говорить будешь? – мама взяла быка за рога.
– Завтра. Чего тянуть? Наших всех надо обзвонить. С ними поговорить. А то, может, они не захотят возвращаться.
– Захотят. Они к нам домой приходили и просили с тобой поговорить. Только, Иришка, ты себя больше в обиду Палычу не давай. Все на бумаге. Каждое условие пропиши до мелочей. Вплоть до того, кто и когда тебе кофе приносить будет…
– Мам, мне кофе муж приносит. Основные условия я пропишу жестко. Здесь ты права. Не надо давать ему шанса поступать с нами так снова…
– Вот и ладненько. На том и порешим. Давайте спать?
Все стали расходиться по комнатам. Мы с мужем поднялись к себе.
– Иришка, я так устал. День сегодня быстро прошел.
– Ага. Учитывая, что полдня мы просто проспали.
– А вторую проболтали.
– Никита, ты зачем в магазин ходил? Проблемы?
– Продавщица новая пришла. Оформить ее надо было. Да старая товар сдала и кассу. Все как обычно. Ты завтра на старую работу поедешь?
– Я собиралась сначала с бывшими сотрудниками повидаться. Разработать план, условия приема на работу. И, скорее всего, нам придется в поте лица работать первое время. Пока в колею войдем.
– Давай завтра вместе поедем?
– Давай. Я только рада буду.
Еще поговорили немного. И сон нас сморил.
Утром проснулась. Никита еще спит. Пусть спит. Все равно раньше обеда никуда не поедем. Пошла попить кофе. Не знаю, как для вас, а для меня главное утром подзарядиться чашечкой горячего кофе. Без этого я не человек, а непонятная субстанция. Что-то вроде амебы. Ничего не хочу. Ничего не могу. А кофеек сварила, попила, и уже снова человек. И полна энергии. Кофе попила. Грейс под ногами крутиться. Неужто его Петька не выгулял? На Петруху это не похоже. Постучала в дверь Петькиной комнаты. Он что-то пробурчал. Вроде бы разрешил зайти. Зашла. Он лежит вареный какой-то. Потрогала лоб – горячий.
– Петька, у тебя лоб горячий. Как себя чувствуешь?
– Плохо. Грейса выгулять бы.
– Ты тогда лежи. Сейчас маму позову. Грейса сама выгуляю.
Выскочила в коридор, стала маму кричать. Она вышла.
– Что случилось?
– У Петьки температура. Лоб горячий. Посмотри, что там. Может, скорую вызвать? Я пока пса выгуляю.
– Иди. С Петей я сама справлюсь.
Я пошла собакевича выгуливать. Правда, гуляли мы недолго. Он сделал свои собачьи дела. Пометил территорию. И мы быстренько повернули домой. Беспокойство за Петьку одолело. Как бы скорую помощь не пришлось вызывать. Пришла домой. Петька уже спал. Никита еще спал. Мама сидела в кухне задумчивая.
– Что с ним?
– В озеро вчера лазил. Купался. Простудился.
– Когда это он успел.
– Дурное дело не хитрое. Успел вот…
– Что делать будем?
– Температуру я ему сбила. Будем смотреть, как да что…
– Я тогда сегодня никуда не поеду.
– И не надо. Сиди дома. За Петькой наблюдать будем вместе.
– Я тогда в магазин схожу за хлебом.
– Да есть хлеб. На сегодня хватит.
– Мам, я схожу. Мне надо проветриться. Еще что-то надо купить?
– Соль кончилась. Купи мелкую йодированную.
– Хорошо. Я пошла. Грейса забираю.
Вышла из дома с Грейсом. Он обычно сам несет в зубах свой поводок. Намордник мы ему не одеваем. Все местные уже знают, что он не кусается и воспитанный. Считают, что это пес хозяина магазина, поэтому проявляют некое снисхождение. Грейса я оставляю всегда возле двери магазина. За ним присматривают водители маршруток и бабульки местные. А тут то ли я плохо привязала, то ли узел сам развязался, но Грейс решил, что раз не привязан, то можно в магазин зайти. Надо заняться его воспитанием…
– Чья псина? Пошла вон, грязная тварь! – раздался крик продавщицы.
– Грейс, иди домой, – соседка попыталась пса ласково образумить.
– Убери свою грязную псину, старуха! – орала продавщица.
– Это не мой пес.
– Конечно, не твой. А чего он к тебе приткнулся? Пошла с ним отсюда!
– Это пес наших соседей.
– Пошла вон из моего магазина, я сказала! Ходят здесь всякие.
Я не растерялась и включила с первых криков диктофон на телефоне. Скажете, надо было мчаться на помощь соседке? Надо было. Согласна. Но мне нужно доказательство того, что продавец хамка. Я просто стояла и записывала то, что орала эта невоспитанная особь. Недолго. Затем, увидев, что она взялась оскорблять нашу соседку, подошла. Но все записываю.
– Зачем вы оскорбляете человека?
– Ты кто такая, мне тут указывать? Мой магазин. Что хочу, то и делаю.
– Даже если это ваш магазин, это не значит, что вы имеете право оскорблять пожилого человека. Покупателю хамить – последнее дело. И пес вполне чистый. В отличие от вас, он воспитан намного лучше: ни на кого не кидается и никого пока не облаял.
– Он укусить меня может.
– Ошибаетесь. Этот пес что попало в рот не берет. Брезгует.
– Это я что попало? Это меня он кусать не будет?
– Если только слезно просить будете. Да и то навряд ли. Скорее всего, это вы его сейчас покусаете. Грейс, выйди из магазина.
Грейса этой команде Петька научил еще щенком. Грейс вышел из магазина и сел у двери. Сидит, держит поводок в зубах. Хозяйку ждет.
– Взяла свою бабку и вали отседова! И псину свою прихвати! – перешла продавщица уже на визг.
– Псина не совсем моя. Псина принадлежит хозяину магазина. Ее, наверное, уже хозяин ищет, – прикинулась я сторонним наблюдателем.
У продавщицы моментально такое умилительно елейное выражение лица стало. Меня суть не стошнило…
– Песик хороший. Пусть остается. А бабку вон отсюда!
В магазине уже стал от криков собираться народ. Во зрителей набежало! Как будто здесь фильмы бесплатно показывают. Продавщица уже перешла на ультразвук. Слава богу, она теперь орет не на бабулю, а на меня.
– И ты пошла отседова, проститутка малолетняя. Наркоманка чертова. Вообще тебя обслуживать не буду. Даже не ходи сюда. Тебе в мой магазин вход закрыт! – орет продавщица. Глотка у дамочки луженая.
– Так вы хозяйка этого магазина? И давно?
– Не твое собачье дело. Буду я тут перед всякой швалью отчитываться.
После этих слов в магазине все стали громко смеяться. А некоторые стали крутить пальцем у виска. До продавщицы не сразу стало доходить, что потешаются над ней. Все же знают, что я жена хозяина.
Оно и понятно. Продавщица наверняка уже всем этим людям нахамить успела. С утречка пораньше за работу принялась. Всем люлей выдала. Никого не обделила. Это при Никите она пай девочку из себя строила. А как вышел хозяин за порог, так разошлась, разоралась. Всех строить решила. Показать власть свою беспредельную, магазинную…
