Повинуясь внезапно возникшему влечению, Алекс притянул ее к себе. Ночной воздух обволакивал их, было очень тихо, слышался только плеск воды. Сара подняла голову, и Алекс увидел искорки в ее глазах.
— Что у тебя на уме? — спросил он.
— Еда, — улыбаясь, ответила она.
Оба рассмеялись.
— И чего бы тебе хотелось?
— Паштет и еще соус с моллюсками, и хлеб с чесноком.
Алекс покачал головой:
— Представляю, как будет выглядеть кухня после того, как ты все приготовишь, — как итальянский ресторан после вооруженного налета.
Сара улыбнулась:
— Это точно!
А Алекс подумал, что простая улыбка делает ее такой соблазнительной.
— Может быть, что-нибудь попроще? Например, фрукты… — предложил он.
— И шоколадные пирожные. Я их приготовила еще вчера, так что кухня будет идеально чистой.
Алекс не смог сдержать улыбку, думая, действительно ли шоколад может заменить секс. Вслух же он сказал:
— Согласен, это пойдет.
Еда, по мнению Сары, была неотъемлемой частью секса. Ей всегда очень нравилось, как в кино влюбленные кормят друг друга фруктами или пирожными. Особенно ей нравилось, когда женщина кладет что-нибудь вкусное в рот мужчине, а он облизывает ей пальчики. Сара и сама, еще подростком, попыталась проделать это с мальчиком по имени Марк Уолстон, но у нее ничего не получилось — дело кончилось тем, что она сломала ноготь о его подтяжки. Вот Алекс, она была уверена, наверняка искушен в таких вещах. Ей только придется приложить к этому усилие.
Она все время чувствовала его близость. Когда взгляд его глаз цвета заходящего солнца останавливался на ней, ее тело охватывало приятное томление. Ей так хотелось, чтобы он снова обнял ее, почувствовать тепло его тела.
Они сидели во дворике у бассейна, куда Сара вынесла еду. Ночь была полна звуков. Звенели цикады, где-то вдали ухала сова, едва доносился плеск воды, воздух был напоен ароматами цветов. Алекс откинулся назад. Он сидел, закинув руки за голову и полуприкрыв глаза. Все его тело казалось расслабленным. Сара, улыбаясь, смотрела на него. И тут она увидела шрам. Огромный розовый рубец, похожий на след сабли, пересекающий его торс.
Оцепенение. Испуг. Тревога. Ярость.
Тарелка выскользнула у нее из рук. Она вздрогнула и поднесла руку к губам.
— Что случилось? — Алекс вскочил на ноги.
Не отводя взгляда от шрама, Сара прошептала:
— О, Алекс… Ты не говорил мне…
Отчаяние в ее голосе поразило Алекса. Он проследил за ее взглядом.
— А, это, — сказал он небрежно, как будто речь шла о татуировке. — След операции. Желчный пузырь. Просто попался плохой хирург.
— Нет, в тебя стреляли три раза, — прошептала она с невыразимой болью в глазах. — Ты чуть не умер…
Алекс покачал головой:
— Хорошо, что тебя не было рядом, когда это произошло.
Сара осторожно дотронулась до его шрама и опять спросила:
— Почему ты мне ничего не сказал?
— А зачем?
— Затем, что я опять попросила бы тебя отказаться от этого расследования и уехать.
— Сара, — твердо сказал Алекс, — я никуда не уеду. Что бы ни говорили ты, или Конни, или хоть сам губернатор Аризоны, я не оставлю свою работу незавершенной.
Сара долго молчала, затем прошептала:
— Я вовсе не хочу сообщить твоей семье, что ты погиб, выполняя свой долг.
— Это не причина, чтобы мне уезжать отсюда.
— Тогда какая же причина может заставить тебя сделать это?
— Какая? Ты хочешь знать какая? Вот она.
Сара даже не осознала, как это произошло. Алекс оказался так близко, что у нее перехватило дыхание. Он схватил ее за плечи и прижал к себе, покрывая ее лицо короткими страстными поцелуями. Наконец их губы встретились и слились в долгом поцелуе. У нее кружилась голова, прерывалось дыхание. Она чувствовала, как бешено колотится его сердце.
— О, Алекс… — едва смогла выдохнуть она. Только сейчас Сара поняла, какой вулкан она разбудила.
Они стояли на краю бассейна, казалось, все вокруг замерло, словно в ожидании чуда. Внезапно он поднял ее на руки и понес к ступенькам, ведущим к воде. Там, у края бассейна, была небольшая скамеечка, на которую он сел, а Сару положил себе на колени. С нежностью глядя на нее, он молча перебирал ее волосы. Затем наклонился и тихо спросил:
— Ну, что с тобой сделать?
В ответ она обняла его и прижалась к нему. Он склонился над нею в поцелуе. Сначала его губы слегка касались ее губ, как бы для того, чтобы ощутить их вкус и тепло. Затем поцелуи стали более настойчивыми, страстными. Обнимая ее, он спустил с плеч тоненькие бретельки купальника и приник губами к ее груди, лаская рукой живот, бедра, колени.
Сара почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног, ее тело трепетало, было полно желания и отвечало на его ласки. И когда он наконец соединился с ней, она застонала от блаженства: он принадлежал ей, только ей!
Время, казалось, остановилось. Они были одни на всем свете: их обволакивала и ласкала вода, над ними было бездонное звездное небо.
Позже, когда, обессиленные, они лежали, по-прежнему сжимая друг друга в объятиях, Сара подумала, что только теперь увидела настоящего Алекса Торна — мужчину, которого она так долго ждала.
11
— Сара, неужели ты сделала это?
Не отрывая взгляда от чертежной доски, Сара нахмурилась:
— Ты уже третья, кто сказал мне сегодня что-то в этом роде. Неужели я ничего не могу сохранить в тайне?
Сухо усмехнувшись, Конни вошла в кабинет.
— Дорогая, даже если ты сломаешь ноготь, об этом немедленно узнает весь персонал. А тут произошло действительно эпохальное событие.
— Может, все-таки не будем делать из этого историю? — недовольно поинтересовалась Сара.
Конни подошла к ней, ее глаза жадно блестели.
— Ну и как он?
Сара продолжала делать наброски. Идея у нее уже была, теперь нужно было воплотить ее в жизнь. Не получив ответа, Конни посмотрела на лист бумаги.
— Что это?
— Спасательный жилет, — мельком глянув на подругу, пояснила Сара, продолжая рисовать.
— Спасательный жилет?
— Для авиалиний, — кивнула Сара. — Сегодня с утра по телевизору говорили что-то насчет того, что в жилеты, которые выдают в самолетах, ужасно трудно втиснуться. Вот у меня и появилась мысль. Погляди сюда, — Сара продолжала рисовать, — что ты думаешь насчет этого?
— Как он тебе? — не отвечая на вопрос, снова спросила Конни.
Оторвавшись от работы, Сара моргнула:
— Кто?
— Алекс, — нахмурившись, пояснила Конни. — Действительно ли бухгалтеры такие скучные, как о них думают?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
