10.
Вскакиваю, извлекаю божественный пехотный нож и всаживаю в шею мелкого. Он хрипит, система только после этого засчитывает мне его убийство. Повинуясь неосознанному желанию, бью хобгоблина в лицо, оружие протыкает лицевую кость.
Герцог Маркус убит. Оружие божественное, смерть окончательная. Его земли и люд погрузятся в траур на двадцать восемь дней. Все его подданные навечно объявляются вашими кровными врагами. Получено 1 228 опыта. Бог Эол получит системное сообщение (расчётная реакция — злорадный смех). Получен статус — «гроза гоблинов» (представители расы будут испытывать интуитивный страх перед игроком).
Опираюсь о стол, встаю, закидываю трупы маркиза Карабаса и его злобного дружка в инвентарь, потому что нет ощущения что удастся их спокойно обшмонать.
Достаю бердыш, опираюсь на славное оружие стрельцов, как на клюку, ковыляю к выходу, когда система лаконично сообщает:
Персональное задание, выживите в условиях «травли», уровень сложности «золото», командное, внешнее — выполнено. Награда рассчитывается и передаётся.
Надо думать, мужичок с длинным мечом добил оставшихся?
Смотрю в зал. В горле комок. Сжав зубы, призываю Темника и Помоешника, втягиваю их в карту. Оба — серьёзно ранены. И это теперь всё, что осталось от моей «группы поддержки».
Восприятие неохотно и словно преодолевая сопротивление, мутно показывает мужика как «региональный адепт бога машин», уровень — не применимо, раса — не применимо, дополнительные сведения — не доступны.
Мужик поднимает на меня глаза, в этот момент я активирую спасительный блинк…
Получилось. Гребанный насос. Без остановки снова блинк, блинк, блинк, блинк.
Мимо проносится какой-то громадный паук, дерущийся с покрытым жидким металлом перекачанным игроком, мелькают, уношусь дальше, перемещаюсь в северном направлении, оказываюсь на крыше здания.
Снова идёт дождик, поёживаюсь. Руки дрожат, в горле пожар. В руках всё тот же бердыш, убираю его в карту, подхожу к краю, не могу унять дрожь. Сообщения доводят до меня что я получил кучу повреждений и буквально истекаю тёмной густой кровью, голод быстро двигается к 100%, что не есть хорошо, но я отмахиваюсь. Смотрю вниз, там улица, бредёт парочка обычных зомби, улицы пусты. С тревогой вдыхаю, вытираю шершавой лапой лицо. С-с-сука… Как вы мне все дороги…
Так, это я на Ленина, ближе к выезду из города в южном направлении, на крыше одного из множества безликих многоэтажек.
Ковыляю к двери с крыши на лестницу в подъезд, она ожидаемо закрыта, сил выбивать уже нет. Со вздохом блинкаю вниз, прямо в одну из квартир.
Глава 11
Гоблин Джим
В квартире оказался одинокий зомбированный, который от тоски и безысходности (надо думать он торчит в запертой квартира с начала прихода системы) кинулся на меня, за что немедленно был прибит на месте.
Устало плюхнулся на старомодное мягкое кресло и минут пять тупо сидел на нём, просто глядя в одну точку — в пустоту.
Соберись, гуль!
Для начала достаю из инвентаря кусок мяса и начинаю его без аппетита жевать.
Есть такая фишка у инвентаря, если туда поместить предмет, а потом вынуть, то он очищается от крови, от кишок, от грязи и прочих говн, в которые меня последний час активно окунали.
Раз так, то стал последовательно помещать всю одежду в инвентарь, остался в трусах и дурацком поясе из чьих-то там вонючих шкур, которые не мог убрать в инвентарь, потому что он блин и был моим «хранилищем» и прочим мобильным складом.
Пошёл в ванную, но мыться не стал, уж больно много ран, тщательно осмотрелся в зеркале. Та, что на груди — выглядела плохо и вовсю кровоточила, остальные ненамного лучше.
Продолжал есть, попутно лениво обшаривая квартиру и время от времени спотыкался о бренный труп её владельца.
Нашёл в холодильнике протухший суп, высохшие овощи, чешское пиво и минералку. Выбрал минералку, открыл, с наслаждением выпил почти литр, посмотрел, что там в окнах, проверил прочность бронированной двери.
С содроганием вспомнил про «адепта». Что я про него знаю? В самом начале система, когда возвестила о своём приходе, упоминала какого-то передвижного пророка от бога машин. Среди трёх системных заданий по области, о которых упоминал Цезарь — было убийство регионального адепта бога машин и это как раз (к гадалке не ходить) тот смурной мужик. С одной стороны, он мне с гоблинами помог, с другой — зарезал бы меня и ухом не моргнул, пофиг, что я перворождённый. Надо сказать, он мне не показался таким пассажиром, который легко даст себя завалить, уж больно крут.
Погонится ли он за мной — убирая лишнего свидетеля? Ну, того игрока он легко отпустил… По ощущениям ему просто плевать, он творит какие-то свои тёмные дела и посторонних убивает просто чтобы под ногами не путались. Значит, буду исходить из того, что — нет.
Нужна передышка.
Жевал очередной ломоть жёсткого кусок мяса, читал сообщения, на пробу задействовал навык лечащая рука 10 ур.
А что, хорошая штука. Конечно, я всадил в себя почти тысячу единиц маны из божественного пехотного ножа, который вольготно висел на правом бедре, но все раны затянулись, пришло сообщение о «подавлении угнетающего проклятья». Короче, жизнь налаживается.
Просматриваю инвентарь. Так, что это у меня тут? «Призывающий конструкт Крха, единственный». Откуда дровишки? А, ну да, это ж мне за задание отсыпало, вместе с малоценным — вы останетесь живы, причём в моем случае это ещё и не совсем так, я ж нежить.
Кого, стесняюсь, спросить, эта фиговина призывает? Хоттабыча?
На вид конструкт был толстым цилиндром навроде подзорной трубы, упакованным в грубоватый кожаный чехол, из потемневшего от времени серебристого металла, с длинной полосой неизвестных мне иероглифов вдоль корпуса. Причём, гоблинский язык мне понятен в том числе и в письменном формате, это бы не он или не совсем он. С одного торца что-то вроде прочной окаменелой печати, с другой стороны — пугающий сгусток тьмы.
Поднёс к окну, тьма оставалась неестественным пятном, сквозь который свет просто не проходил. Желания совать туда палец — не было.
Попробовал активировать интерфейс, немедленно получил краткий список вариантов — активировать/деактивировать.
Бляха, ну конечно, надо попробовать, в крайнем случае еб@нёт, разворотит квартиру, а я вылечусь… наверное.
Активировал и… ничего не произошло.
Постоял как дурак, покрутил, дунул, в рассеянности положил трубу на подоконник, неосознанно отметил, что тот был безбожно пыльным.
— Че-еловек? — голос за моей спиной произнёс это слово на гоблинском, максимально презрительным голосом, как средней тяжести оскорбление.
Моментально обернулся, в руке пехотный нож.
Посреди комнаты, засунув руки в карманы, стояло низкорослое мелкое существо, ростом — в лучшем случае метр с небольшим, которое отдалённо напоминало сухопарого остроносого гоблина. Но только такого гоблина, у которого одна рука была сложной металлической и механической, на глазах очки с поднятыми сменными стёклами, на поясе беспорядочно висела гирлянда инструментов, на голове колпак, из которого торчит металлический штырь, а из-под рубахи, пропаленной в нескольких местах — торчали не худые рёбра, а на тощей впалой груди блистали узкие металлические полосы медного цвета.
— Ещё хуже, зомби, созданный из человека, — с вселенским разочарованием вздохнуло существо.
— Я гуль.
— В сортах говна не разбираюсь.
— Не очень-то ты вежливый.
— Мне за такое не платят. Ты умеешь говорить, зомби?
— Я гуль.
— Доплюнь до вершины Асцахского хребта, а мне по-прежнему будет всё равно.
— Получается, это тебя я вызвал? Мелкое хамло с железной рукой? Типа передвижной игровой аппарат? Ты вообще кто?
