серьезных отклонений.
Серебристая субстанция вводилась для подавления воли и эмоций. Это не было секретом. И считалось наоборот — панацеей от сомнений или терзаний. Оно использовалось редко, обычно после серьезных жизненных проблем — например, для матери, потерявшей ребенка. Или если кто-то на работе начинал проявлять слишком много личного мнения.
Просто по желанию препарат вводили редко. И об этом сразу докладывали Совету.
— Значит, я в норме?
— Да, конечно, — кивнула Целитель, убирая склянку с лекарством и устройство, похожее на шприц.
— Но мое состояние…
— Такое иногда бывает. Все мы люди. К сожалению, нашу природную сущность невозможность искоренить полностью. У каждого бывают временные отклонения от нормы. Наши эмоции — это болезнь. Но мы можем ее лечить.
— Что мне сделать, когда действие лекарства закончится?
— То же, что и всегда. Медитировать, заниматься своей работой, думать о долге. Родился, работал, умер. Все остальное не имеет смысла. Телепаты должны знать это лучше всех. Тем более вы, Кристэль.
— Я?
— Такая блестящая карьера! Вам всего девятнадцать, а вы уже стали полноценным Телепатом. А скоро станете Стражем Хранилища. Ваша жизнь наполнена смыслом!
Да, наверное… Сложно это осознать, когда не обладаешь чертовыми эмоциями.
— А какая прекрасная партия! — продолжала болтать Целитель, — Сам Телепат Арпал. О нем говорят все женщины. Что может быть лучше мужа, так исправно выполняющего свою работу. Ваша жизнь идеальна, Кристэль! Словно написана от первой до последней главы.
А вот это точно. Как будто всю жизнь расписали еще до рождения. И ни шагу в сторону. Идеальное рабство до самой смерти.
— Благодарю вас, Эмильда, — сухо сказала Кристэль, поднимаясь на ноги.
Ну, хотя бы Целитель не заметила никаких отклонений. Значит, все это глупости. Наверно, она просто плохо выспалась. Да и лекарство как будто уже начинает действовать. Мысли потекли спокойно, как река. Одна за другой, и все одинаковы безразличны ей. Как хорошо! Поскорей бы приступить к работе.
Лицо Кристэль просветлело, и она бодрым шагом добралась до здания Телепатов. Войдя в вестибюль, на автопилоте пошла знакомой дорогой к своему рабочему месту. Но кто-то схватил ее за руку.
— Привет, Кристэль!
Девушка обернулась на знакомый, высокий голос. Это был Эликс — молодой парнишка, учившийся на Телепата. Ученики носили одинаковые длинные туники с вышитым узором, а их волосы были подстрижены очень коротко в знак юношества. На плече у мальчика висела толстая сумка, набитая учебниками.
Хороший мальчик. Да еще и сирота. Жаль только, что малоспособный. Если ты родился в клане, это еще не значит, что ты сможешь стать его полноценным членом. Иногда не хватает природного дара. И тогда ты либо будешь занимать низшие должности, либо вообще покинешь клан и станешь обычным горожанином. Бедняга Эликс целыми днями корпел над книгами, но так и оставался среди отстающих.
— Сколько у тебя сегодня уроков, дружок? — удыбнулась девушка.
— Вообще четыре, но я бы хотел еще позаниматься. Я хочу быть как ты, Кристэль! Может ты снова меня немного подтянешь?
Кристэль несколько раз давала ему уроки, но каждый раз со вздохом отмечала про себя, что мальчику очень тяжело дается тонкое искусство телепатии.
— Хочешь небольшой урок?
— Конечно!
Эликс хотел сказать что-то еще, но вдруг замолчал, почувствовав странный холодок во всем теле. Его тело застыло в одной позе, и из него вдруг отделилась полупрозрачная проекция. Вот проекцией он уже мог управлять. Мальчик в изумлении рассматривал свои прозрачные руки, пока мимо проходили другие равнодушные Телепаты. Кристэль наблюдала за ним все с той же легкой улыбкой.
— Нравится? — спросила она, — Телепат может оставлять свое тело где угодно, а сам перемещаться в виде такого призрака. Этого призрака можно хоть проткнуть насквозь — с Телепатом ничего не случится. А если еще поднапрячься, можно даже сделать проекцию не такой прозрачной.
— Потрясающе! — прошептал Эликс, когда его рука прошла сквозь листву растения, пробивавшегося сквозь пол.
Кристэль дала парнишке шутливый щелбан по носу, и ее пальцы прошли сквозь его лицо. Если бы умел, Эликс наверняка бы рассмеялся. Но жители Лемурии умели лишь улыбаться, чтобы хоть как-то показать одобрение или хорошее самочувствие.
— Как ты это сделала?
— Просто влезла в твой разум.
— Но я почувствовал только холод.
— У тебя слишком слабая защита.
— Защита как раз не слабая. Попробуй сейчас меня пнуть!
Эликс разбежался и пронесся сквозь Кристэль. Словно окатило ледяным душем. Девушка взвизгнула и попыталась стукнуть наглеца, забыв о том, что он ничего не почувствует.
И плевать, что проходившие мимо Телепаты смотрят с осуждением. В конце концов, Эликс еще ребенок. А лекарство пока не подействовало на нее полностью.
* * *
Лезвие меча вращалось с такой скоростью, что можно было ослепнуть от отражаемых солнечных лучей. Восьмеркой из-за спины, прокат рукояткой по тыльной стороне ладони, перехват другой рукой, подброс. И смертельный выпад из поворота с раздвоением лезвия.
Сандар замер в позе выпада. На этом моменте как раз вываливались кишки воображаемого противника. Капли пота упали с мокрого лица на острые лезвия.
— Это было зрелищно!
Воин убрал лишнее лезвие и спрятал меч в складках плаща. Обычно он не снимал его даже во время тренировок, чтобы защититься от солнца и не привыкать
