напоминающее замок. Я сразу же узнала это место. Я встряхнула головой, словно не веря своим глазам. Это был тот самый особняк из моего сна – то самое место, где я наконец нашла тебя. Меня бросило в холод, и по коже побежали мурашки.
– Что это за место? – тихо спросила я, вылезая из машины.
– Есть предположения?
Ты припарковалась между двумя автомобилями мар- ки «Мерседес» – седаном и внедорожником. Мы молча подошли к массивной арочной двери, и ты нажала кнопку звонка. Дверь волшебным образом открылась, и мы проследовали в вестибюль, отделанный мрамором. Рядом красовалась величественная лестница, которая вела на второй этаж. Ты взяла меня за руку, и мы подошли к стойке регистрации, за которой стояла стройная молодая женщина. Увидев нас, она сверкнула своей улыбкой.
– Сегодня я привела особенного гостя, – сказала ты. – У нее день рождения, и я хотела бы подарить ей дневной пропуск на территорию и в спа-зону, а также на вводную сессию с наставником.
– Ой! – воскликнула администратор, глядя на меня. – Какой чудесный подарок на день рождения!
Удовольствие и страх пронеслись по моему телу, я все еще была в мурашках. Я открыла рот, но ничего не смогла сказать.
– Итак, милая, – обратилась ко мне администратор, – просто распишитесь вот здесь.
Написав свое имя в журнале, я посмотрела на тебя, и ты кивнула мне, улыбаясь, как мать улыбается своему ребенку.
– Ее наставником будет Телло, – обратилась к тебе администратор. – У него как раз есть свободное место в двенадцать, в то же время, что и ваш сеанс, Элиза. Комната номер семь.
– Пойдем, – сказала ты, положив мне руку на плечо. – Давай начнем с маникюра и массажа.
Пройдя через фойе, от мраморных стен которого громким эхом отражались наши шаги, мы вышли на ухоженный двор с трехъярусным фонтаном. Звук плещущейся воды придавал саду особое очарование. В своем воображении я вдруг нарисовала нимф, выходящих из листвы с плодами бессмертия.
– О, я хочу тебе кое-что показать, – воодушевленно произнесла ты. – Иди сюда.
Ты подвела меня к самшитовой изгороди и затащила в проход между кустами. Перед нами также были живые изгороди, разделяющие собой тропинки.
– Как думаешь? Налево, направо или вперед? – все еще держа меня за руку, ты потянула меня к тропинке слева. Когда мы в итоге уткнулись в тупик, ты рассмеялась и развернула меня. – Это напоминает твою историю о девушке в лабиринте из живой изгороди, – сказала ты. – Помнишь? И маленькой девочке, которая хочет остаться с ней.
Как будто легкий ветерок пробежал по телу, и меня неожиданно охватила радость. Схватив тебя за руку, я плелась за тобой по лабиринту в поисках выхода, совсем не чувствуя земли под ногами. Наконец мы вышли на другую сторону, в тропическую рощу. Посреди пурпурной вербены раскинулись растения агавы, и доносящийся аромат жимолости окутывал нас с головой. Издалека послышались детские крики.
– Здесь есть дети?
– О, да. Вокруг всегда есть дети. Здесь есть летний лагерь, занятия для школьников и детский сад. Все это бесплатно для членов клуба. Люди даже приносят сюда своих младенцев.
По извилистой дорожке ты повела меня в спа-зону, представляющую собой отдельное каменное сооружение, в котором находились маникюрный салон, массажные кабинеты и сауна. Мы побывали в каждом из них по порядку. Я не сказала тебе, что это был мой первый в жизни маникюр. Ты сидела рядом, словно герцогиня, с протянутой рукой цвета слоновой кости. Мои ногти были приведены в порядок и подстрижены, а затем на них нанесли лак цвета морской пены, который ты для меня выбрала. Держа пальцы неподвижно в течение пяти минут под лампой, я пыталась раствориться в шуме океана, доносившемся из динамиков.
– Теперь пришло время для наших занятий, – сказала ты. – Это займет около часа, но потом я, пожалуй, зайду в комнату отдыха актеров. Может, тем временем ты попросишь кого-нибудь провести для тебя экскурсию? Можно попросить администратора.
Вернувшись в главное здание, мы поднялись по массивной лестнице, устланной ковром с орнаментом переплетений черного и фиолетового цвета, остановившись у высокого дверного проема.
– Это комната для актеров, – прошептала ты.
В комнате висели прозрачные шторы и стояли низкие бархатные кушетки. Тут же, развалившись, сидели привлекательные мужчины и женщины, в некоторых из них я узнала известных актеров. Казалось, они не замечали нашего присутствия.
Выйдя оттуда, я тихо спросила тебя:
– Они здесь ради Перрена? То есть они надеются привлечь его внимание и попасть в кино?
– Нет, не думаю. Я выяснила, что на самом деле это его помощники. Я слышала, что они, как шпионы, помогают подыскивать талантливых актеров и рекомендуют тех, кто, по их мнению, обладает наибольшей глубиной и размахом. Можно назвать их привратниками Перрена.
Я молча шла по длинному коридору, рассматривая орнамент ковра. Одни узлы переплетались с другими, и это вызывало у меня легкое головокружение.
– Ну, а что твой наставник думает о тебе? – рискнула спросить я.
Ты пристально посмотрела на меня.
– Скажем так, я в процессе, – ответила ты и остановилась у одной из дверей. – Это моя комната. Увидимся позже внизу.
– Я буду ждать тебя в саду у бассейна, – предложила я, демонстративно показывая свою невозмутимость.
Продолжая идти вдоль коридора, я наконец увидела дверь с табличкой «7». Тихонько постучавшись, я повернула ручку. Внезапно все не заданные тебе вопросы выпрыгнули из меня наружу, словно перепуганная рыба.
Это была небольшая комната с окном в дальнем углу. Посередине друг напротив друга стояли два деревянных стула, на одном из которых сидел мужчина. При виде меня он встал.
– Эбигейл? – прозвучал голос мужчины.
Я словно парила в невесомости, мое сердце бешено колотилось вхолостую, как у загнанного в угол кролика.
– Можно просто Эбби.
– Меня зовут Телло.
Передо мной стоял мужчина средних лет с гладко выбритыми волосами и яйцевидной формы лицом. Когда он улыбнулся, в его небольших темных и без видимых склер глазах появилось теплое свечение. Эта маленькая деталь придавала ему пророческий вид.
– Присаживайтесь, пожалуйста, – сказал он, указывая на стул напротив своего.
Устроившись на стуле без подушек, я ощутила на своей спине его твердые прутья.
– Сегодня мы начнем с простого, – пояснил Телло. – Я проведу с вами первый сеанс активного воображения.
Я напрягла мышцы спины, чтобы сидеть ровно. Внутри меня шла активная борьба приятного волнения и стыда. Было непривычно сидеть вот так перед другим человеком, а не в одиночестве в своей детской спальне. И все же это было потрясающе и невероятно – стремиться к душевному балансу прямо здесь, в том самом здании, где сам Перрен работал над собой,
