– Х-хочу, – Мику с большим трудом удалось выбраться из своей собственной головы.
– Ох, наверное, мне стоит подготовиться к сегодняшнему вечеру? Мисс Мику, должно быть, собирается сделать со мной много интересных и неприличных вещей, – Идель, словно змея, обвилась вокруг впавшей в ступор девушки. – Возможно… Возможно даже вульгарных!
– Н-неправда! Ни о чем я таком не думала!
– Да? – Идель скользнула глазами по двум вставшим сосочкам, очертания которых сейчас можно было легко разглядеть даже сквозь ткань топика.
Но на этом она не остановилась.
Приобняв одной рукой Мику за талию, вторую она положила на ее плоский спортивный животик и, полностью игнорируя вялые протесты девушки, стала опускаться ниже, пока не достигла лепестков этой миниатюрной милашки.
– Я-я, могу объяснить!
– О, не нужно, моя дорогая.
Мику ощутила, как горячая ладонь Идель полностью накрыла собой ее влажный от бурных фантазий цветок, а следом вкрадчивый шепот, полный меда и соблазна, коснулся ее ушка.
– Как же мне интересно, какие мысли были в твоей милой головке пару секунд назад. Обещай, что покажешь сегодня вечером все, о чем подумала, – Идель начала слегка поглаживать чувствительное место девушки и вместе с тем заглянула ей в глаза. – Обещаешь?
Внизу живота Мику стали появляться приятные тянущие ощущения. Еще слишком слабые, чтобы полностью окунуться в них, но уже достаточно сильные, чтобы просто их игнорировать.
Идель дразнила малышку. Ждала, когда она сорвется. И Мику стоило огромных усилий не начать двигать бедрами навстречу ее руке.
Ох, как же ей хотелось потереться своим цветком о ладонь богини.
– А может… Ну его, это платье? Брось его на пол прямо к той куче грязного белья, и мы займемся чем-нибудь более интересным. Прямо… сейчас, – острые зубки Идель сомкнулись на мочке, отчего по всему телу Мику побежали мурашки.
Рита не без удовольствия наблюдала, как Идель оплетала малышку словами, эмоциями и теплом. Как ловко бывшая богиня войны подменяла желания девушки на свои собственные.
А еще ей было интересно, сможет ли Мику справиться с этим. Ведь судя по ее затуманенным глазам, она вот-вот откажется от своего подарка и сама встанет на колени перед богиней, используя этот дивный наряд, как обычную подстилку.
– Оставь платье… Зачем оно тебе?
– Оно… мне…
– Не нужно, – ласково положив ладонь на руку Мику, через которую был переброшен наряд горничной, Идель начала слегка давить. – Брось его… Отпусти... Или, если хочешь, можешь встать прямо на него… Залить его своими соками… Хочешь? Испачкаем его вместе.
Мику была на грани. Она снова была готова утонуть в объятиях это коварной женщины. Прильнуть к ее горячему обнаженному телу, ощутить ее всю, а затем послушно опуститься перед ней на колени. Стать ниже, меньше. Стать еще более беззащитной и податливой, словно пластилин. Отдаться в руки, позволяя гнуть себя как угодно, делать с собой что угодно и получать от этого удовольствие.
Она была готова бросить наряд на пол. Но платье буквально жгло руку, говоря, что если Мику это сделает, то точно будет его не достойна.
И эти ощущения словно выдернули Мику из транса, в который так старательно погружала её богиня.
– Н-нет… Нет, госпожа Идель! Не в этот раз, – Мику отстранилась и с полным решимости взглядом посмотрела на свою соблазнительницу. – Лучше приберегите силы для вечера, потому что я лично собираюсь приготовить для вас наш особый чай и проследить за тем, чтобы вы выпили все до последней капли.
– Кажется, ты вырастила монстра, Иди, – Рита чуть ли не рассмеялась на всю комнату, наблюдая за происходящим.
В ответ Мику только хмыкнула и, вздернув носик, вышла из комнаты.
Идель смотрела малышке вслед до тех пор, пока та не захлопнула за собой дверь.
– Мне будет интересно взглянуть на тебя в амплуа ручной зверушки этой девочки, – Рита тоже поднялась с постели и, подойдя к богине сзади, обняла обеими руками.
– Ох, да брось. Она любит быть снизу, я люблю быть сверху, и мне кажется, никакой чай это не изменит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– М-м, госпожа Идель, – Рита, прижав к себе Идель, внезапно запустила свои пальцы между ее ножек, – если вам так нравится быть сверху, то почему здесь так влажно? А, может, вы забыли, кто первый из нас научился вставать на колени? – валькирия провела носом вдоль розоватой шейки богини и выпустила горячее дыхание рядом с ушком Идель, отчего на её коже, как и у Мику, дружным строем пробежали мурашки.
Но Идель этого ничуть не стыдилась, по отношению к Рите она была готова на все. Как повелевать, так и подчинятся. Главное, чтобы это приносило удовольствие обеим.
Однако мысль, что Мику накроет ее голову своим платьем прямо на глазах у ее любимой, вызывала странные чувства стыда и предвкушения.
***
– Яйца хитрые. Яйца… Хм-м… Яйца коварные! И если оставить яйца без присмотра, то они… – Идель попыталась просунуть кухонную лопатку под краешек яичницы, но у нее ничего не вышло. Снова все пригорело и прилипло.
– Ц! Ненавижу чертовы яйца!
– Госпожа Идель! Два чизкейка, два латте на шестой столик! – из зала послышался деловитый голос Мику.
Новый наряд преобразил девушку. Взгляд стал более строгим, движения – более отточенными и плавными. Мику больше не носилась сломя голову по всему залу, а важно вышагивала, держа спинку прямо, а носик слегка вздернутым. Даже в голосе появились нотки надменности, что скорее вызывало улыбку, нежели неприязнь.
– Минуку! – богиня начала с силой отшкрябывать то, что должно было быть яичницей с солнечными желтками, и тихо костерить всех, кто придумал готовить эту хрень.
“Как людям вообще пришло это в голову?! Эй, смотрите все! У курицы что-то вылезло из задницы! Давайте это пожарим и съедим! Конечно, капитан Дже-ек, отличная идея!”
– Чертовы… Арг! – лопатка соскользнула и выкинула часть поджарки на пол, где та приземлилась со звонким шлепком. Идель с ненавистью смотрела на кусок утраченной яичницы, который, казалось, смотрел на нее в ответ и насмехался.
“Ты никогда со мной не справишься”
– Госпожа Идель! – снова раздался голос Мику.
– Рита-а!
– Я готовлю кофе, – по всему кафе разлился сладкий голос с примесью улыбки.
– Госпожа Рита, еще шесть чашек латте!
– Хорошо.
–…Еще три, – Мику забежала на кухню, где у плиты Идель воевала со сковородкой.
Девушка быстро оценила ситуацию, глядя на катастрофу в сковородке, на полу и в лице богини, которая, кажется, была готова одним взглядом испепелить окружающих.
Недолго думая, Мику перехватила управление над яичницей у Идель, отодвинув ту бедром в сторонку.
– Ну, что же вы как маленькая, – в голосе малышки звучал назидательный тон, от которого у богини невольно появилась улыбка. – Тут ведь нет ничего сложного.
Чтобы исправить ситуацию, Мику достала несколько металлических формочек для кексов в виде звезды и полумесяца и с помощью них нарезала то недоразумение, что получилось у богини.
– У тебя отлично выходит.
– У вас тоже. По крайней мере, на этот раз в ней нет скорлупы, – Мику нарезала пару тостов, а потом снова взглянула на Идель. – Кстати, а посолить вы не забыли?
– Э-э…
– Я-ясно, – зачерпнув щепотку соли, малышка быстро, но аккуратно рассеяла ее над тарелкой и, взмахнув своими струящимися хвостиками, унеслась подавать заказ.
День продолжался.
Такой же суматошный, как и всегда. Со своими маленькими радостями в виде двух минутных перерывов, маленькими трагедиями из-за разбитой посуды и незначительными переживаниями по поводу последней бутылки молока.
Рита несколько раз легонько толкала Идель локотком в бок, чтобы та обратила внимание на Мику. Девушка в своей новой форме действительно преобразилась. Наряд горничной добавил ей толику серьезности, важности и какой-то уверенности в самой себе. А еще у неё лице было написано, как сильно она ждет вечера.
Милашка постоянно бросала мечтательные взгляды в сторону богини и жутко краснела, когда Идель с улыбкой смотрела на нее в ответ. Так продолжалось до самого обеда, пока Мику, видимо, не выдержав собственного полета фантазии, подошла к Идель.
