— Дорогая, дорогая…
От ее тщательно отрепетированной холодности не осталось и следа. Шейла осознала, что все ее заготовленные речи — совершенная чушь. Но сдаться прямо сейчас, поверить в его искренность было трудно. Ведь столько раз ее сердце откликалось на нежность в глазах Дэйва, а потом она получала щелчки по носу, по крайней мере, так ей казалось.
— Прошу вас, не надо фамильярности, — как можно холоднее произнесла Шейла.
Улыбка на лице мужчины потухла.
7
Браун предложил девушке стул.
— Садитесь. Я вижу, вы сейчас чем-то расстроены. — Он взглянул на часы. — К большому сожалению, я могу уделить вам только десять минут.
Шейла нашла в себе силы начать разговор. В ней не было ни необходимого спокойствия, ни уверенности, однако она знала, что хочет сказать.
— Меня не волнует, можете ли вы уделить мне время или нет. Я приехала, чтобы спросить у вас то, что меня интересует, и если это потребует больше десяти минут, то так и будет.
Браун оценивающе оглядел девушку: плохое настроение очень шло ей. Серые глаза блестели, щеки пылали. Она присела на краешек стула, сложив на коленях руки. Доктор заметил, что они дрожат. Очень вежливо, как говорил с пациентами, сказал:
— Я слушаю, Шейла.
— Не называйте меня так!
— Хорошо, мисс Колдуэлл. Что у вас случилось?
Все тщательно подготовленные фразы вылетели из головы.
— Вы пошутили надо мной?! Не было никакого прадедушки в Австралии? Как вы уговорили мистера Грея? И зачем, зачем вы это сделали?..
— Вы так уверены, что это сделал я? Но у вас нет никаких доказательств. Может быть, вы ошибаетесь?
Она уставилась на него, уже не уверенная в своих предположениях, но вдруг вспомнила того подвыпившего старичка.
— У меня есть доказательства. В деревне живет человек, который все знает, он был в баре Уэджа, когда вы там разнюхивали. Тим запомнил ваш «бентли»!
Браун рассмеялся:
— Какой удар по моему самолюбию! Теперь, когда у вас есть доказательства, что вы собираетесь делать?
— Вернуть вам все обратно. Конечно, я не смогу это сделать сразу, часть денег я потратила. Но рано или поздно отдам всю сумму, даже если это займет всю мою жизнь. Да, и мы уедем из коттеджа…
— И куда же вы пойдете?
— Найду куда. Я не дура.
— Нет, но изредка очень тупоголовая. Слезьте со своей колокольни и подумайте о других. Как будут жить Томми и Бетси? Тоже пойдут с вами на улицу? Только потому, что гордость затмевает ваш разум?
Девушка снова почувствовала свою беспомощность и произнесла чуть слышно дрожащим голосом:
— Я не тупоголовая.
— Конечно, нет, простите меня, слетело с языка. Вы умная, энергичная женщина, способная сама себе пробить дорогу. Но вы же не одна! Вы отвечаете еще за двух людей!
Разговор, который она так тщательно планировала, не получился. Девушка сидела молча, пытаясь вновь обрести спокойствие. Дэйв снова взглянул на часы:
— Вы хотите сегодня вернуться домой?
— Да. — Она встала. — С вами разговаривать бессмысленно. Я встречусь с мистером Греем и пришлю вам чек. Прошу вас подумать и назначить цену за аренду коттеджа.
Браун покачал головой:
— Вы опоздали на поезд. Когда следующий?
— В восемь.
— Шейла, вы будете дома не раньше полуночи. Присядьте.
Она послушно села, чувствуя себя совершенно уставшей и удрученной. Вдруг ужасно захотелось есть и стало безразлично, что произойдет в следующий момент.
Мужчина поднял трубку телефона и набрал номер.
— Пол, посмотри, пожалуйста, в моей записной книжке телефон гостиницы «Подкова» в Бронксуэлле… Да, это он. Спасибо. — Положил трубку, снова позвонил. Когда ему ответили, сказал: — Мистер Уэдж? Это доктор Браун. Вы помните меня?.. Благодарю. Вы не будете так любезны передать мисс Бетси, что мисс Колдуэлл остается у меня в гостях до завтрашнего утра и вернется домой в течение дня? Да-да. Огромное спасибо!
Шейла с трудом вымолвила:
— Вы… Что вы делаете? Я не нуждаюсь в вашем приглашении. Я собираюсь домой.
Дэйв поднялся.
— Поскольку я уже пообещал мисс Бетси и Тому доставить вас в целости и сохранности в Бронксуэлл, то у вас нет выбора, придется делать то, что я сказал.
Тут Шейлу понесло. Она почти кричала, едва сдерживая слезы:
— Вы отвратительный человек! Я вас презираю! Даже больше, чем Виктора. Вы высокомерный, вы злой! Если бы у меня с собой были деньги, я бы швырнула их вам в лицо. И коттедж туда же!
Лицо Брауна не выражало ничего. Он снова взял трубку.
— Сестра. Мне нужно уехать. Предупредите, пожалуйста, моих пациентов в больнице, что я приму их позже. Да, через час или два.
Он встал, взял Шейлу за руку, вывел из поликлиники и повел к машине. Швейцар проводил их удивленным взглядом.
Девушка шла молча. Заговорила, только когда села рядом с Брауном в машину:
— Я это делаю не по своей воле и всячески протестую.
Дэйв громко расхохотался и сказал нежным голосом:
— Какая же вы глупенькая девочка.
Это были единственные слова за всю дорогу до его дома.
Пол, увидев Шейлу, выразил удивление, сердечно пожелал ей доброго вечера и выслушал хозяина.
— Отведи мисс Колдуэлл в комнату для гостей, чтобы она могла привести себя в порядок. Она опоздала на поезд и останется здесь на ночь, а завтра утром вернется в Бронксуэлл. Принеси, пожалуйста, чай минут через десять и обед, как обычно. Дай мисс Колдуэлл все, что ей необходимо.
Дэйв повернулся к девушке:
— Спуститесь, когда будете готовы. Я уверен, чашка чая вам сейчас кстати. Лекарство от всех болезней в этой стране, не так ли?
Браун подождал, пока Пол проводит гостью наверх, зашел в кабинет и сообщил по телефону в больницу, что приедет через пару часов.
Шейла оказалась в очаровательной комнате в задней части дома, окна которой выходили в маленький садик. Комната была небольшой, но обставлена очень элегантно, с шелковым покрывалом и занавесками персикового цвета. Туалетный столик, выполненный из полированного дерева, стоял у большого зеркала, а на полу лежал ковер нежного кремового цвета. Еще она обнаружила дверь в ванную. Там было все: полотенца, мыло, пудра, шампуни… Даже новые, еще запечатанные зубная щетка и расческа. Девушка подумала, что, может быть, здесь бывала Маргарет. Она умылась, причесалась, напудрила нос и спустилась вниз, внешне спокойная, но в душе растерянная.
Гостиная выглядела еще уютнее, чем в первый раз, поскольку сейчас в камине ярко пылал огонь, а на маленьком столике уже стоял и серебряный чайник и небольшие чашки и корзиночка с печеньем. Браун придвинул за гостьей стул, спокойным голосом предложил чай и уселся сам. С каждым глотком Шейла успокаивалась и в конце концов почувствовал себя как-то по-домашнему, как будто так и должно было быть, словно бы они вот так каждый вечер сидят напротив друг друга, пьют чай и едят восхитительные пирожные. Но это удивительное ощущение длилось лишь секунды. Девушка не позволила ему задержаться, подумав, что, вероятно, сейчас мистер Браун воспользуется моментом и начнет говорить о коттедже и деньгах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
