привлечь его на свою сторону. С. наблюдает за надвигающимся кризисом. Н. предлагает самим приблизиться к волне, прыгнуть в нее. Она справляется с кризисом, но испытывает шок утраты. Вытащив С., она вдруг обнаруживает, что это не он, а ее «
пятнадцатилетний сын. Я попыталась откачать его, делала ему искусственное дыхание. Но он был недвижим, и меня охватило страшное чувство, что уже ничего не поделаешь».
Потерять сына, собственную плоть и кровь, — это совсем иное, чем потерять просто знакомого. Однако этот сон не о ее сыне. Ей не надо бояться, что она потеряет своего сына. Все элементы и фигуры сна — это части ее самой. Н. — доминирующий элемент личности. С. — аспект ее личности, можно назвать его персональностью. С. — это она сама как научный аналитик, наблюдатель, которого необходимо вывести на более сильную позицию. Использование «фотографии» — интересный момент в данном сне, поскольку фотографией Н. в своем бодрствующем состоянии занимается и очень интересуется. Фотография несет в себе и научный, и художественный компоненты.
Сон экстернализует, выводит на поверхность различные элементы личности, чтобы можно было более четко их увидеть. Этот процесс противоположен тому, что протекает в состоянии бодрствования. Пробудившись, человек видит внешние объекты и переживает события, которые потом интернализует, уводит под поверхность, берет в сознание, чтобы осмыслить их и использовать в своем опыте. Какие-то из них он отфильтровывает, а другими, вольно или невольно, впечатляется. В сновидении все наоборот. В большинстве наших снов мы не переживаем события, которые происходят вовне нас на астральном плане. Душа берет содержимое нашего личностного сознания и экстернализует его, показывая так, чтобы мы могли его отчетливо видеть. Мы переживаем не внешний мир, а самих себя — тот мир, который сами создали в своем сознании. Все обращается изнутри наружу, и цель этого — развитие самосознания и рост сознания.
Сон начинается со следующей сцены: «На берегу океана стоял восьмиугольный дом с большими окнами на все стороны. Вечерело. Солнце садилось, и краски были очень яркими». На берегу встречаются две стихии — воздух и вода, или эмоции и ум. Восьмиугольный дом с большими окнами на все стороны — это позитивный символ целостности и открытости ума. Восьмиугольник ближе к кругу (целостности), нежели квадрат. Вечер и яркие краски указывают на состояние равновесия и целостности. Все это говорит о том, что Н. весьма хорошо оснащена для того, чтобы справиться с надвигающимся кризисом и готова принять вызов. Именно тогда, когда человек достигает определенной степени успеха и равновесия, ему нужно готовиться принять удар новых вызовов-кризисов-возможностей.
Склонность личности состоит в том, чтобы достигать частичного успеха и затем снижать уровень или почивать на лаврах. Частичность успехов личности можно увидеть лучше, овладев парадигмой целостности, которую представляют Семь Лучей. Личности очень трудно, если не невозможно, увидеть то, чего ей не хватает или чем она не является, особенно, если эта личность достигла какого-то успеха. Наваждение и иллюзия увлекают успешную личность в состояние сознания, где она совершенно права относительно одних частностей, но нетерпимо относится к множеству других.
Н. сначала занимает ту позицию, что она права, она достигла, она реализовала себя, она знает. И это может привести к тому, что она упустит следующий важный шаг вперед. Проблема ее не в недостатке развития или малом знании. Наоборот, она — очень развитая личность, обладающая властью и влиянием по отношению к своему окружению. Ее «проблема», или вызов, в том, чтобы дать личности перспективу, увидеть достижения личности относительными, а не абсолютными, и осознать малость этих достижений и знаний вне зависимости от личного успеха.
Припомним, что Н. пытается учить С. Она тащит его на берег, что оборачивается потом катастрофой. Можно сказать, что Н. под влиянием 4-го Луча стремится с головой нырнуть в переживание. Этот метод хорошо послужил ей в прошлом и является частью ее успеха. Но теперь ей нужно учиться отстраненности, непривязанности, уходя от привязанности. Она должна наблюдать, будучи психологически дистанцированной от ситуации и не входя с ней в близкий контакт. Обе техники одинаково ценны, но одной она владеет, а другой — нет. Ей нужно больше ментальных качеств 5-го Луча, чтобы научиться предвидеть. Ее нынешнее представление о 5-м Луче — стерильность, холодность и т. д. — существенно искажено собственным лучевым типом. И то, что она отвергала, ей нужно теперь принять. Очень возможно, что этот сон — последний звоночек… на данный жизненный период.
Вот что пишет Д.К. по поводу отсутствия у нас некоторых Лучей:
«Для учащихся весьма ценным является изучение Лучей, не представленных в их личностном оснащении. Рекомендую этот вопрос вашему вниманию…» («Ученичество в Новом Веке», т. 1, с. 351).
«Вы извлекли бы много пользы, если бы тщательно изучили Лучи, которые в настоящее время отсутствуют в вашем оснащении. Силы Четвертого, Пятого, Шестого, Седьмого Лучей не представлены в нем. Все ваши Лучи — это главные Лучи-Аспекты. Лучей-Атрибутов нет; в этом ваша проблема и, одновременно, безмерная возможность. Что спасает вашу ситуацию, так это то, что в предыдущей жизни вы работали через личность на Четвертом Луче. Гармония через Конфликт является для вас глубоко укорененным желанием и базовой фиксированной позицией. Вы ее унаследовали, и в настоящей жизни она глубинно присутствует» («Ученичество в Новом Веке», т. I, с. 379–380).
Сон о новом доме. Две или три ночи спустя после сна об огромной волне Н. увидела другой сон, который, похоже, проливает дополнительный свет на действие энергий Четвертого и Пятого Лучей в ее жизни.
«Мне снилось, что я нахожусь в «своем» доме, том, в котором живу сейчас. Какая-то женщина с маленьким ребенком на руках постучала в дверь и спросила: «Могу я войти и попрощаться с этим домом?»
«Конечно, — ответила я, — входите. Меня зовут Н.»
Она уставилась на меня и заявила: «Мне неважно, как вас зовут. Я просто хочу сказать «прощай» этому дому. Я так привыкла к нему».
Она казалась очень странной; положив ребенка на пол, она стала массировать, гладить его и оглядываться.
Я поднялась наверх. Это был большой дом, намного больше, чем я думала раньше. Я вошла в одну из комнат. Это было прекрасное и просторное помещение, отлично подходящее для детского сада З. Я спустилась в холл, чтобы позвать З. «Взгляни-ка на эту комнату и все эти игрушки! Отличное место для тебя, не правда ли? И такое просторное!»
Этот дом, хотя я в нем и жила, был для меня новым и неизвестным. Предстояло еще обойти множество комнат. Мы с З. перешли через холл к другой комнате и быстро поняли, что это
