После этого быстро собрался и вышел, направившись к станции электрокаров.
Глава 11
Специальная операция — это далеко не всегда ночная высадка на вертолётах, в красивых чёрных спецкостюмах, с новейшими спецсредствами при всей возможной поддержке: от разведки до РЭБ.
Иногда она выглядят вот так: простой китайский внедорожник марки «Хавейл», китайские же противогазы и маски, полуколхозный экип из магазина для рыбаков и охотников, одноразовые белые комбезы в качестве защиты от пыли плюс бытовые дозиметры. Из запасов — самый минимум: консервы, которые легко можно найти в магазинах, батончики, энергетики. Ну и горючее, шесть канистр по двадцать литров.
Плюс долгая дорога до нужной красной зоны, по обычным трассам, безо всяких там подорожных документов, дающих возможность пользоваться защитой властей там, где эти власти взяли контроль над ситуацией.
Мы вживались в роль мародёров. Их всё ещё немало на огромных просторах полуразрушенной страны, и борьба с ними займёт не один год, даже по самым оптимистичным прикидкам.
Такова наша легенда. По мнению аналитиков, лучший способ приблизиться к нашему объекту интереса на минимально возможное расстояние, не вызвав никаких подозрений.
Ехали, само собой, второстепенными и третьестепенными трассами. Хорошо хоть смартфоном с закачанными картами разрешили пользоваться: у многих настоящих мародёров такие были. Тем более, что в нашей версии установили очень полезные дополнения. Например, карты полей выпадения радиоактивных осадков. Такие ад-оны распространялись бесплатно среди всех, кому удалось сохранить работающие смартфоны.
Без спутников, конечно, навигация не совсем полноценная получалась — но всё равно довольно удобно. Я ещё хотел захватить с собой бумажную карту, но меня отговорили: «Когда ты в последний раз видел актуальную карту на бумаге? Или работающий принтер в красной зоне?» На эти аргументы мне ответить было нечего.
Первые несколько часов пути мы в основном молчали, перебрасываясь лишь малозначимыми бытовыми фразами. Кажется, нам обоим было неловко, чему виной был запрет обсуждать какие-либо подробности биографии и личной жизни друг друга.
Кстати, раньше я о таком запрете даже не слышал. Похоже, изобретение нового времени.
Во второй половине дня, когда мы поменялись местами и «Рубин» сел за руль, я всё-таки не выдержал и поднял эту тему:
— Как-то странно… — сказал я, бросив на него быстрый взгляд. — Вроде как по замыслу мы должны доверять друг другу, беспрекословно. А у меня возникает чувство, будто я работаю с роботом… не обижайся если что.
«Рубин» вздохнул, угрюмо глядя на дорогу.
— Есть такая фигня, — согласился он. — Это недавно ввели. В порядке эксперимента. Были на то основания.
— Даже представлять не хочу, какие… — буркнул я.
— Да тут не надо быть гением, чтобы догадаться, — он пожал плечами, не отрывая рук от руля.
— Ты догадался? — заинтересовался я.
— Спросил. Мне это показалось идиотизмом, о чём я так прямо и сказал.
— Ну?
— Дело в семьях. Было несколько неприятных инцидентов несколько месяцев назад. Спящая агентура после провала одного из наших добиралась до семей всех, кого он знал. Пытались шантажировать. Не обошлось без жертв. Вот начальство почесало репу и ничего не придумало лучше, кроме как ограничить доступ к этой информации среди своих же оперативников.
— Ну… в принципе, должно быть эффективно, — согласился я, размышляя, почему сам не догадался спросить напрямую.
— Тебе хоть с позывным повезло, — осклабился «Рубин». — Сразу утвердили?
— Нет, — ответил я. — Вообще не я придумал. Сказали, так надо.
— Кому-то в кадрах ты понравился… — вздохнул он. — Я вот тоже не сам выбрал. Никакого соблюдения традиций — тоже просто назначили и всё. «Рубин», блин!
— По-моему красиво… — осторожно заметил я.
— Да, блин, только кого не спроси почему-то резко стали считать меня рыжим! Какой-то психологический выверт. И наверняка ведь какая-то тада-ивановна в кадрах специально так сделала! А я — не рыжий, я блондин. Да, потемнее тебя, но всё-таки.
— Вон оно чё… — кивнул я.
— А тут ещё «Тора» в напарники поставили… ну вот кто они после этого?
Я осклабился, но промолчал.
— Надо о чём-то отвлечённом поговорить, — снова начал «Рубин» после паузы. — Тишина на нервы действует.
— Согласен, — кивнул я. — О чём?
— Ну, что вот тебе интересно? Из отвлечённого?
— Из отвлечённого… — я задумался на несколько секунд. — Интересно, что в Китае сейчас происходит. Как они выкарабкиваются?
«Рубин» вздохнул.
— Да как-как… под раздачу попали по беспределу… ну ты в курсе в общих чертах?
— Что пиндосы их бомбили? В курсе. Но именно, что в общих чертах.
— У меня было время немного плотнее поинтересоваться… атаки они не ожидали, даже после того, как в Европе началось. А пиндосы просто почесали репу, посчитали, что после события того, что от них останется, не хватит, чтобы полноценно конкурировать. Значит, Китай получит контроль над оставшимся миром. Ну и жахнули, причём с подлодок. Сначала была попытка обезоруживающего удара, не совсем удачная. Контрразведка китайская хорошо поработала. А потом по городам: побережье сильно пострадало — Шанхай, Гуанчжоу. Основные промышленные центры то есть. Народу очень много погибло, у них же территориальное распределение неравномерным, как и у нас, только плотность ещё выше. Естественно, китайцы ответили всем, что было. Снесли базы в Тихоокеанском регионе. От Гавайев мало что осталось. Ну и символически — по Вашингтону. К тому моменту их ПРО вся разряжена была…
— Да это понятно, — кивнул я. — Интересно, как они сейчас выкручиваются?
— Да нормально в целом выкручиваются. С осадками им сильно повезло — роза ветров зимой в основном развёрнута в сторону Тихого океана. Так что сельскохозяйственные земли не сильно пострадали. Плюс народ весь на земле цел остался. Ну и того, что успели наклепать из промышленного потенциала вне основных агломераций, хватило, чтобы чувствовать себя достаточно уверенно. А ещё знаешь, что у
