торговцы, приходившие с запада, из Средней Азии, по будущему Великому шелковому пути[83]. Первые переводы буддийских текстов на китайский делали парфяне — жители крупной древнеиранской империи, приблизительно совпавшей по времени с империей Хань. Одним из культурных посредников был проповедник Ань Шигао, который обосновался в Лояне около 148 года и, как принято считать, выполнил около двухсот переводов. Это были довольно свободные и не слишком точные переложения оригинала: буддист-иностранец растолковывал источник человеку с родным китайским, а тот, в свою очередь, диктовал текст писцу. Первые истинные последователи ханьского буддизма происходили из даосских кругов, из-за чего возникла тенденция интерпретировать труды в соответствующем духе.
Буддийский монах и путешественник Сюаньцзан с посохом и свитками в сопровождении тигра. Иллюстрация, эпоха Тан.
Попечители Британского музея, Лондон
По стопам ранних миссионеров пошли многие буддийские монахи. Один из них, Кумараджива (334–431) родом из буддийского государства Кучар, выполнил переводы, завоевавшие сердца китайских элит. После этого буддийские тексты начали постепенно распространяться по всей Восточной Азии, а монахи-китайцы стали совершать паломничества в Индию. Так, за «истинными сутрами» в эту страну отправился Фасянь (337–442). Он долго путешествовал на кораблях, пережил не один шторм и в конце концов благополучно возвратился в Нанкин. Паломничество в Индию буддийского монаха VII века н. э. Сюаньцзана легло в основу написанного в эпоху Мин (см. ниже) классического романа «Путешествие на Запад» («Си ю цзи»), а о его реальных, не менее захватывающих приключениях мы узнаем из записей времен Тан. Хотя император Тай-цзун запретил китайцам покидать страну, Сюаньцзану удалось проскользнуть через границу. Он путешествовал семнадцать лет, встретился со знаменитыми индийскими мудрецами, учился у них. Последние годы жизни он провел в столице Чанъань (ныне — Сиань) и перевел многие труды, снискав всеобщее восхищение. Ученики очень его любили и написали историю его свершений.
С ростом популярности буддизма в Китае появились и новые боги индийского происхождения. Часто они приобретали традиционный китайский оттенок.
ГУАНЬИНЬ
Имя Гуаньинь, богини милосердия и сострадания, можно перевести как «Смотрящая вниз и слышащая его крики». В Китае она намного превосходит по популярности других буддийских божеств. Ее изображения встречаются повсеместно: они есть во многих домах, в ее честь по всей стране возведены храмы. Изначально в буддизме Махаяны это была бодхисатва Авалокитешвара: в Индии ее считали мужчиной, а в Китае она могла быть как мужчиной, так и женщиной (до XII века на ее изображениях видны усики). Поскольку сострадание в Китае больше ассоциируется с женским началом, и в пантеоне не было значимого божества подобного рода, Гуаньинь очень быстро стала для китайцев богиней, и ее культ распространился по всей Восточной Азии. Китайские буддисты по сей день ей почитают ее как спасительницу — особенно она помогает в море и при рождении детей. Вероятно, ее образ вобрал в себя черты древних местных богинь, которым было принято молиться в таких случаях.
Бодхисатва Гуаньинь и шестнадцать архатов на горе Путошань. Рисунок тушью, эпоха Мин.
Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Центром поклонения Гуаньинь была гора Путошань — остров в архипелаге Чжоушань в провинции Чжэцзян к юго-востоку от Шанхая. Известно, что ее культ существовал там некоторое время еще в VII веке н. э. во времена Тан. Рассказывают, что один японский монах хотел забрать статую богини с собой на родину, но поднялась буря, и он был вынужден искать убежище на горе Путошань. Решив, что Гуаньинь не хочет покидать Китай, он оставил ее на острове и построил там женский монастырь. Обитель получила подходящее название — «Монастырь нежелающей покидать» — и, несмотря на различные реформы, существует поныне.
Буддийская богиня или китайская принцесса?
Некоторые древнекитайские ученые полагали, что Гуаньинь — это принцесса по имени Мяошань. Отец, жестокий правитель, попытался против воли выдать ее замуж, но она не поддалась и поклялась стать буддийской монахиней. В конце концов он уступил мольбам и позволил дочери уйти в монастырь, но приказал монахам давать ей самые неприятные задания. Она, однако, с радостью выполняла все поручения. Тогда разгневанный отец приказал войскам сжечь обитель, где Мяошань нашла убежище, но она погасила пламя. Наконец он распорядился предать ее смерти. Годы спустя царя поразил недуг. Как оказалось, единственное средство от него — это глаз и кисть человека, добровольно пожелавшего принести такую жертву. Таковых не оказалось — кроме Мяошани, которая пребывала в загробном мире. Она отдала отцу один глаз и руку и тем самым исцелила его, а сама стала богиней милосердия Гуаньинь, которую иногда изображают с нимбом из тысячи глаз.
Сказание о Шаньцае
В китайских народных сказках часто упоминается служитель Гуаньинь Шаньцай, на санскрите именуемый Судхана. Говорят, он был индийским мальчиком-калекой и занимался попрошайничеством. Желая постичь учение Будды, он совершил путешествие к горе Путошань: до него дошли слухи, что там живет бодхисатва, готовый учить его. Гуаньинь решила подвергнуть нового ученика испытанию и сотворила иллюзию, будто бы ее преследуют чудовища. Шаньцай бежал изо всех сил, чтобы их прогнать, и даже бросился с утеса, но Гуаньинь спасла его в полете. После этого к нему вернулась способность ходить, и он стал ее преданным слугой.
Гуаньинь держит корзину с рыбой. Фарфор, глазурь, эпоха Цин.
Бирмингемский художественный музей
На скульптурных изображениях Гуаньинь часто несет корзину с рыбой. Этот образ связан с легендой о Царе драконов. Его сына в форме рыбы поймали рыбаки, и, казалось, уже ничто не может его спасти, но Гуаньинь услышала жалобы принца и отправила слугу выкупить его за любую цену. Такое неслыханное предложение вызвало на рынке ажиотаж, но Гуаньинь сумела пристыдить других покупателей. Слуге удалось купить рыбу и отпустить ее в море. Согласно одной из версий, Царь драконов был так признателен богине, что подарил ей Жемчужину неугасающего света — она тоже встречается на статуях наряду с рыбацкой корзиной. Буддийская традиция выпускать на волю рыбу и других животных, обреченных на съедение, отчасти связана с этой историей.
МАЦЗУ
Другую богиню-защитницу, на этот раз помогающую на море, зовут Мацзу. Ее имя означает «мать» или «предок по материнской линии», и известна она также как «Царица небес». Изначально ей поклонялись даосы вдоль побережья Южно-Китайского моря от Фуцзяня до Тайваня и Гонконга, где особенно часты бури и тайфуны. Там ее знают как Тин хау — «Небесную императрицу». Фестивали в честь Мацзу сегодня проводят на двадцать третий день третьего месяца лунного календаря.
Статуя Мацзу, храм Тяньхоу в Тяньцзине.
cowardlion / Shutterstock
