— Никак нет, командир! — тут же отрапортовали мне подчиненные и кинулись врассыпную на осмотр подведомственной нам территории.
— То-то! — проворчал я.
Почему-то неуважительный тон подчиненных по отношению к Айлин взбесил меня. То, с каким достоинством и немалым упорством моя партнерша по тренировке пыталась освоить прием, вызвало во мне уважение. Она не капризничала, не жаловалась, не пыталась отвлечь меня, задавая ненужные вопросы, как проделывали это столичные девицы с моими гвардейцами. Лишь внимание и сосредоточенность — вот все, что демонстрировала Айлин.
Меня озадачило: ее движения были больше похожи на танцы, которым обучают молодых барышень, чтобы блистать на императорских приемах. Поэтому тренировка напоминала репетицию страстного танца, в ходе которого я не упустил возможности прижаться к податливому женскому телу и обнять девушку лишний раз за плечи. Ее близость взволновала меня. Нежный запах полевых цветов, который я запомнил еще с первой нашей встречи, манил. Желание оголить плечо Айлин и провести по нежной коже носом, втягивая ее запах, не давало мне покоя. А ощущение хрупких плеч под руками, заставляло мечтать о большем.
Но большего я себе позволить не имел права. Что мог я обещать сироте, хоть и одаренной? Студентке захолустной академии, хоть и с незаурядными способностями? Да и подозрение в шпионаже не добавляло простора в наши отношения! Но глаза цвета сочной полевой травы манили. И неудержимое желание вновь прикоснуться к ней выжигало меня изнутри.
Айлин
— Верный, ну ты красавец! — нахваливала пса Мадина, стоя в душе.
Мохнатый друг сидел в раздевалке, повернувшись мордой к стенке, и довольно вилял хвостом.
«Вот видишь, Айлин! На этот раз я был рядом и смог защитить тебя!» — гордо бахвалился друг у меня в голове.
«Ты смог меня защитить от человека, который не собирался на меня нападать!» — уточнила я. — «Но, ты прав, суслики были впечатлены!»
«Как не хотел нападать?» — возмутился Верный, при этом громко тявкнув.
— Ой! — испугавшись, пискнули в душе мои сокурсницы.
— Верный, что случилось? — заволновалась Ифа.
— Да, он только что понял, что зря устроил спектакль на уроке! Ведь никто на меня нападать и не собирался! Мы с Брайаном лишь тренировались! — язвительно заметила я. — Но сусликов позабавили на славу!
— А мне понравилось! — рассмеялась Самира. — А то капитан весь такой важный ходил. Подшучивал над твоей слабостью. У Верного неплохо получилось сбить с него спесь!
— Это точно! — поддержали новенькую остальные наши сокурсницы.
«Вот видишь! Твои подружки умеют ценить храбрые поступки!» — гордо выпрямившись и продолжая смотреть на стену, подметил друг.
«Все-то ты успеваешь! И перед сусликами представление устроить для восстановления своей подмоченной репутации охранника моей тушки, и перед моими подружками засветиться, как грозный защитник!» — ворчала я.
«Да, да! Я такой!» — приняв мое ворчание за похвалу, согласился со мной Верный.
Глава 28
— О чем задумалась, подружка? — поинтересовалась я у Мадины, как только нам удалось остаться одним в нашей комнате.
С ее отрядом сопровождающих кавалеров в последнее время это стало довольно проблематично.
— А ты не заметила, что студенты Столичной Императорской Академии порой очень странно себя ведут? — задала неожиданный вопрос Мади.
— Честно говоря, я к ним не присматривалась, поэтому мне сложно тебе что-либо ответить, — призналась я. — А почему ты так решила?
— Они часто друг друга одергивают, прерывая разговор на полуслове, или, прежде чем что-то сказать, начинают оглядываться, опасаясь, что их могут услышать посторонние, — задумчиво пояснила Мад.
— Действительно, странно, — согласилась я с ее размышлениями. — Да и их появление в нашей академии вызывает множество вопросов.
— Вот, вот! Странно, но жутко интересно! Давай, выведаем, что они скрывают! — глаза Мадины азартно блестели.
Желание разгадать чужие тайны, сунуть свой аккуратный, но не в меру любопытный носик, было безудержным.
— Может, не стоит вскрывать чужие тайны? Вдруг это окажется для нас чревато последствиями? Зачем нам лишние неприятности? — пыталась я достучаться до разума соседки.
— А мы аккуратно, лишь слегка заглянем и никому не расскажем, — пыталась меня уговаривать подруга.
— А вдруг…, - продолжала возражать я.
— Никому, никому! — выстроив бровки домиком и сложив руки в молитве, прощебетала Мадина.
А может, подружка права? И не стоит отмахиваться от чужих секретов! А если они связаны с причиной появления здесь Крылатого? Неразумно пускать все на самотек!
— Почему же ты не выспросила обо всех тайнах своих подопытных? — встрепенулась я. — Под приворотным зельем они не могли тебе отказать в такой малости.
— Я пыталась, но у меня ничего не получилось! — призналась в своем провале Мадина.
— Почему? — недоумевала я.
Поверить в то, что зелье соседки не сработало, было невозможно.
— Не знаю! Как только начинала выспрашивать о том, кто учился с ними в Столичной Академии, и почему их спешно перевели к нам, все участники моего эксперимента тут же принимались осыпать меня комплиментами, пересказывали, как под копирку, одну и ту же версию событий, или банально уходили от ответа! — негодовала экспериментаторша, профессиональная честь которой была задета.
— Может, ты не те вопросы задавала? — рассуждала я. — К тому же, на слабых магов из числа твоих поклонников могли поставить запрет на беседы по определенной тематике.
— Я задавала разнообразные вопросы, причем, каждому подопытному в отдельности! Реакция у всех одна и та же! — возмущалась Мадина.
— Ты права! Странно все это! — согласилась я с взволнованной подругой. — Ладно, давай попробуем узнать их секреты другим способом.
— Ура! Айлин, ты — лучшая! — радостно принялась обнимать меня соседка.
— Ууу! — выл Мэттью после своего последнего занятия, буквально вылетая из аудитории в коридор, где мы с Мадиной его поджидали. — Я больше не могу выносить стенаний столичных индюшек! Сколько можно жаловаться? И это только первый день! Что с ними будет к концу недели?
— Какая разница, что будет с ними, Мэтт? — возмутилась Мади. — Главное, это нам не сойти с ума от их постоянных жалоб и претензий! Сегодня на занятии профессора Нияки во время варки заживляющего зелья я чуть не вцепилась Хезер в волосы! Девица громко возмущалась по поводу необходимости помогать людям, цель существования которых, по мнению индюшки, состояла исключительно в выполнении всех ее приказов и желаний!
— И что же тебя удержало от прореживания волос малютки Хезер? — удивился Мэтт, давно знакомый с пылким и порывистым характером нашей общей подруги.
— Профессор Нияки! — загадочно улыбнулась Мадина. — В конце занятия он приказал всем выпить приготовленное каждым зелье.
— Не томи уже! — изнывал от любопытства Мэттью. — Рассказывай, чем дело кончилось!
— У Хезер позеленели волосы, почернели зубы, и в три раза увеличились уши! Теперь она ходит по академии в образе ушастой русалки! Девица пыталась приказать нам все исправить, но мы заверили ее, что целью нашего существования не является исполнение ее команд. Профессор Нияки порекомендовал нахалке учиться решать свои проблемы самостоятельно, — сияя, как золотой, рассказывала подруга
— А у нас во время практики на ферме редких видов животных Белинда засунула руку в клетку, чтобы погладить ядовитого фенека. Недоверчивый зверек, учуяв незнакомый ему запах, насторожился, а увидев, что в тянущейся к нему руке нет никакого подношения, конечно же, от души тяпнул красотку. Белинду тут же обсыпало прыщами, а на руках посинели ногти. Теперь она больше смахивает на пупырчатую морскую звезду! — делилась я своими новостями. — Зато данный случай отучит все столичное пополнение совать пальцы, куда ни попадя. На наглый приказ Белинды немедленно вылечить ее, профессор Вакози заметил, что неприятность, постигшая красотку, побудит новую студентку выучить всю энциклопедию ядовитых животных, а заодно, и учебник по противоядиям.
