исправила собственное упущение: запустила идентификацию и по тёлке, не пожелавшей представляться полностью.
— Александр, я знаю её фамилию, но вслух говорить не буду, — проинформировала она мужской затылок через секунду.
Ельцова, Анна Ельцова. Ничего громкого в голову не приходило. Очень похожа на непростую, но тогда не отсюда.
Фролова поискала по соседним городам и, обнаружив искомое, добавила:
— У неё могут быть основания не говорить вам фамилию.
Тоже семья известная, хоть и не здесь.
— Спасибо! Какое сегодня число?
— Двадцать третье, — проворчала девица, садясь на полу и опираясь руками о мрамор. — О, это вы его так? — увидав не шевелящегося Максимова в луже собственной крови, Ельцова ожила. — А как смогли? Вы же второсортный?
— Утончённость ваших манер может соперничать только с вашей красотой, — даже на долю секунды не запнулся Шурик.
— Пха-ха-ха, — Фролова заценила и момент, и текст.
Следующую минуту её новый знакомый потратил на то, что она сама назвала бы пародией на допрос: он спрашивал у пострадавшей любимое блюдо, события ближайшего прошлого, при этом то и дело оглядывался на Светлану, сверяясь, правда или нет.
Ельцова где-то язвила, где-то отвечала, но владельца Вавилона это явно не смущало: тупые вопросы так и сыпались.
На каком-то этапе сотруднице полиции надоело, Барласов словно почувствовал:
— Извините, что потеребил. — Откланялся он перед ушибленной, поднимаясь на ноги и пряча в карман окровавленный платок, которым приводил тёлку в порядок. — Хотел убедиться, что у вас память и психика не пострадали.
— А как бы вы это определили со своей второй категорией? — Светлана чихать хотела на приличия, потому спросила здесь и вслух.
Интересно же.
— Долго думает или путается — значит, проблемы с памятью, — пожал плечами Барласов. — Их нет. А критерием нормальности являются точные ответы и КАК она это говорит. Субъективно, но точно — я шарю в вопросе. Ну или можно в местную клинику, — последнее слово он выплюнул чуть не с пренебрежением.
Обе менталистки озадаченно переглянулись между собой, хотя и не были знакомы.
— Вы как во дворце эмира Бухары выросли, — заметила Ельцова.
— Бывали? — возбудился отчего-то Барласов на ровном месте.
— Не скажу. Такие ответы деанонимизируют, — родственница шишки соседней администрации со значением посмотрела на Фролову.
Та молча кивнула.
Наряд, появившийся без лишней помпы, уже минуту как уволок в участок молодого дебошира, бывшего на момент задержания без сознания.
— Извините, нужно закрыть вопрос оплаты. — Официант словно материализовался из воздуха.
Смотрел он почему-то на сидящую на полу девчонку.
— Чёрт, — та захлопала ладонями по жилету и шортам, не имевшим карманов. — Я и комм... оставила перед разговором.
Сотрудник Аль Гани перевёл вопросительный взгляд на Фролову, которая к этому времени уже успела прогрузить с жетона свои полномочия на сервер заведения.
— Запишите на мой счёт! — решительно повысил голос Барласов, переключая внимание на себя. — И нас тоже посчитайте, пожалуйста, мы уходим.
— Секунда. — Официант сверился с закрытым от других интерфейсом, черкнул что-то дополнительно и протянул второсортному оба оторванных от блокнота листочка.
Интересно, что дальше, напомнила себе Светлана. Счета-то у нового знакомого заблокированы.
Владелец Вавилона засунул руку в карман, флегматично извлёк перетянутую пластиковым фиксатором пачку денег и рассчитался в полном соответствии с антикварными традициями заведения:
— Вот. — Затем добавил две банкноты сверху. — Спасибо, нам понравилось.
_______
— Куда вы теперь? — Барласов спросил девчонку первым.
— Обвинение будете выдвигать? — Фролова задала свой вопрос Ельцовой одновременно с тем, как Шурик, видимо, решился вызвать той такси.
— У меня свой маршрут. — Анна решила вначале ответить второсортному. — Спасибо за помощь, в ней больше нет необходимости.
— А деньги на дорогу...? — Барласов замер на полуслове, вытащив до половины из кармана свою неповторимую пачку банкнот.
Он задумчиво обозрел пострадавшую с головы до ног.
— Не нужны, мне тут рядом. — Анна повернулась к сотруднице полиции. — Спасибо и вам, но я обвинение выдвигать не буду.
— Так и думала, — коротко кивнула следователь.
Ожидаемо. Не последнему в соседней агломерации семейству громкий скандал на подобную тему не нужен от слова совсем. Если даже они захотят бодаться с Максимовыми дальше, выберут какой-нибудь другой путь. Уж явно не к чужим ментам стучаться.
Барласов открыл было рот, собираясь что-то сказать, но тоже сложил три плюс два. Захлопнул рот, кивнул и задумчиво проводил взглядом обтянутую шортами жопу пострадавшей:
— Хозяин — барин, конечно. Но с таким лицом, без денег, по городу...
— Едем в банк? — Фролова не стала говорить, что её жетон в интерфейсе в числе прочей обстановки сейчас показывает заходящий на посадку вертолёт на специальной площадке за углом.
Безлимитная лицензия на полёты над городом, частная компания под конкретного человека, в графе получателя лицензии — фамилия "Ельцова".
— А что с этим сыном начальства будет? — похоже, баффы с Барласова начали спадать.
Скорость и точность реакции откатывались в сторону величин второсортных.
— Обвинение по нарушению общественного порядка, хватает видеофиксации заведения и с моего жетона, — Светлана хлопнула себя по груди, направляясь через дорогу в сторону служебной парковки. — Поедем на моей машине.
— Э-э-э. Как скажете, но...
— Я из вашего банка выйду не совсем пустой. Мне удобнее будет возвращаться своим транспортом, не вашим. Ехать туда порознь — тоже не вариант.
Владелец Вавилона добавил шаг, поравнялся с ней и хлопнул себя по лбу:
— Точно. Чё-то отвлёкся настолько, что соображалка отказала.
У тебя её в нормальном виде и не было, мысленно прокомментировала сотрудница полиции. Ты и так очень хорошо держался против пятого ранга исключительно на чашке кофе. Ладно, на двух чашках.
_______
¹ Это когда молодой сотрудник, получивший первое офицерское звание, с нескрываемым энтузиазмом начинает предъявлять своё первое в жизни служебное удостоверение на каждом шагу по поводу и без.
Как показывает практика, подобные персонажи и поводы для демонстрации ксивы провоцируют сами либо вообще находят их скорее в своём воспалённом воображении, нежели в реале.
Глава 11 (ИНТЕРЛЮДИЯ)
Переговоры по внутренней сети концерна МЕДИКОР. Конфиденциальность обеспечивается искусственным интеллектом, принадлежащим компании.
Содержание беседы не может быть перехвачено либо расшифровано третьей стороной без предварительного согласия управляющей компании.
