кинжал и полоснул по венам своего адепта, так, как не стоило делать, вдоль. Кровь тут же хлынула по руке и устремилась на пол, где и осталась, образуя лужу.
Я непроизвольно дернулась, желая остановить кровотечение. Рефлексы, чтоб их.
Однако в моей помощи явно не нуждались. Декан резанул следом быстро и создал кровавую полосу на руке и у целителя, тот поморщился, когда как собрат по ране и бровью не повёл, стоял себе спокойно и истекал кровью.
Боевик и целитель сцепили свои раненые руки в такой же узел, как и две другие.
Они находились очень близко друг другу, смотрели глаза в глаза. Со стороны это выглядело очень интимно, надо сказать. Особенной пикантности ситуации придавало то, что это были два парня, не сводящие друг с друга взгляда.
Наша деканша вновь взяла слово.
— Я как носительница в себе двух даров, Жизни и Смерти, а также друид, объявляю эту связь действительной и нерушимой. Отныне ваши жизни связаны. Vita equivalent ad mortem. Et fidelis erit vobis. -Последнее она произнесла нараспев.
Я удивлённо прислушалась, машинально переводя сказанное: "Жизнь равноценна смерти. Я буду верен тебе."
И что это значит?
— Et fidelis erit vobis. — Повторили парни одновременно.
Руки, которые были у них сцеплены изначально, засветились белым светом. Те же руки, которые были с ранами, полыхнули черным, кровь их, уверена, перемешалась за столько времени.
Обе конечности связанных приобрели две татуировки, которые, словно живые, обвили запястья, и остались там в виде извилистого браслета, чуть выпирающего, как вены.
За всем этим я следила широко распахнутыми глазами.
А их магия кровавая штука.
Следом глаза целителя полыхнулись серебром, и раны в момент затянулись и у него, и у его боевика.
— Следующий. — прогремел голос декана боевиков.
Кого-то он мне напоминал…
Парочка повязанных отошла в сторону, и следом прозвучал голос другого боевика.
Все вновь повторилось, только партнёршей его стала хрупкого вида девушка.
Я вообще заметила, что все целители, даже парни, были весьма скромного телосложения.
На третьей паре я окончательно насмотрелась на процедуру привязки или как там она еще называется и осталась в холе только потому, что следом должна была быть Спэрентия.
Мы с ней все это время переглядывались, а еще я ловила на себе взгляды деканши, которая явно не понимала, что я тут делаю.
Да я сама и не знала.
Видимо, я все-таки опоздала на пару, и попала на какое-то таинство. Ага, в холле.
Увиденное привлекло мое внимание, и я тут задержалась, став невольной участницей.
— Спэрентия рит Мос дэа Карриер. — Представилась демоница, шагнув вперед.
Когда она взяла слово, в зале как-то разом стало мертвенно тихо, а воздух, казалось, загустел, в нем словно летало волнение.
— Выбираю адептку Лису Лукиянову. — Если до этого, после объявления выбора, повисала небольшая тишина, которую тратили, чтобы тот, кого выбрали, вышел к боевику, то сейчас эта тишина мгновенно сменилась удивленными шепотками, прокатившимися по рядам целителей.
Все завертели головой в поисках этой неведомой Лисы, то есть меня.
— Имя какое-то странное… — Услышала я отрывок чей-то реплики.
Я не знала, что мне делать. Куда податься.
Если адепты целительского факультета не знали, кто должен был выйти и крутили головами, то вот другие несколько присутствующих точно знали, кто я такая.
Мой декан смотрела на меня как-то печально и обречённо, Ариан с ненавистью (и вот чего он взъелся?) Спэрентия же с предвкушением.
И что делать?
— Лиса Лукиянова, кто бы это ни был, не желает становиться вашей целительницей. — Сказал декан боевиков.
Спэрентия продолжала выжидательное смотреть на меня.
Нет, ну вот чего она ждёт? Хоть бы предупредила заранее во что меня тут она собралась втянуть. Она же явно это подстроила, сидела, чаи со мной гоняла, разговаривала, вместо того, чтобы дать мне пинка.
Тяжко вздохнула, но шагнула вперёд, приковывая к себе внимание.
По рядом снова прокатились шепотки, но я отгородилась от них и пошла к Спэрентии.
— Первокурсница? — Удивленно приподнял бровь декан боевиков.
— Да. — Довольно заявила демоница.
Винристия кор Циссира тяжко вздохнула и попыталась объяснить ситуацию.
— Эта новая адептка, зачисленная вчера ректором, она под его покровительством. — Ну, и вот зачем это говорить? Как будто сказала, кому я принадлежу. — Лиса обладает очень сильным даром жизни. Очень сильным. — Повторила Винристия.
— Я это вижу. — Кивнул на значок на моей груди мужчина.
— Эх, Лиса. Ты открыла свой уровень дара для всех. Плохо. — Покачала головой деканша, а я удивлённо посмотрела сначала на нее, потом на мой значок.
Да я в принципе ничего не делала.
— Ладно. Продолжайте обряд. — Отвял наконец от нас декан. Явно ненадолго, в его глазах все еще плескался интерес.
Спэрентия протянула мне руку, я неуверенно вцепилась в нее, уже предвкушая как мне порежут вены.
Стоп, а в конце же я должна исцелить и ее, и себя. И как я должна это сделать? Я не умею!
Паника во мне набирала обороты, поэтому я пропустила момент, когда демонице нанесли рану. Пришла в себя только тогда, когда декан боевиков выжидающе вытаращился на меня.
Я дала ему руку, не трясущуюся, но словно бы одеревенелую. Он полоснул по ней, и кровь заструилась, окропляя пол. Не завидую я тем, кто будет здесь убирать.
Винристия кор Циссира произнесла свою набившую оскомину речь.
— Et fidelis erit vobis. -Повторили мы с Спэрентией за ней.
Наши руки вспыхнули так же, как у предыдущих, таком же порядке, только вот свет был намного ярче, да настолько, что на секунду залил
