играй, Рашидов. Я не намерен каждое слово из тебя клещами вытягивать. Отвечай на вопросы сам или мне как-то иначе придётся тебе язык развязать!
Дамир повернулся к Камилю. Знал ведь, что он от него не отстанет.
— Если он докажет твою причастность, я должен буду избавиться от тебя.
— И что ты ответил?
Дамир снова замолчал, чем уже стал Бесить Камиля.
— Рашидов, Что. Ты. Ему. Ответил?
Глава 12
Камиль строго смерял Рашидова требовательным взглядом. Дамир же тяжело вздохнул. Надо отвечать, иначе Камилю башню сорвёт, тогда Дамиру точно не поздоровится.
— Сказал, что лично башку тебе прострелю, — процедил Дамир.
Камиль прищурился, потом слегка усмехнулся.
— Ответ правильный. Я даже осуждать тебя за это не могу. Потому что, если бы ты меня предал, Дамир, я поступил бы точно так же — прострелил тебе башку. Верность — превыше всего.
— Игнат говорил весьма уверенно, Камиль.
— Здесь возможны лишь два варианта: или Игнат ведёт какую-то свою игру, или он ничего не найдёт.
— А если найдёт?
— Значит эти доказательства будут подставой, Дамир. Потому что Я. Этого. Не. Делал! А ты уясни хорошенько это в своей голове. Потому что иначе, Дамир, ты вынудишь меня пойти против тебя. Поверь, я этого не хочу. Но я никому не позволю причинить вред своей жене и ребёнку. Ради них я глотку перегрызу всем и каждому.
— Я так и понял, Камиль. И на что ты ещё ради дырки готов пойти, а?
Лицо Камиля перекосилось от злости. Дамиру казалось, что он сейчас вмажет ему. Но Камиль сдержался. Набрал побольше воздуха, сделав глубокий вздох и медленно выдохнул, надеясь, что ему хватит терпения.
— На многое, Дамир, но не на предательство.
— Ты прогнулся под Громова, Камиль.
— Это был мой выбор. Поверь, если бы я этого не захотел, Громов никакой силой не смог бы заставить быть меня на его стороне.
— Ты потерял почти всё.
— Не потерял, передал тебе, Дамир. А ты запомни, статус мужчины определяется силой его врагов. Не полагайся на то, что враг не нападёт, полагайся на средства, которыми располагаешь, чтобы встретить его. Ты должен укрепиться так, чтобы стать неуязвимым для его нападок. Не позволяй таким, как Игнат влиять на тебя и мозг парить, Рашидов. А ты стал колебаться. Не позволяй никому встать между нами, брат.
— Камиль, я ведь не обвиняю тебя.
— Разве, мне так не показалось.
— Чёрт, я не знаю…
— Ты ведь сам решил и дальше в этом дерьме мараться, Рашидов. Нельзя все проблемы в этой грязи разрешить одним махом. Либо научись терпеть нападки, либо найми телохранителей. О гордости и боли думать уже не придётся. Если враг толкнёт тебя — ударь его. Если же он ударит тебя — сломай ему руки. Если враг сломает тебе руку — забери его жизнь. Не жди, когда он поставит тебя на колени, потому что вряд ли он позволит тебе подняться. Даже не рассчитывай на то, чтобы выйти из этой грязи нетронутым и чистым. Будь готов пожертвовать всем. Даже жизнью. Мой отец заплатил именно так — своей жизнью. И тебе это хорошо известно.
— Камиль, я верю тебе. Просто хочу, чтобы ты знал, что Я. Тебе. Верю. А это значит, что нас всё-таки кто-то хочет столкнуть лбами. Избавиться от одного из нас руками другого.
— Согласен, Рашидов. Игната или умышленно ввели в заблуждение…
— Или он играет против нас, — закончил Дамир.
— Да, Дамир. Я знаю Игната давно, сложно поверить, что он мог предать но…
— Но мы оба с тобой знаем, что возможно всё, Булатов.
— Именно. Мне нравится, что мы с тобой настолько хорошо понимаем друг друга, — Камиль слегка усмехнулся. — С тех пор как в городе объявился Львовский у тебя начались неприятности Дамир. Я не верю в такие совпадения. Этот гад не потерпит тебя на горе, Дамир. Тем более в прошлом вы с ним задирались.
— У этого гада в руках сосредоточена большая сила и власть. Я не знаю смогу ли выстоять против него.
— Если не знаешь, то точно не выстоишь. Если намерен и дальше крутиться во всём это дерьме, то не вздумай отступать и прогибаться перед Львом, Рашидов, иначе он тебя сожрёт. Научись преодолевать трудности, не сдавая собственных позиций. Сразу ты Льва не согнёшь, но со временем тебе это удастся. Просто дыши глубже, спокойно и будь терпеливым, всё и сразу не придёт никогда.
— Раньше за нами стоял Марат Булатов. Теперь же я остался даже без тебя, Камиль.
— Это не так. Я всегда помогу тебе, но на своих правилах и условиях. Я в эту грязь больше не вернусь.
— Надо выяснить какого чёрта Львовский решил объявиться именно сейчас. Просто так этот мудак никогда ничего не делал и не делает.
— Так узнай, а не по клубам и бабам бегай. У Львовского есть авторитет. А у тебя влияние и сила, Дамир. А это не одно и то же. Авторитет — наделен формальной властью, а тот у кого влияние и сила — способностью психологического влияния. Идеально, когда эти две роли совпадают, но, что имеем, то и имеем, так сказать. Я помогу тебе, Рашидов. Только ты не скрывай от меня больше ничего. Доверие, понимаешь ли…
— Я благодарен тебе за этот разговор, Камиль. Я приставлю пару парней к Игнату. Пусть выяснят с кем он встречается, где лазит, возможно, что удастся выяснить, кто ему мыслишки эти на ушко нашёптывает.
— Ты думаешь в верном направлении, Дамир. Хоть какие-то трезвые мысли. Я уверен, что это верное решение. Игнат не просто так настраивает тебя против меня. Надо выяснить, кто его дёргает за ниточки. Игнат — лишь марионетка.
— Я найду его кукловода, Камиль.
Булатов удовлетворительно кивнул.
Вечером Дамир и сам не понял для чего, но всё-таки приехал к подъезду дома, где жила Надя. Он посмотрел на часы. Восемь. Девчонка скоро выйдет.
Зная уже, что она упёртая, Дамир не сомневался, что девушка пойдёт на автобусную остановку. Только вот он не позволит ей строить из себя невесть что. Он сюда приехал с целью и ни одной бабе не позволит кидать себя мимо.
Надя вышла из подъезда и сразу же её взгляд натолкнулся на знакомую машину.
Приехал всё-таки Рашидов!
Кто бы сомневался!
Вот же упёртый наглец!
Но она ему ничем не обязана.
Надежде удалось так же сильно удивить и самого Дамира. Ведь вышла она не одна, под руку с каким-то молодым парнем, который смотрел на девушку с
