Читаем без скачивания Мутантики - Дмитрий Емец

Проще устоять на острие копья, чем удержаться на троне.

Собачий Хвост пошевелился и открыл глаза. Ткани уже заканчивали регенерацию, и, хотя молодой вождь продолжал испытывать в груди острую боль, он понял, что рана не была смертельной и заживает. Вытерев кровь, он увидел длинный вдавленный шрам, повторяющий форму ножа Блюма. Это был уже не первый шрам на теле Хвоста, и он не обращал на них внимания. «Мужчину шрамы украшают… Хорошо, что перед тем, как потерять сознание, я выдернул нож», – подумал он.

Почти одновременно силы вернулись и к Бешеному Блюму, который со стоном поднялся на ноги и стоял, пошатываясь, опираясь на копье. Он хотел заколоть Хвоста, пока тот лежал без движения, но, когда попытался замахнуться копьем, ноги, оказавшиеся без опоры, подкосились, и Блюм снова упал. «Не сейчас, – подумал он с сожалением. – Силы еще не вернулись… Главное, добраться до колесницы и первым принести камень королеве».

И Блюм, не оглядываясь на соперника, пополз к выходу из цирка. Хвост, догадавшись, что старый вождь первым хочет уехать, оставив его в Старом городе, усилием воли встал и, пошатываясь, поплелся следом за соперником. Это было странное преследование: один полз на четвереньках, а другой еле шел на подгибающихся ногах. Скатившись по лестнице, карлики некоторое время лежали без движения, внимательно глядя один на другого, а потом бок о бок выползли из цирка и взгромоздились на колесницу, упав друг на друга.

– Это моя колесница, – прошипел Блюм. – Пошел вон!

– Сам пошел вон… – огрызнулся Хвост. – Отдай кристалл!

– Не отдам!

Блюм дернул за вожжи, и собаки потащили колесницу к реактору. С каждой минутой к карликам возвращались силы, и раны уже перестали их беспокоить.

– Щенок, как ты смел поднять на меня руку? На меня – на Блюма, Победителя Великана!

– Это ты победитель великана? Не верю, что такой трус, как ты, мог кого-нибудь победить. Наверное, великан утонул в болоте, а ты приписал победу себе, – издевательски насмехался Хвост. – А ну, отдай камень!

– Возьми! Только вначале получи это! – И Блюм попытался ткнуть молодого вождя кинжалом в бок, но оружие ударилось о броню и выпало из его не совсем еще окрепших пальцев.

И соперники снова сцепились, вырывая Магический Кристалл друг у друга. Не удержавшись на узком сиденье колесницы и выпустив из рук поводья, они свалились на землю.

И… как ни странно, это спасло им жизнь. Не успела пустая колесница проехать и десяти метров, как асфальт перед нею вспучился, треснул, в нем образовался глубокий пролом, и колесница вместе с красноглазыми собаками, громыхая колесами из крышек канализационных люков, ухнула в бездонную трещину.

Собачий Хвост и Бешеный Блюм перестали драться и отпустили друг друга.

– Старый город хотел нас убить! – прошептал Блюм дрожащими от ужаса губами. – Если бы мы не упали, то были бы уже покойниками…

Они осторожно подползли к краю трещины и заглянули вниз. Провал был очень глубоким и темным, так что карлики ничего не увидели. Вполне возможно, что колесница все еще продолжала свое бесконечное падение в пропасть.

– Там осталось мое подводное ружье, – сказал Хвост.

– И мое копье, – вздохнул Блюм. – Не говоря уже, что колесница тоже принадлежала мне.

– Хорошо, что кристалл пока у нас. Нужно выбираться из этого ужасного города. Как насчет того, чтобы заключить временное перемирие? Пересчитать друг другу кости мы успеем и во дворце у Карлы, – предложил Хвост.

У Блюма на мгновение мелькнула мысль, не обхитрить ли ему молодого вождя: протянуть ему руку, как будто заключая перемирие, а потом столкнуть его в пропасть – пусть догоняет свое ружье. Решено – так он и сделает. Сейчас только он подойдет чуть ближе…

Но, едва Блюм хотел это сделать, земля опять загудела, задрожала, и пропасть начала расширяться. Карлики торопливо отпрыгнули от края.

«Нет, нет, нет! – подумал старый вождь. – Здесь, в Старом городе, я к нему и пальцем не прикоснусь!»

– Пускай будет перемирие, если ты так хочешь, – сказал он Хвосту. – Главное, выбраться отсюда целыми.

Трещина в земле перестала расширяться. Карлики осторожно обошли провал, держась от него подальше, и устремились к реактору. О своих ранах они уже не думали. Вскоре они перешли на привычный свободный бег – самый распространенный способ передвижения всех карликов.

Никаких необъяснимых явлений больше не происходило, земля не дрожала, и вскоре уже можно было разглядеть неподвижную громаду реактора.

Хотя Блюм и Хвост ни за что бы в этом не сознались, но, переступив наконец через границу, отделявшую Старый город от реактора, они испытали ни с чем не сравнимое облегчение.

– Нам удалось вырваться из этого проклятого города живыми. Мы можем вернуть королеве кристалл! – гордо заявил Хвост. – О нас будут слагать легенды.

– Жаль, что ты не провалился в яму вместе с колесницей. Тогда бы легенды рассказывали только обо мне, – проворчал Блюм, мечтая, что было бы здорово присоединить к своему титулу – Бешеный Блюм, Победитель Великана и Поджигатель Библиотеки – Завоеватель Старого города, или даже еще лучше: Блюм – Повелитель карликов, Властитель Магического Кристалла.

Оба вождя, молодой и старый, гордо прошли мимо вытянувшейся при их приближении стражи, смотревшей на них со страхом и завистью, и направились прямо в тронный зал. Туда же буквально за минуту до них нырнула Требуха, увидевшая возвращающихся карликов в окно кухни, инспекцию которой она в это время проводила.

– Идут! – крикнула Требуха, вбегая к королеве. – Блюм и Хвост идут!

– Так скоро? Камень у них, ты видела? Хотя едва ли они осмелились бы вернуться без него! – Рыжая Карла вскочила с трона и бросилась к двери навстречу вождям, но, спохватившись, вернулась к престолу, а на ее лице возникло спокойное, высокомерное выражение. Она считала ниже своего королевского достоинства выражать нетерпение. Важно, чтобы вожди не догадались, как необходим ей камень магии и власти и как может пошатнуться без него ее трон.

– Странно, что они вернулись вдвоем, – задумчиво пробормотала Карла. – Я предполагала, что должен вернуться только один из них…

Вожди вошли в зал и остановились у подножия престола. Телохранители королевы отсалютовали им короткими мечами и снова неподвижно замерли по обеим сторонам трона.

– Чем похвастаетесь? Как закончился ваш поход в Старый город, мои доблестные вожди? – равнодушно спросила Карла, в то время как ее взгляд жадно обшаривал руки карликов в поисках Магического Кристалла.

– Я рисковал жизнью ради тебя, но теперь это неважно… Ты станешь моей женой, королева! Я так ждал этого дня! – Хвост опустился перед троном на одно колено и устремил на Карлу влюбленный взгляд.

– Заткнись, щенок! Это я первым схватил Магический камень! И я больше тебя заслужил право стать супругом нашей повелительницы! – рассвирепел Блюм. – Попробуй только сказать, что это не так, и я убью тебя еще раз, а потом швырну в пруд, чтобы ты снова не ожил!

– Хватит ссориться! Нужно было делать это раньше… Где мой кристалл? Я хочу видеть его! – Рыжая Карла привстала с трона и властно протянула ладонь.

– Вот он… Мы принесли тебе камень, повелительница. – И, вырывая его друг у друга, карлики одновременно протянули королеве кристалл.

Рыжая Карла взяла камень и всмотрелась в его грани. Она знала Магический Кристалл на ощупь, каждую грань, каждый выступ, а теперь держала его в руках и не узнавала.

Королева нахмурилась, сделала шаг вперед к напрягшимся в ожидании ее выбора вождям и внезапно швырнула камень на пол с такой силой, что он разлетелся вдребезги.

– Это подделка! – завизжала она. – Настоящий Магический Кристалл в руках меняет цвет, становится черным! То, что вы мне принесли, – жалкая стекляшка! Хотели надуть меня, сделать из меня дуру?

Вожди попятились от разгневанной Карлы.

– Но мы отняли его у мутантиков, королева! Он не может быть фальшивым!

– Они подсунули вам стекляшку! Где их головы? Почему вы их не принесли? Как я могу быть уверена, что вы ходили в Старый город, жалкие трусы, а не прятались за ближайшей помойкой? – свирепо спросила Карла, и ее желтые зрачки расширились.

– Мы сражались за камень и тяжело ранили друг друга, повелительница, – сказал Блюм, не отрывая от нее взгляда. – Мы не обманываем вас, королева, вот свежие шрамы. А когда мы очнулись, мутантиков уже не было – они сбежали.

– Кретины! – закричала королева. – Ваша тупость может сравниться только с вашей жестокостью! И это мои лучшие солдаты! Какими болванами мне приходится повелевать!

Рыжая Карла, как тигрица, прошлась по тронной зале и подошла к окну. Даже по ее спине видно было, что она в ярости.

Вожди с тревогой ожидали ее решения. В эту минуту их судьба висела на волоске, и они это знали. Не сговариваясь, забыв о вражде, они встали рядом, готовые защищаться до последнего, если королева прикажет казнить их или бросить в пруд. В этой последней отчаянной схватке извечные враги выступят как союзники, а потом их кости рядом будут лежать на дне пруда.