Читаем без скачивания Кровь. Закат - Эльдар Салаватов

Человек поставил «дипломат» на столик и сделал пригласительный жест. Кровник, помедлив, присел. Человек не спеша стащил перчатки, снял свои очки, аккуратно сложил их и спрятал в узком кожаном футляре.

Он сел напротив, через стол.

– Ты кто такой? – спросил он негромко.

– А ты кто? – спросил Кровник.

– Не знаешь? – Осмий смотрел, полуприкрыв веки. В жизни он был неприятнее своих фотопортретов.

– Не знаю, – покачал головой Кровник.

– Папа мой дал мне имя Осмий, – сказал он.

– А мне имя мама придумала, – сказал Кровник, – Константин. Сказала, что ей оно приснилось.

Рот Осмия свело судорогой. Кровник понял, что это улыбка.

– Вы что, били его по голове? – спросил Осмий у Кузьмы и снова повернулся к Кровнику. – Или он больной?

Свет под потолком мигнул. Еще раз. Все присутствующие посмотрели на лампочку. Все, кроме Осмия.

– Папа мой был военный. Ты тоже военный. Стопудово. Звание твое солдат… кто ты? Майор?

Кровник ухмыльнулся.

– Значит капитан. Поэтому морда такая недовольная, – сказал Осмий. Он положил руку на чемодан:

– Что в чемодане?

– Я не знаю, – сказал Кровник.

– Зато я знаю, – сказал Осмий.

– А я не знаю. Я дочку везу в Москву, на операцию… Киста у нее, вырезать надо… Чемодан попросили передать… Денег дать обещали. Тысячу долларов. Я на лесопилке работаю. Я столько и за год не зара…

Осмий зашелся в сухом кашле. Кровник понял, что это смех.

Осмий издал глотательный звук, и смех прекратился. Словно он его проглотил – свой смех.

Он опять посмотрел на Кузьму:

– Попросили передать!

– Нет… – сказал Осмий. – Он не больной.

– Это то, что я думаю? – спросил Осмий.

– А я не знаю, что ты думаешь, – сказал Кровник.

Осмий легонько постучал по кейсу кончиками пальцев:

– Как его открыть?

– Я не знаю.

– Андрюша, – сказал Осмий, – сделай что-нибудь.

Один из амбалов ударил раскрытой ладонью наотмашь.

У Кровника потемнело в глазах. Он заморгал. Дернул головой, приходя в себя. Зрение медленно вернулось в норму. Он сфокусировал свой взгляд на человеке, сидящем перед ним.

– Как открыть? – спросил Осмий.

– Я не знаю.

– Андрюша!

Искры посыпались из глаз. Кровник выключился на пару секунд. Щека горела так, словно его огрели мокрым веслом. Он чувствовал, как вспухает вся левая сторона лица, превращаясь в огромную гематому. Вот теперь его ударили кулаком.

– Я бы с удовольствием побеседовал с вами, Константин, подольше, но сегодня такой дурной день, – Осмий развел руками. – Жена моего непосредственного руководителя пропала вместе с его сыном. Мальчику пять лет. И, кажется, их похитили. Кошмар, да? У меня дел по горло… так что…

Он повернулся к амбалу:

– Андрюша!

– Там электронный ключ! – торопливо сказал Кровник.

– Ключ?

«Ох, и рожа» – подумал Кровник. – «Урод».

– Да, ключ, – кивнул он. – Прижимаешь к кейсу над ручкой, жмешь на кнопку – он открывается.

«Боже» – подумал Кровник, – «что я плету…»

Осмий слушал, изогнув шею.

– Как работает ключ? – спросил Осмий деловито. – На батарейке?

– Мне знать не положено, – сказал Кровник, – Перед каждым рейсом новый выдают. Но скорее всего на батарейке.

«Чмошник» – подумал Кровник презрительно и мысленно представил себе внешний облик ключа.

– Как он выглядит? – спросил Осмий.

– Такая штука, на плоскую зажигалку похожая. Темно синий, – сказал Кровник и приврал сверху: – с таким серебристым окошком для сканирования. Только на мои отпечатки реагирует.

– Ну?.. – Осмий повернулся к Кузьме, протянул руку и требовательно раскрыл ладонь. – Где он?

– Не было при нем ничего похожего, – сказал Кузьма, и уже Кровнику удивленно: – Где прячешь?

– Да, – кивнул Осмий, – давай его сюда!

– Я по инструкции должен избавиться от него, когда есть угроза, – сказал Кровник. – Когда седой с пистолетом поднял кипиш, первое что я хотел сделать – деактивировать ключ и выкинуть его над тайгой. Но мужик забрал его у меня. А потом выпрыгнул с парашютом.

Осмий стукнул по железной столешнице своим кулаком с такой силой, что Кровник даже удивился, не увидев вмятины в месте удара:

– Бац!!!

На белых щеках Осмия проступили красные пятна:

– Не ври мне!!!

– Я не вру! – сказал Кровник. – Ключ забрал мужик с парашютом! Савелий!

Осмий смотрел на него, раздувая ноздри. Красные пятна исчезли.

– Проверим, – Осмий глянул на Кузьму.

– Часа полтора, два с половиной – и лодки будут на месте, – сказал тот.

– Ладно… – Осмий встал со стула. Извлек из внутреннего кармана футляр, достал очки и нацепил на нос.

– Что с моей дочерью? – спросил Кровник.

– С ней все в порядке, – судорога изогнула губы Осмия в подобие улыбки. – Она в комнате с другими девочками. Ведет себя хорошо, не шалит.

Осмий стал натягивать свои черные кожанные перчатки, пахнущие новыми черными кожаными перчатками.

– Могу я с ней увидеться? – спросил Кровник.

– Да, обязательно, – Осмий указал на кейс. – Андрюша!

Амбал взял чемоданчик со стола.

– Когда? – спросил Кровник.

Осмий схватил Кровника за горло и вдавил кадык, перекрывая кислород.

Кровник открыл рот. В глазах потемнело.

– Когда я твою дочку во все дыры отымею, ты меня понял, вафел ты конченый?! Вот когда!!! – зашипел он Кровнику в лицо, брызгая слюной. – Когда я возьму нож и сам ей кисту вырежу, ты понял меня?! Пузо ей распорю и кишки выпущу! А ты смотреть на это будешь, пока тебя петушить будут, ты понял???

Он бросил шею Кровника, брезгливо вытер руку о белоснежный платок и, неожиданно задрав колено, лягнул его сильно ногой в живот: взрыв боли в лопнувших кишках. Кровник упал со стула, стукнувшись головой о бетонный пол.

– Вот что будет, если ты не откроешь этот чемодан, понял? – Осмий швырнул смятый кусок ткани ему в лицо.

Кровник хотел что-то сказать, но смог только просипеть нечленораздельное:

– Ыммх!..

Он хватал воздух, широко разевая рот и ошарашено вылупив глаза.

– Что в чемодане? – спросил Осмий, с омерзением глядя на человека, скрючившегося от боли на полу.

– Это «Периметр», – после долгой паузы неохотно выдавил Кровник.

– Ой-ей-ей ура. Вот это да… – безжизненным голосом проговорил Осмий. – Копия президентского «ядерного чемоданчика»? «Кнопка»?

– Да, – так же неохотно ответил Кровник. Он держался за живот обеими руками. Его мутило от боли.

Осмий посмотрел на кейс. На лежащего у его ног.

– Открой! – приказал он.

– Я говорю: ключ у седого. – Кровник смотрел на лакированные ботинки перед своим носом.

– А чемодан почему у тебя?

– Забрал… – Кровник зажмурился, – вырвал в последний момент… седой отвлекся груз сбрасывать… я дернул… без него он выпрыгнул…

Лежал, не разжимая век.

– Молись, чтоб это было так, – сказал Осмий. – Я буду очень расстроен, если…

Он двинулся к выходу из камеры, помахивая чемоданчиком так, словно шел с ручной кладью на посадку в аэропорту. Кровник смотрел на его искривленную в мутном пространстве фигуру, чувствуя щекой холод бетонного пола.

– Не надо благодарить меня заранее… – сказал Осмий, приложив руку к сердцу и поклонившись.

Ключ провернулся в скважине три раза.

Кровник со стоном закрыл глаза: все еще хуже, чем он думал. Гораздо хуже.

Он покачал головой и скривился: этот ушлепок явно вбил себе в голову, что теперь у него одна из запасных «Кнопок». Если эта автоматическая система получает достоверное подтверждение о нанесение ядерного удара, то даже если президент со своим «чемоданчиком» погиб от прямого попадания – происходит автоматический запуск ракет, с установленными на их борту мощными радиопередатчиками. Это называется «Периметр». «Мертвая рука». «Кнопка».

Разубеждать Осмия бесполезно – ему явно нравится эта версия. Кровник сам сделал все, чтобы он поверил. Осмий вряд ли знает, что «Периметр» – это не просто чемоданчик, а система, состоящая из нескольких составляющих. Кровник видел такой всего два раза летом 1991-го, во время путча. В тот момент ядерное оружие мощностью в миллион мегатонн в прямом смысле слова прямо на глазах выходило из-под контроля. «Периметр» несколько раз передавали из рук в руки малознакомые друг с другом люди. Кровник лично сопровождал «президентский чемоданчик» и даже держал его около получаса у себя на коленях. Тот, с которым Осмий только что вышел из этой комнаты – очень похож. Но.

Это короткое «Но».

У Кровника за последние сутки была возможность хорошенько рассмотреть черный кейс из лаборатории, чтобы понять: это очень качественная копия. Он почти такой же. Очень похож. Разница буквально в паре деталей. Его пару раз навещала мысль: вдруг это просто более старшая модель? Вряд ли… Наверняка левый. Хотя кому понадобилось делать обманку, тоже непонятно…

Кровник еще раз покачал головой.