— В таком случае, как я понимаю, ты разбираешься в алфавите и основах делопроизводства? — спросил я достаточно сухо. — Может, ты еще знаком и с основами методики исследования?
Джайлз помрачнел.
— Я знаю, вы уже слышали от этой гарпии, что меня отчислили из университета, и это, к сожалению, чистая правда. Но я могу помогать вам в ваших исследованиях, несмотря на отсутствие ученой степени. — Он пытался скрыть свой стыд, но был еще слишком неопытен, чтобы преуспеть в этом.
— А зачем тебе эта работа? — поинтересовался я. Может, его средства заперты в фамильном особняке и он ищет работу из самых понятных и простых соображений.
Но его ответ удивил меня.
— Я хочу стать писателем, — сказал он просто. — Я знаю о вашей репутации в этой области, и я читал некоторые ваши монографии. Я многому могу научиться у вас, просто работая рядом, не говоря уже о возможных контактах.
Эта последняя ремарка явно была неглупой домашней заготовкой. Иметь необходимые связи в издательских кругах в наши дни, пожалуй, так же важно, если не важнее, чем обладать непосредственно талантом.
— Но ведь ты уже писатель, — сказал я.
— Что вы имеете в виду? — спросил он, искренне удивившись.
— Твоя пьеса, — напомнил я ему. — Я, кстати, дочитал ее, несмотря на всю эту шумиху вокруг смерти Эбигейл Уинтертон, и я думаю, что у тебя есть талант.
Он просиял на мгновение, но затем снова поник головой. Он выглядел так, словно ему было неловко из-за чего-то, вот только я не мог понять из-за чего.
— Спасибо, конечно, но эта работа не из тех, под которой я хотел бы ставить свою подпись. Это было для меня чем-то вроде терапии. — Он улыбнулся, пытаясь свести все к шутке, но я не очень-то поверил ему.
— Считай, как знаешь, — сказал я, — но ты определенно умеешь связывать слова и выстраивать драматическое произведение.
— Но это ведь не роман и даже не биография, — ответил он нетерпеливо. — Мне другое интереснее. Вы подумаете насчет моей кандидатуры?
Я вздохнул. Он не понял этого, но я уже нанял его пять минут назад. Я, возможно, совершал большую ошибку, но мой внутренний голос подсказывал мне, что я поступаю правильно.
— Что ж, считай, что ты получил работу, — сказал я ему, и глаза его загорелись энтузиазмом.
Джайлз откинулся на спинку дивана, широко улыбаясь.
— Вы серьезно? Я буду у вас работать?
Я кивнул. Неужели я выразился недостаточно ясно?
— Когда мне начинать? — спросил он возбужденно. — На сегодня у меня нет никаких планов, и я готов приступить к работе прямо сейчас.
— Джайлз, тебе разве не хочется для начала узнать, сколько я буду тебе платить? — поинтересовался я. Ситуация меня забавляла и, честно говоря, несколько льстила.
Он отмахнулся:
— Я уверен, что вы не обманете меня, Саймон. Я ведь могу называть вас Саймон? — Я кивнул. — У меня хватает денег, уж поверьте. Вы вообще можете не платить мне, если хотите.
Это было слишком благородно с его стороны. Даже такой пройдоха, как я, не мог пойти на это.
— Нет, Джайлз, я настаиваю, чтобы все было на деловой основе. Я буду платить тебе, как положено. Вот только для начала выясню, как именно положено в здешних краях.
— Замечательно, просто замечательно, — сказал он, светясь счастьем. — Так когда мне начинать?
Я вздохнул. Готов ли я ко всему этому?
— Ладно, — сказал я, вставая, — пойдем в мой офис. Если ты так жаждешь поработать, можешь для начала рассортировать мои папки. Это давно нужно было сделать, но мне страшно браться за это, если честно.
Джайлз действительно быстро учился всему, и я оставил его уже через пятнадцать минут корпеть над завалами моей документации. Я заставил его поклясться, что он никому не расскажет о Дафне и Доринде. Он пообещал, что ни словом не обмолвится, хотя глаза его взволнованно загорелись.
Я постоял с минуту в дверях, глядя, как он со счастливой улыбкой на лице копается в моих бумагах. Я покачал головой. Что ж, если он действительно этого хочет, то я найду для него столько работы, сколько он сможет сделать.
Я взял со стола наши стаканы и хотел было пойти на кухню, когда раздался звонок в дверь. Хм… кто бы это мог быть? Я вроде бы не ждал гостей.
Я поставил стаканы обратно на стол и пошел открывать.
Передо мной стояла Летти Батлер-Мелвилл, прижав палец к звонку. Она явно намеревалась звонить до тех пор, пока кто-нибудь не откроет.
— Вы! — Она посмотрела мне в лицо, глаза ее метали молнии. — Поверить не могу, что вы такой черствый человек! Вы, вы, вы… настоящий американец!
Глава 13
Я хотел пригласить ее войти, но в этом отпала необходимость, поскольку она влетела внутрь сама, едва не отдавив мне ноги. Я закрыл дверь и последовал за ней в гостиную.
— Нет, ну в самом деле, доктор Керби-Джонс, — продолжала она свою гневную речь, подбоченясь, — мне поначалу казалось, что вы более чуткий человек. — Странно, что она не стала развивать тему про грязного америкашку. — Как вам не стыдно расстраивать бедного Невилла такими историями?
— Дорогая моя миссис Батлер-Мелвилл, — запротестовал я, — уверяю вас, что не имел ни малейшего желания расстроить викария до такой степени. Я и представить себе не мог, что он так чувствителен к плохим новостям.
Судя по всему, жену викария совершенно не умилостивил мой примирительный тон. Одной рукой она вцепилась в неизменный шарф у себя на шее, продолжая зло смотреть на меня.
— Я, конечно, понимаю, что вы лишь недавно переехали в Снаппертон-Мамсли, доктор Керби-Джонс, но это ведь не означает, что вам позволено набрасываться на беззащитных людей и запугивать их ужасными историями.
Боже правый! Что она несет? Кто-то должен срочно вразумить эту женщину. Обычно я чрезвычайно вежливый человек, но когда сталкиваешься с такой откровенной враждебностью, то хочешь не хочешь, а приходится защищаться.
— Вы, вероятно, были слишком заняты в последнее время делами прихода. — Мой тон не оставлял ей ни малейшего сомнения в том, что под делами прихода я имею в виду не совсем приличные интрижки, которые она плетет с населением мужского пола. — Однако, в то время как вы выполняли свою благочестивую миссию, не кто иной, как старший инспектор Чейз собственной персоной, проинформировал меня о том, что бедная мисс Эбигейл была убита в собственном доме самым неприятным образом. — Я сурово посмотрел на нее, и она попятилась назад.
Я с удовольствием подметил, что Летги Батлер-Мелвилл смутилась. Она побледнела, и ее рука на шарфе дернулась так сильно, что я испугался, как бы Летти не задушила сама себя прямо в моем доме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
