Читаем без скачивания Пепел врага - Сергей Зверев

Дом старика, расположенный в относительно мирном районе, Сулейман использовал для встреч в исключительных случаях. С документами, купленными у продажного чиновника из паспортно-визовой службы, он мог беспрепятственно проехать через любой блокпост.

Обычно его сопровождали трое телохранителей с надежно спрятанным оружием. Пока Сулейман с хозяином дома обсуждали планы на будущее или подсчитывали доходы от продажи наркотиков и финансовых махинаций, боевики коротали время в комнате на первом этаже дома. Молчаливая женщина, бывшая чем-то вроде служанки у Ганирова, приносила парням отварное мясо на широком блюде и миску черемши. Это нехитрое лакомство скрашивало боевикам ожидание. Сегодня Сулейман не позволил охранникам даже выйти из машины. Он приказал перегнать внешне потрепанный «Мицубиси Паджеро» под навес. Со злостью хлопнув дверцей, Сулейман проследовал в дом.

Через десять минут во внутренний двор въехал армейский «УАЗ».

Из него вывалился грузный мужчина в камуфлированной форме без опознавательных знаков. Двигаясь как-то боком, поминутно озираясь по сторонам, смахивая со лба проступающий пот, гость торопливо поднялся по лестнице на крыльцо. Его, вопреки восточному обычаю, никто не встречал у порога.

Молчаливая женщина, больше похожая на бесплотную тень, отворила дверь.

Мужчина не удостоил привратницу даже кивком головы. Оказавшись внутри, он уверенно двинулся по коридору. Сторонний наблюдатель сразу бы понял, что мужчина бывал здесь неоднократно.

Пройдя по полутемному коридору, гость оказался в комнате.

Помещение было обставлено со спартанской простотой, без претензий на роскошь. Посередине комнаты стоял невысокий столик. Пол был покрыт ковром. Единственным украшением комнаты были изречения из Корана, развешанные по стенам. Одинаковые по формату плакаты, забранные под стекло, висели почти под самым потолком.

При появлении гостя двое сидевших на ковре мужчин одновременно поставили на стол дымящиеся пиалы с чаем.

Старик поднял глаза, словно читая одно из изречений священной книги.

Сулейман уставился на гостя.

– Что, полковник, тебе сразу глотку перерезать или дать помучиться? – вместо приветствия произнес командир боевиков.

Кривонравов, а именно он и был гостем в доме под красной крышей, не выказывая ни тени страха, опустился перед столом на корточки:

– Ты за берегами-то смотри, Сулейман. Я ведь не волчонок из твоей стаи. Меня дешевыми понтами не прошибешь.

Оглаживая густую бороду, боевик коротко всхрапнул, словно стреноженный конь. Это трудно было назвать смехом. Звук поднимался из самого нутра Сулеймана, со свистом проходя сквозь зубы:

– Ай-ай-ай, полковник Российской армии, а разговаривает, как лагерная рвань. Ну что ты набычился, Кривонравов? Насупился, как проститутка, которой не заплатили. Я мало отстегиваю тебе? А может, Беслан обделяет долей твоего сынка в Москве? Скажи… Мы исправимся…

Гость испуганно отшатнулся:

– Не кипятись, Сулейман!

– Не кипятись? А кто вернет мне людей? Кто вернет оружие, за которое я заплатил сполна? – Полевой командир уже не сдерживал эмоций.

– Я думал… – попытался остановить словоизвержение Кривонравов.

– Чем ты думал? Чем ты вообще думаешь? – Лицо Сулеймана стало серым от ненависти. – Это оружие мне надо как воздух. И где оно? Разве товар не мог еще немного полежать на складах?

– Не мог, – с неожиданной твердостью ответил Кривонравов.

– Почему?

Багровея, Кривонравов начал:

– Контрразведчики что-то пронюхали. Я же объяснял, что склады начали основательно трясти. Даже «фээфсбэшников» к проверке привлекли. Я ведь на складах не сухпайки хранил. Если бы «контрики» что-нибудь нашли, то ниточка ко мне привела бы. А это трибунал! Верный вышак. Оружие срочно со складов вывозить надо было.

Хозяин дома в разговоре не участвовал. Старик смотрел на гостя с нескрываемым презрением. Еще в годы первой чеченской войны тогда еще капитан Кривонравов приторговывал горюче-смазочными материалами. После заключения мира он начал быстро расти в чинах, используя деньги, полученные от боевиков, на взятки и подношения нужным людям.

Вторую часть он вложил в сына. Парень, бывший точной копией отца и по внешности, и по душевным качествам, подался в бизнес. Он основал торгово-закупочную фирму, занимавшуюся всем понемногу. Но деньги имеют обыкновение быстро исчезать. Бизнес у отпрыска не заладился. Возникли проблемы с кредиторами. Когда Кривонравов начал подумывать об отставке, к нему наведались московские друзья Беслана. Чеченцы взяли под крыло фирму Кривонравова-младшего. Помогли деньгами старшему.

Полковник крепко сидел на крючке. Крепче, чем он сам мог предполагать. До сих пор у него с чеченцами проблем не возникало. За оказанные услуги Сулейман исправно отстегивал. Большего, чем мог сделать Кривонравов, не требовал. Хотя Сулейман и намекал, что неплохо бы было обзавестись человечком, имеющим доступ к оперативным планам штаба контртеррористической операции. Кривонравов пообещал присмотреться к офицерам, имеющим доступ к нужной информации.

Ободренный этим обещанием, Сулейман вручил подельнику маленький сувенир. Золотая зажигалка с выгравированными контурами мечети Аль-Акса, святого для каждого мусульманина места, перекочевала в карман полковника. Эти дорогие безделушки, подаренные иорданским шейхом, владеющим сетью ювелирных магазинов, Сулейман использовал вместо наград, вручая их особо отличившимся боевикам. Он и сам пользовался такой.

С трудом подавив ярость, Сулейман спросил:

– Новую партию быстро собрать можно?

Полковник замахал руками:

– Товар штучный. Его не так просто достать.

– А ты напрягись, – гнул свое бородач.

Кривонравов невыразительно промямлил:

– Это почти невозможно.

– Почти? – с ехидцей переспросил боевик.

– Да. Опытные образцы сразу поступают в подразделения. Спецназовцам, разведбатам десантуры, кое-что перепадает омоновцам. Такой товар на склады не поступает.

– Но загубленную партию ты собрать смог, – выдвинул весомый аргумент Сулейман.

На что полковник немедленно отреагировал:

– Удача улыбнулась. Это оружие прямиком с международной выставки третьей стране передали. Нашему союзничку, так сказать. В качестве безвозмездной братской помощи. А союзничек, не будь дураком, железки решил выгодно перепродать. Их чиновники слишком бедно живут. Взятками, такими, как у нас, там не балуют. Так, перепадает кое-что по мелочовке. Ну, я и предложил ребятам все эти цацки по выгодной цене под липовые контракты скупить. Мол, ушли опытные образцы в слаборазвитую африканскую страну с концами. Израсходовали черные боеприпасы на охоте за носорогами, а что не израсходовали, то в джунглях потеряли. – Полковник самодовольно рассмеялся. – Только оружие никуда не отправлялось. Все смогли на месте прокрутить. Ребята нужные бумаги подписали. Всю бумажную тряхомудию, как положено, оформили, бабки на счета положили и укатили в родные края. А для меня самое сложное началось. Такие подарки в Чечню из Москвы бандеролью не переправишь. И на гуманитарную помощь эти штуки не похожи. Вот над чем голову мне поломать пришлось… – Тяжело вздохнув, Кривонравов скорбно поджал губы. – А ты, Сулейман, всю операцию коту под хвост пустил.

Боевик приподнялся и низким голосом прорычал:

– Я… Я, по твоей милости, людей положил. Засветился без надобности. Теперь федералы носом землю рыть будут, чтобы меня достать. И все из-за тебя. Обещал, что колонна пойдет без прикрытия.

Полковник пожал плечами:

– Так оно и было. Горстка десантуры на броне – разве это прикрытие?

Это замечание заставило полевого командира вздрогнуть, вспоминая бой.

А Кривонравов не щадил собеседника. С явным удовольствием он продолжал перечислять военные неудачи:

– Даже подчистить следы за собой толком не смогли, оставили свидетелей.

Сулейман удивленно поднял брови:

– То есть…

– Капитан и раненый сержант в пещере спрятались.

– Суки, – заскрипел зубами Сулейман.

Ироническая ухмылка скользнула по лощеному лицу предателя:

– Они не суки. Они – настоящие волки. Этот капитан, Верещагин, организовал оборону колонны. Он-то и приказал сжечь нужные машины к едрене фене. А твои козлы бородатые облажались. Прощелкали логово, где волк схоронился.

До сих пор молчавший старик подал голос:

– Значит, уже на марше капитан что-то заподозрил. Он груз видел?

Хотя вопрос не адресовался конкретно Кривонравову, но тот машинально ответил:

– Возможно. Я как-то об этом не подумал.

Успевший за это время успокоиться Сулейман с холодом в голосе заметил:

– Дурак ты, Кривонравов. Меня поучаешь, а сам как пацан подставляешься. Отсюда ниточка и к тебе потянуться может.

Такая версия ничуть не смутила предателя. Ни один мускул не дрогнул на сытом лице Кривонравова. В его голосе звучала железобетонная уверенность: