что находился Максимка начал подниматься наверх и попутно вёл огонь по тёмной фигуре. Злобный вопль то ли боли, то ли ярости разнёсся над кладбищем. По силе звука он перебил даже звук вертолёта. Кто-то явно куда-то попал…
Максимка, сильно ударившись обо что-то, всё равно умудрился спуститься и не разбиться. Сердце бешено колотилось. Ему было страшно, очень страшно, но он всё равно шёл вниз по своей воле на встречу судьбе. Он ещё не знал, что первая вертушка лежала разбитой в пятидесяти метров от его местонахождения, но быстро понял это, когда увидел языки пламени сгорающего топлива. Место крушения освещало большую площадь. Этого хватало для того, чтобы присмотреться и понять, что происходит вокруг. Второй вертолёт, произведя успешную высадку спецназа, поднялся над деревьями и продолжил вести обстрел светового столба. В ответ, из него вырвалось множество прозрачных фигур. Это были духи, и они атаковали летающую машину. Вертушка закрутилась, пулемёты заглохли. Летающая машина потеряла управление и, резко накренившись, начала своё падение в провал. Раздался взрыв. Вместо целой машины в глубины провала полетели множественные обломки. Тем временем, пока происходили все эти события, процесс перекачки душ не останавливался, но всё же что-то изменилось… Пропала тёмная фигура, та, что тащила по земле троих пленных оперативников.
На земле со всех сторон раздавались автоматные очереди. Максимка, сидя за плитой дрожал, но дрожал он не от холода. Бесёнок отчётливо чувствовал присутствие тёмной зловещий магии, и её источник был где-то рядом. Напряжение росло, но бесёнок отринул страх и собрался с духом. Глаза постепенно привыкли и стали лучше видеть в темноте. Видимости также способствовали световые полосы от пуль. Стреляли из автоматического оружия. Ракета за ракетой взвивались в небо освещая место боестолкновения. Стало ясно, что тут целое поле сражения. Нечисть атаковывала спецназовцев. Вылезали упыри из странного по мерам Максимки провала, из того откуда лился свет. Бойцы из второй вертушки уже на половину подобрались к первому упавшему вертолёту, когда из-за него, используя уцелевший корпус как укрытие, тоже стал вести интенсивный огонь по врагу. Это означало, что там есть уцелевшие, и они выбрались. Вопрос только сколько выбралось из разрушенной машины, и кто…
Максимка ринулся туда. Он окутал себя облаком мрака и, осторожно пробираясь, начал подбираться к первому вертолёту, стараясь избегать спецназовцев. Те тоже не сидели на месте. По мнению Максимки, группой бойцов сейчас никто из штаба не командовал, так что скорее всего кто-то из спецназовцев взял командование на себя. Связь со штабом точно была потеряна, и сейчас там никто не знал, что происходит. За пределы купола ничего послать нельзя. Хорошо, что хоть внутри самого купола работала рация. Оставался вопрос, рискнёт ли генерал Мавродиков послать ночью на старое кладбище солдат регулярной армии, что под руководством Арбузова заняли все известные проходы на кладбище. Над головой Максимки пронёсся бесплотный дух. Бесёнок пригнулся, но дух на него даже не обратил своего внимания. Прозвучал одинокий выстрел, и дух, завопив, растворился. Одинокий выстрел… Сообразив, что это точно не бойцы спецназа, Максимка почему-то решил пробираться туда, откуда он прозвучал. Двадцать метров дались ему тяжело и медленно, но они того стоили. За деревьями прятались трое и это были те, ради кого была затеяна вся эта спасательная операция. Вероятно, они очнулись и, избавившись от колдовских пут, вступили в бой. Максимка подкрался и убрал мрак. Спрятавшись за камень, он прокричал в пол голоса:
— Никита, это я, Максимка!
Тут же прозвучал выстрел и пуля просвистев рядом с бесёнком ушла в землю.
— Стой, стой! Не стреляй, это я, я - Максимка! — завопил бесёнок.
Было темно, но осветительные ракеты ещё вздымались в небо. Во время одной из таких Никита распознал бесёнка.
— Зараза ты шерстяная! Мало того, что мы тут из-за тебя чуть не обосрались от страха, так ты ещё оказался именно тем, кого тут точно не должно было быть! Какого хрена ты тут делаешь?
Никита был явно зол. Максимке пришлось оправдываться после такого наезда.
— Я это… я не знаю, что я тут делаю, но как минимум ищу Михалыча.
— Цел твой Михалыч! Вон, там в пятнадцати шагах укрылся со своими, и сейчас ведут огонь. Мы видели, как они все вылезли из упавшего вертолёта. Нас чудом лопастями не задело.
Кузя не обращал внимание на появившегося беса и никак не отреагировал на его появление. Ему было не до того. Короткими очередями из пулемёта он вёл огонь по тем врагам, которых видел и кто делал попытки приблизиться к укрытию трёх ментов. Максимка успел разглядеть, что все трое изрядно потрёпаны и в крови, но оружие своё не потеряли. Варвара тоже продолжала молчать и отстреливалась. Появление Максимки её злило, ведь теперь придётся следить за ним, что б его не зацепило пулей.
Бесёнок подполз к ним поближе и засел рядом, укрывшись за деревом. Никита сосредоточился на стрельбе.
— У меня патроны заканчиваются, — заявил Кузя и ехидно поинтересовался у бесёнка, — ты случайно не захватил?
— И я рад тебя видеть, здоровяк! — отозвался Максимка и сразу вспомнил. Сунув руку в карман, он нащупал узелок, в котором завернул патроны, украденные в кабинете Мавродикова. Вытащил и развязал. — У меня есть только эти...
Никита обернулся, продолжая делать одиночные выстрелы.
— Что у тебя там есть?
— Вот, такие патроны есть, — пояснил Максимка и развязал зубами узелок. Два десятка патронов высыпались на землю.
— Кажется, от тебя есть толк, — обрадовался Никита и собрал рассыпавшиеся патроны. Он даже не стал спрашивать Максимку откуда у него боевые патроны, бес всё равно соврёт и отмажется, да и сейчас не время и не место вести подобные расспросы.
Патронов было мало, но мало - лучше, чем вообще ничего. Максимка понял, что боезапас у них заканчивается. В этот момент очередной мертвяк, разогнавшись спрыгнул с крыши склепа. Кузьма обернулся и дал по нему очередь. Мертвяк разлетелся на куски.
Варвара матюгнулась, что проворонила атаку мертвяка, и, найдя новую цель в виде атакующего духа, прицелившись, выстрелила. Пуля попала в цель и дух растворился. Атаки шли мелкими волнами.
— Сидеть больше нельзя, нужно двигаться, они все зажаты, и им до нас не добраться, а вот мы сможем.
Это было дельным предложением, прозвучавшим от Варвары, потому что у прибывших спецназовцев точно был боезапас, но они не могли покинуть свои позиции, иначе будет прорыв. Сидеть на месте и тратить последние патроны равносильно глупой смерти,
