вздымалась её грудь, и как она пальцами другой руки сжимала спинку коляски.
Ее чувства и переживания были такими настоящими, что мне казалось, словно в этот момент она переживала абсолютно те же эмоции, о которых пелось в песне.
— Цепляет, верно? ― услышал и тут же развернулся, заметив стоящего рядом с собой Пола. ― Взгляда невозможно оторвать.
— Не говори чушь, ― серьезно ответил, скрестив руки на груди. ― Я не смотрел на эту безумную. Просто наблюдал за сестрой.
— Безумную? ― усмехнулся он, а после кивнул в сторону сцены. ― Но я имел в виду Лару. Ты же её разглядывал, да?
Сжал зубы, а затем расслабил руки, понимая, что больше не могу здесь находиться.
— Мне звонят, ― сказал, а затем развернулся и направился через толпу.
Вышел на открытую террасу и громко выдохнул. Здесь музыка была тише, и думалось намного проще.
Уперся ладонями в перила и прикрыл глаза. Услышав шум, понял, что кто―то споткнулся о горшок, и резко развернулся.
Эбби виновато прикусила губу.
— Извините.
— Что ты здесь делаешь? ― раздраженно выпалил, вновь не сдержав себя.
— Хотела удостовериться, что вы в порядке.
— Я в порядке. Иди к гостям.
Но вместо этого она встала рядом, тоже облокачиваясь о перила.
— Почему вы ушли?
— Разве я обязан перед тобой отчитываться?
— Нет. Но можете просто поделиться.
— Захотел подышать, ― тихо произнес, сам не зная, зачем. ― Я ответил на твой вопрос? ― когда она кивнула, я сделал то же самое. ― А теперь иди в зал. ― отвернулся, однако заметил, что Эбигейл так и не сдвинулась с места. Снова посмотрел на неё. ― У меня что―то с лицом не то?
— Совсем нет, ― вдруг улыбнулась она, ― просто я пытаюсь понять.
— Что понять?
— Вас, ― она заглянула мне глаза. ― И на деле это намного труднее, чем я думала.
— Поэтому лучше не лезь в это, ― резко бросил, сосредотачиваясь на небоскребах.
— Раньше я тоже сторонилась людей, ― после долгого молчания сказала она. ― Очень трудно начать верить кому―то, когда однажды тебя уже предавали.
Резко повернулся, и лишь тогда понял, что сдал себя с потрохами. Взяв связку с миллионом самых разнообразных ключей, она смогла найти тот, что открывал именно мою дверь. И только что я собственноручно дал ей это понять.
— Я же сказал, не лезь, ― сквозь зубы рявкнул я. ― Это не твое дело.
— Прятать за яростью свою боль, вот ваша тактика, верно? Вы просто считаете, что так будет проще, ― ощутил, как пальцы начали сжиматься в кулаки. ― Кто сказал вам, что если сдерживать свою боль, то она утихнет? Когда не с кем ею поделиться, когда никто не может забрать её кусочек себе, становится только хуже…
— Что в словах «не лезь, это не твое дело» тебе было не понятно?! ― прикрикнул, заставляя Эбби вздрогнуть. ― Ты что, действительно не усваиваешь с первого раза то, что тебе говорят?! Или ты просто настолько упертая, что не умеешь останавливаться??
— Я просто хочу помочь…
— Мне не нужна помощь. Особенно от тебя.
Развернулся, чтобы уйти, но она заставила меня остановиться:
— Всем нужна помощь, мистер Бейкер! И особенно вам! ― я стоял посреди площадки и не двигался до тех пор, пока она не обошла меня со спины и не заглянула в глаза. ― Я не знаю, почему вы хотите казаться хуже, чем есть на самом деле, ― уже спокойнее, но также уверенно продолжала Эбигейл, ― но вы правы, во мне слишком много упорства. И его точно хватит, чтобы это выяснить.
— Повторяю, ― сжимая кулаки, доходчиво произнес, ― не лезь. Это…
— … не твое дело, ― закончила она, подходя ко мне практически вплотную. В её глазах горел настоящий огонь. ― Я понимаю с первого раза, мистер Бейкер. Но дело в том, что я, действительно, не умею останавливаться.
— Ты просто не понимаешь, во что ввязываешься, ― медленно шёл вперед, заставляя ненормальную отступать назад. Какой бы смелой она не была, меня она все же боялась. ― Я не нуждаюсь в помощи. Мне не нужны твои советы, и уж тем более я не собираюсь раскрывать перед тобой душу, ― когда она врезалась спиной в стену, упер свои руки по обе стороны от её лица. ― Это не игра, Эбигейл. ― Но если бы даже и была ею, она слишком опасная для такой, как ты. Твои попытки совершенно ни к чему бы не привели. Ведь я тоже не умею останавливаться.
— Я бы никогда не попросила вас остановиться, ― неожиданно прошептала она, стойко выдерживая мой полыхающий взгляд, ― если бы только вы позволили мне попытаться.
Её слова заставили растерянно застыть на месте.
Я заметил, как задрожал её голос. Не знал, была ли эта дрожь от того, что она боялась или от того, что на террасе стало слишком холодно, но решил не выяснять.
Убрал руки и отступил.
— Иди внутрь, ― прошептал, из последних сил держа себя в руках. Заметил, как она открывает рот, чтобы ответить. ― Даже не думай спорить со мной.
Спорить она, действительно, не стала. Только вот я не знал, радоваться этому или нет, потому что с места ненормальная так и не сдвинулась.
— Почему тебе всегда нужно повторять по несколько раз?! ― разозлился, понимая, что хожу по краю. Что она залезала слишком глубоко. Капала слишком рьяно. А я просто не мог этого допустить. ― Я же сказал тебе идти в дом!
— Я не могу, ― просто ответила она.
— Почему? ― сквозь зубы проговорил я. ― Забыла, как это делается?
— Вы ничего мне не ответили. Я просто не…
— Эбигейл, черт тебя подери, иди внутрь!! ― закричал так сильно, что девчонка даже зажмурилась.
И, черт возьми, как же хорошо, что в доме орала музыка.
— Не пойду, ― твердо сказала она, пока её пальцы вжимались в стену. ― Пока вы не ответите мне.
— Пока не отвечу? ― злился, упираясь ладонями в камень. ― Ты так сильно хочешь, чтобы я тебе ответил? Почему?
Эбигейл смотрела точно в мои глаза, не смея отводить своих.
— Потому что это важно для меня.
— Почему, Эбигейл?! ― неожиданно схватил её за плечи, чувствуя, как она вздрагивает. ― Почему это важно для тебя?! Почему ты не можешь просто оставить меня в покое?!
— Потому что знаю, каково жить с невыносимой болью внутри! ― так же сильно закричала она. ― Потому что знаю, что такое день ото дня собирать себя по кусочкам! ― её глаза наполнились слезами, но огонь в них стал лишь сильнее. И от этого я непроизвольно замер. ― Не только ваша жизнь играла с вами в
