я, и не замечаю, что какой-то добрый человек жвачку к сиденью прилепил. Все… пипец джинсам. Настроение – гадость. Отвратительно, блин.
– Тоже мне, неприятности, – слегка хмыкает Стелла. – Сочувствую. А вообще, теоретически, штаны твои оттереть можно. Положи в морозилку, жвачка замерзнет, и отскребешь. Или прогладь через пару слоев туалетной бумаги. Хотя… купи лучше новые и не парься. Вот поэтому-то я и готова стоять в пробках в своей машине или в маршрутке, даже пешком прогуляться лишние полчаса, лишь бы не спускаться в метро. Вообще, культура езды в метро в нашем городе в принципе куда-то исчезла: то на проходе стоят, то войти в вагон пытаться до того, как из него вышли все желающие, то барахло какое-то перевозят… Нонче такое в порядке вещей…
– Как обидно же. Такая девушка, и вдруг эдакое откровенное хамство.
– С девушками это иногда случается. Можно думать, пропустить кого-то – ниже их достоинства. Прекрасно тебя понимаю. А для меня адское бесилово, когда человек первым заходит в вагон и останавливается у входа, мешая пройти остальным. Уже смирилась с теми, кто по бокам встает, но когда прямо напротив двери, это вообще бесит. Или наоборот, едут далеко, а становятся напротив двери, и даже не думают проходить внутрь вагона…
Слушая свою подругу, я все думаю – чем закончится наша сегодняшняя встреча? Вытяну ли я из этого пустого диалога хоть какие-то полезные для себя сведения? Наверное, нет, но все-таки надо попробовать.
– …В какой уже раз встретилась с точкой зрения, – тем временем продолжает Стелла, – что здравомыслящие, профессиональные, но при этом чем-то вылезающие из «нормы» личности не нужны ни одному мало-мальски благоразумному начальнику. То есть, они как бы и нужны, их могут вовсю употреблять, понуждать пахать в полную силу, но платить за это по минимуму. При этом им не видать ни особого продвижения по службе, ни самой маленькой властной должности… Из этого механически не вытекает, что первым делом вылазят обязательно дураки, вовсе нет. Вперед, как бы лучше сказать, лезут люди с крепким «жизненным опытом», прежде всего, с хорошо развитым умением лизания начальственных жоп. Сотрудники исполнительные и сравнительно ограниченные, по крайней мере, с виду. Хитрые, такой, знаешь, житейской, крестьянской хитростью, типа обосрать за глаза ближнего своего, подставить при возможности, или свалить на него собственные промахи. И ведь, как правило, они потом в начальники и идут, оставляя далеко позади, на низовой работе и маленьких деньгах всех независимых, непокладистых и просто нестандартных, пусть и более умных и талантливых.
– Вот именно что умных и профессиональных, – соглашаюсь я. – Если некий человек – ярко выраженная индивидуальность, причем прекрасно делает свою работу, то он хорош как личность и без кредитов и семьи, так? Тогда зачем кого-то продвигать, если этот кто-то на своем месте, прекрасно справляется, и даже больше, его работу никто не сделает так хорошо, как он? А дуракам везде у нас дорога.
– Не, я не имела в виду дураков в полном понимании. В начальство выбиваются, как правило, люди неглупые, но во многих сферах весьма ограниченные. Поэтому с начальником нельзя спорить, и ни в коем случае не надо его поправлять. А еще положены регулярные корпоративы, на которых человек показывает, как он умеет нажираться «в команде». А если ты туда не ходишь, то отделяешься от коллектива, от команды, противопоставляешь себя корпоративным интересам.
– Дуракам везде у нас дорога… беда всеобщая.
– Да всегда она была на самом-то деле, эта беда. Все оттого, что начальство в качестве своих заместителей или начальников средней руки хочет лицезреть вовсе не новаторов и творческих личностей с нестандартным складом ума, а людей, что называется, верных, предсказуемых, управляемых, типовых, не вылезающих из общей массы. Ну, кроме повышенной природной хитрожопости, естественно. Полезных людей. Стандартные привычки: футбол или хоккей, машина-рыбалка-дача. Умение попить пива, любовь посидеть в дристоране с коллегами, короткая прическа, ну, и при случае – возможность совратить красивую подчиненную. Сколько раз уже сталкивалась – и в мелких конторах, и в больших системах, и во властных структурах – везде идеал человека, идущего на продвижение такой: семья-дети и кредит на квартиру-машину-дачу. Если все это есть, значит, повязан, и не будет никуда рыпаться, а то сразу окажется в бездне финансовой зависимости. На протяжении уж какого года наблюдаю такую картину. В общем-то, это ведь не в одной только Рашке так, а как бы, скорее всего, и во всем мире, но ведь все же хочется верить, что так будет не всегда? Как же так? Хотя, что я вру, – так уже было не одну сотню лет, да и будет еще. Такова логика начальства…
– Знаешь такой анекдот, – вдруг почему-то вспоминаю я. – Приходит мужик в секс-шоп. А там его уже хорошо знают, встречают радостно, только что не расстилаются перед ним: «Здравствуйте! Вы – наш постоянный покупатель, самый дорогой и щедрый клиент! Недавно поступила эксклюзивная линейка изделий, специально для вас! Куклы как живые. Трехслойный силикон с переменной плотностью и подогревом, сбалансированный вес, шелковистое покрытие, мощный многоядерный процессор, естественные движения и звуки: все изделия снабжены программой искусственного интеллекта… набор дополнительных опций… коллекция аксессуаров. Гарантии, скидки, а в случае каких-либо проблем по вине производителя – возврат покупателю в течение трех месяцев!» Посмотрел мужик, посмотрел, понравилось. «Дайте, – говорит, – мне вон ту, черненькую, с хитрыми глазками». Отстегнул кучу бабла, оформил доставку, купил. Приходит через месяц и хочет вернуть. «Почему? – удивляются продавцы. – Движения неестественные? Нет? Звуки не те? Тоже нет… Может – коже недостает мягкости? Или лицо не понравилось? Что не так?» Помялся мужик, почесал репу, и признался: «Продинамила и не дала».
– Чего-то я не врубилась, наверное, уже слишком пьяная даже для анекдотов. Слушай, сколько натикало? Ну, нифига ж себе мы засиделись! А все ты – заговорил меня всю, придется у тебя переночевать, хоть это идет вразрез с моими, между прочим, принципами…
* * *
Наконец картинка пропала, и я вновь вернулся к текущей действительности. Вернее, в то состояние, что с детства привык считать объективной реальностью, кем-то данною нам в ощущениях. Все также в столовой у растворенного буфета, а ступня моя пребывала около базальтовой плитки с проплавленным отпечатком чьей-то ноги. Сомнения, что это именно отпечаток, а никакая не дизайнерская пепельница, уже почти пропали. Видимо, если по каким-либо причинам контакт моей пятки с камнем нарушался, происходило возвращение в настоящее.
Прав, прав Чак Паланик: «Те, кто умеют забыть прошлое, на голову выше нас всех».
Пришлось надеть тапочки, положить плитку на
