Читаем без скачивания Заклинание для хамелеона - Пирс Энтони

Ему пришлось закрыть глаза, так как порошок от раздавленных градин попадал в глаза. Это был не настоящий лед, а сгущенный магией пар. Камешки были сухими и не очень скользкими, но все же...

Что-то поймало его за пятку. Бинк яростно лягнул ногой, вспомнив о морских чудищах около острова Волшебницы и забывая, что то была иллюзия и что здесь вряд ли могло появиться морское чудовище. Но его крепко держали за ногу и, несмотря на сопротивление, втащили обратно под дерево.

Как только его отпустили, Бинк вскочил на ноги. Он бросился на тролля, тень которого разглядел сквозь пелену пыли.

Бинк ощутил, что летит. Он шумно приземлился на спину. Тролли оказались крепкими ребятами! Бинк засуетился, пытаясь ухватить тролля за ноги, но тварь свалилась на него сверху и придавила к земле.

– Полегче, Бинк, – сказала она, – это я, Кромби.

Бинк как можно внимательнее вглядывался, что было весьма нелегко, учитывая его положение, и узнал солдата.

Кромби помог ему подняться.

– Я знал, что сам ты никогда не сможешь выбраться из этой каши, поэтому вытянул тебя за единственную часть, за которую мог ухватиться – за ногу. Тебе в глаза попала магическая пыль, поэтому ты меня и не узнал. Прости, что мне пришлось усмирять тебя.

Магическая пыль, конечно. Она искажает видение, делая людей похожими на троллей, людоедов или, еще хуже, наоборот. Это было дополнительной опасностью таких бурь для людей, кто не мог от них укрыться. Вероятно, многие жертвы принимали опутывающее дерево за невинное одеяльное деревце.

– Все в порядке, – сказал Бинк. – Вы, солдаты, явно умеете драться.

– Часть профессии. Никогда не бросайся на человека, который умеет драться, – Кромби поднес палец к уху, подчеркивая слова. – Я покажу тебе, как делать кое-что. Это немагический талант, который может тебе пригодиться.

– Дия! – закричал Бинк. – Она все еще там!

Кромби скорчил гримасу.

– О'кей. Я был причиной ее ухода. Если она так много для тебя значит, я помогу найти ее.

Итак, этот человек соблюдал какие-то приличия даже по отношению к женщинам.

– Ты на самом деле ненавидишь их всех? – спросил Бинк, собираясь с духом, чтобы вновь сразиться с бурей. – Даже тех, кто не умеет читать мысли?

– Они все умеют это делать, – утверждал Кромби. – Большинство из них делает это безо всякой магии. Но я не поклянусь, что во всем Ксанфе не найдется девушки для меня. Если я найду хорошенькую девушку, которая не ворчит и не обманывает... – он покачал головой. – Но если даже такая и существует, она не выйдет за меня замуж.

Итак, солдат отвергал всех женщин, потому что чувствовал, что они отвергают его. Что ж, это достаточно веская причина.

Град почти прекратился. Они шагнули наружу в кучу градин, ступая осторожно, чтобы не поскользнуться. Небо очищалось от туч, которые быстро исчезали, рассеяв свою магию.

Что вызывает такие бури? – задумался Бинк. Они не могли быть одушевленными, но ход путешествия убедил Бинка, что неодушевленные объекты на самом деле обладают магией, часто довольно сильной. Может быть, сама сущность Ксанфа состоит из магии, медленно переходящей в одушевленные и неодушевленные объекты, населявшие эту землю. Одушевленные объекты контролировали свою долю магии, направляя и фокусируя ее, делая проявлением своей воли. Неодушевленные объекты высвобождали ее от случая к случаю, как эта буря. В ней должно было заключаться большое количество магии, собранной с большой территории, но растраченной бесполезно в массе градин.

Хотя и не совсем бесполезно. Опутывающее дерево явно извлекало пользу из подобных бурь и, вероятно, имелись другие способы, которыми они вносили свой вклад в экологию. Может быть, град замораживал слабые существа, животных, менее приспособленных к выживанию, способствуя таким образом эволюции в дикой местности. И в других случаях магия неодушевленных объектов была вполне целенаправленной – как у Обзорной Скалы или Источника жизни. Возможно, сама магия делала эти объекты сознающими свою индивидуальность.

Каждый аспект Ксанфа был затронут магией и подчинен ей. Без магии Ксанф будет – сама эта мысль наполнила Бинка ужасом – Ксанф будет Манденией.

Сквозь облака прорвалось солнце. Там, куда падали его лучи, градины превращались в цветной пар. Их магическая структура не могла противостоять прямому солнечному свету. Это вновь навело Бинка на раздумья – не враждебно ли солнце магии? Если магия истекает из глубин поверхности земли, то является ее внешней каймой. Если кто-нибудь проникнет поглубже, то сможет приблизится к фактическому источнику силы. Интригующая мысль.

Бинку захотелось отложить поиски своей собственной магии и отправиться выяснять подлинную сущность природы Ксанфа. Определенно, глубоко внизу находился ответ на все его вопросы.

Но сделать это он не мог. Хотя бы потому, что должен был найти Дию.

Через несколько минут весь град растает.

– Она, должно быть, соскользнула вниз по склону в лес, – сказал Кромби. – Она знает, где мы, и сможет найти нас, если захочет.

– Если только она не попала в беду, – встревоженно сказал Бинк. – Воспользуйся своим талантом, найди ее.

Кромби вздохнул.

– Хорошо, – он закрыл глаза, крутанулся и показал вниз на южную сторону гребня.

Они потопали вниз и нашли ее следы на мягкой почве на краю джунглей. Они пошли по следам и вскоре догнали ее.

– Дия! – обрадовался Бинк. – Прости нас. Не ходи одна в джунглях.

Дия решительно шагала вперед.

– Оставьте меня одну, – ответила она. – Я не хочу идти с вами.

– Но Кромби действительно не имел в виду... – начал Бинк.

– Он имел в виду. Ты мне не доверяешь. Поэтому держись от меня подальше. И уж лучше я пойду одна.

Так оно и получилось. Она была непреклонна. Бинк, конечно, не собирался принуждать ее.

– Что ж, если тебе понадобится помощь или что-то еще... позови...

Не ответив, она пошла дальше.

– Она вряд ли представляла для нас опасность, – удрученно сказал Бинк.

– Все правильно, она – опасность, – настаивал на своем Кромби. – Но всякая опасность не так страшна, когда она находится в другом месте.

Они вновь поднялись на гребень и пошли дальше. На другой день показался замок Волшебника благодаря безошибочному магическому чувству солдата и его способности избегать опасности диких мест. Он оказался очень полезным.

– Ну вот и замок, – сказал Кромби. – Я проводил тебя в полной безопасности до этого места и думаю, мы в расчете. У меня есть собственные дела, что нужно сделать до того, как я явлюсь к Королю за новым назначением. Надеюсь, ты найдешь свою магию.

– Я тоже надеюсь, – ответил ему Бинк. – Благодарю за броски, которым ты меня научил.

– Пустяки. Ты должен долго в них тренироваться, пока они по-настоящему станут тебе служить. Прости, я рассердил девушку. Может быть, мой талант был неправ в отношении этой девушки.

Бинк не хотел обсуждать этот вопрос, поэтому они просто пожали друг другу руки и направились каждый в свою сторону.

Глава 6

Волшебник

Вид у замка был впечатляющий. Небольшой, но высокий и хорошо сконструированный. Он имел глубокий ров, прочную внешнюю стену и высокую внутреннюю башню с парапетом и амбразурами. Он, должно быть, был построен при помощи магии, потому что потребовалась бы армия искусных мастеров и год работы для постройки вручную.

Хотя Хамфри считался Волшебником информации, а не строительства или иллюзий, как смог он наколдовать такой замок?

Не имеет значения. Замок был здесь. Бинк подошел ко рву. Он услышал жуткий шлепающий галоп и из замка появилась лошадь, бегущая по воде. Нет, не лошадь – гиппокампус, или морская лошадь с головой и передними ногами лошади и хвостом дельфина. Бинк знал о дельфинах только по старинным картинкам – это была своего рода магическая рыба, дышащая вместо воды воздухом.

Бинк отступил назад. Тварь выглядела опасной. На землю за ним она последовать не могла, но в воде могла стереть его в порошок. Как ему пересечь ров? Там, кажется, не было даже подъемного моста.

Потом он заметил, что на гиппокампусе надето седло. О, нет! Ехать верхом на морском чудовище!

Хотя явно требовалось именно это. Волшебник не желал тратить свое время на кого-то с несерьезными намерениями. Если у него не хватало храбрости оседлать морскую лошадь, он не заслуживал чести видеть Хамфри. В этом был виден извращенный смысл.

Действительно ли Бинк хотел получить ответ на свой вопрос? Заплатив за это годом службы?

В его мозгу всплыла картина прекрасной Сабрины. Настолько живая, настолько привлекательная, что все остальное стало безразличным. Он подошел к гиппокампусу, обождал на краю рва и взгромоздился в седло.

Существо отплыло от берега. Оно заржало, пустившись вдоль рва, а не поперек его. Жеребец веселился, используя реку, словно гоночный трек, а Бинк отчаянно цеплялся за седло. Мощные передние ноги гиппокампуса заканчивались скорее ластами, нежели копытами, отбрасывая с двух сторон воду и осыпая Бинка брызгами. Хвост, свернутый в мускулистую петлю, когда существо находилось в покое, развернулся и молотил по воде с такой энергией, что седло ходило ходуном, угрожая сбросить всадника.