Что Миша уж точно не станет причинить вред Малинке, но это ни черта не помогало.
Едва Корнилов тормознул возле торгового центра, в который, очевидно, привёз Миша нашу дочь, я выбежала из машины и помчалась в её любимое кафе. Ян следовал по пятам, а когда я ворвалась в зал, где тут же увидела столик, за которым сидела та компания, которую лицезреть я была не готова, случилось неожиданное.
- Малинка! - выкрикнула я, бросаясь к дочери, рядом с которой восседала Лия.
Достигла Лизки, которую хотелось вырвать из лап почти бывшего мужа и его любовницы, и меня согнуло пополам. Больше держать в себе ничего я не могла - меня обильно вытошнило прямо на шубу Лии в районе груди. Любовница мужа завизжала, вскакивая с места. Раздался оглушительно-звенящий смех Малинки, а потом всё стихло.
- У меня кишечная инфекция, - выдавила я из себя, сама не зная зачем.
Преследовала лишь одну цель - не выдать ни капли информации о своей беременности. Хотя и осознавала - Малинин настолько увлечён Лией, что они вряд ли сопоставят факт того, что я окончательно уделала шубу блондинки, с тем, что я ношу под сердцем малыша.
- Миша! Миша, она меня так заразит! - закричала Лия и стала стаскивать с себя шубу.
К ней уже бросились официанты с салфетками наперевес, кто-то из гостей заведения снимал данное действо на камеру. И мне бы было даже смешно, если бы я не находилась просто в жуткой оторопи от происходящего.
- Старая дрянь! Сволочь! Ты всё это специально, да? - вереща так, словно у нас происходил турнир по тому, кто выдаст более запоминающийся ультразвук, голосила Штерн. - Старая калоша! Ты уделала мою шубу!
Она стала бросаться на меня, потеряв всякий достойный вид, если, конечно, у неё он когда-либо имелся в принципе. И вновь мне на помощь пришёл Корнилов. Он просто вклинился между нами, не давая блондинке добраться до моего лица своими скрюченными пальцами.
Оттолкнул её, несильно, но ощутимо. На него тут же накинулся Миша, выронивший испачканную шубу на пол. Завязалась драка. Я видела - Ян делает всё, чтобы не допустить реального кровопролития. Отступает, уклоняется, не отвечает. Действует при этом так молниеносно и профессионально, что по нему сразу видно - выстави против него хоть тысячу Малининых, он справится и с ними.
Наконец, Корнилову пришлось показать свою силу. Он одной правой разделался с Мишей - короткий тычок в челюсть, и Малинин заморгал ошалело, пока Ян нависал над ним.
- Забирай свою курицу и вон отсюда! - рявкнул Корнилов, едва ли не касаясь лбом лба моего мужа.
Они смотрели друг на друга с такой ненавистью, что у меня не оставалось сомнений - не выдержи кто-то из них и случится мини-апокалипсис в отдельно взятом кафе. А потом Миша сдался.
Он просто отпихнул от себя Яна, но сделал это так, что все кругом поняли - на этом всё. Ему просто нужно покинуть «поле боя».
- Милый, она меня заразила… я чувствую, она меня заразила! - затараторила Лия, которую Миша схватил под руку, увлекая в сторону выхода из кафе, при этом не забыв подхватить с пола её испорченную норку.
Она говорила что-то ещё, я попросту не прислушивалась. Вздохнула, пытаясь прийти в себя, потому что накатила новая волна тошноты. Корнилов уже забрал вещи Малинки, и я, приобняв дочь, повела её следом за удалившейся парочкой. За нами, ни слова не говоря, шествовал Ян.
Лишь когда мы устроились в его машине, я повернулась к дочери и сказала:
- Лизуль… Мне так стыдно, что не приехала за тобой… Просто вырубилась и всё. Прости, - попросила Малинку, состроив умильную, насколько это было возможно, гримаску.
На что младшая дочь вновь разразилась заразительным смехом и выдала:
- Мам! Ну что ты такое говоришь? Всё хорошо.
Она вскинула руки и с восторгом добавила:
- Мы победили!
Глава 29
Всё случившееся было ужасным. Лия, рыдая, закрылась в ванной, и Миша битых полчаса не мог добиться от неё ни слова. Она лишь причитала сама с собой, что такого шока не испытывала никогда, а на его вопросы, чем он может ей помочь и не нужно ли вызвать врача, молчала.
Когда же, наконец, вышла, первым делом схватила шубу и… выкинула за порог квартиры.
- Я отвезу её в химчистку, - сказал Миша, но по взгляду Лии, которым она полоснула по нему, понял, что идея так себе.
- Чтобы я дальше ходила в этой помойке, которую устроили твоя жена и дочь? Лучше уж голой!
Приложив ладонь ко лбу, Лия присела на край дивана и снова начала всхлипывать.
- Кисонька, она стоила довольно круглую сумму. Если быть точным - шесть нолей там точно имелось, - осторожно продолжил Малинин, но Лия покачала головой:
- Пусть заберёт какая -нибудь уборщица. Или можешь взять и отвезти её своей жене! Ей она пойдёт даже в таком виде.
Она начала закипать, и Миша, вздохнув, присел рядом и стал поглаживать запястье любовницы. В том, что сегодня стряслось, виноват был и он в том числе. А вообще за то, что намеренно вытворила Лиза, её стоило наказать.
- Я останусь с тобой, хорошо? Тебе нужно… - начал он, но не успел даже договорить, как Лия смерила его взглядом и оборвала:
- Мне нужно побыть одной. Вот, что мне нужно. А ты поезжай.
Она подскочила и заходила по гостиной. Один раз приостановилась и, придержав рукой живот, снова всхлипнула. Было видно, что Лия всё ещё потрясена.
- Завтра мы встречаемся с Надей. Я буду у неё вечером. До этого момента постараюсь прийти в себя.
Миша поджал губы, но говорить ничего не стал. Навязываться Лии, тем более в такой момент, он не желал. Но отчего-то поймал себя на том, что начинает испытывать раздражение, причём направленное именно на любовницу.
«Это всё отголоски того, что вытворили Лиза и Тоня», - мысленно сказал он себе.
Улыбнувшись Лии, Малинин поднялся и, подойдя к ней, провел губами по её скуле.
- Я позвоню, как доберусь до дома, - сказал он, направляясь к двери.
- Если не возьму трубку - сплю, - смягчившись, ответила ему Лия.
Миша вышел из квартиры и, всё же забрав с собой шубу, уехал.
На душе у него было погано.
У Нади было хорошее настроение. С утра Пьер обрадовал её тем, что
