. Секретарь — Белова».
Штрих этот дает возможность понять, как непроста была даже в чисто организационном отношении работа для самого Юсупова и его сподвижников, среднеазиатских профсоюзных активистов. Но вот же: делали дело, и, как показало время, неплохо. Развернули соцсоревнование, движение ударников по всему краю. Об этом сообщил Юсупов, выступая на VI съезде КП(б) Узбекистана. Его содоклад был посвящен строительству Ташкентского текстильного комбината — ударной стройки первой пятилетки (наряду с Чирчикским каскадом ГЭС и Ташсельмашем), над которой шефствовали профсоюзы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
