— “Ангус”, — проронил Михаэль.
— У меня есть “ангус”, а у тебя три секунды, чтобы расплатиться и незаметно отсюда выползти.
— “Пушка”, — рассеянно повторил он. — У тебя же “пушка”. А я...
— Не увидел?.. Я тоже ничего не вижу. Тут что-то непонятное творится, Миша.
— Ага... Тебя как звать-то?
— Элен, — неожиданно раздалось сбоку. — Ее зовут Элен. Привет, родственники...
Минус 5 минут
Ефимов опустил трубку и недоуменно посмотрел на Тиля:
— В прокуратуре ничего не знают.
— Не ваш уровень.
— Как это “не наш”?! Да без санкции ни одна собака...
— Значит, не твой.
— Это другое дело, — вздохнул Ефимов. — Вызову группу. Будем считать, что я кого-то заметил. Вон там, например... — он показал на гипермаркет. — Есть там кто-нибудь?
— Четверо. С винтовками.
— Ни хрена себе... А там? — Он кивнул на соседнюю крышу.
— Там еще трое, — мрачно ответил Тиль. — А вон там, видишь?.. На шестом этаже.
— Что-то черное.
— Дыра в стекле. А за ней “штурм”.
— Вот же е-мое... Хаген — он что, на танке ездит?
— На такси обычно, — буркнул Тиль.
— А зачем тогда?..
— Не знаю!
Тиль попробовал сосредоточиться. Снова без толку: где-то рядом были еще три форварда — это все, что он понял.
— Так вот, значит, как твой друг погибнет, — произнес Ефимов. — Будут брать Хагена, а достанется ему...
— Нет. Друга убьют из пистолета. Хотят убить, — уточнил Тиль.
— Точно из пистолета?
— Из “ангуса”. Или... из винтовки “СК-40”, —добавил он, помедлив.
— Снайперская.
— Снайперская, — подтвердил Тиль.
— Ни в жизнь бы не поверил! Тебе в полиции служить надо, а не по гостиницам поганым прятаться.
“Вольво” с заглушенным мотором проехал еще квартал и уперся колесами в бордюрный камень. Впереди, за мигающим светофором, начиналась площадь, пустая и тихая. Двухэтажное здание ресторана светилось, как прогулочная яхта в ночном море.
— Группу не вызывай, все равно не успеют, — сказал Тиль. — Врачей бы сюда... Но столько бригад никто не пришлет. Пока не будет факта.
— А он будет? Факт обстрела. Ты уверен в этом? Тиль молча открыл дверцу.
— Насчет полиции обдумай, я серьезно, — сказал Ефимов. — Работа почетная. Льготы, страховка...
Тиль собрался встать, но замер и внимательно посмотрел на следователя.
— Серьезно, серьезно...
— Ты чего это, Коля? Не ко времени разговор затеял.
— А то непонятно даже, на что ты живешь.
— Я форвард. Деньги у меня под ногами лежат.
— Слышал я, что Хаген тоже форвард. Официально это не подтверждено. Впрочем, если официально — вас вообще нет. Но... это правда?
— Да. Хаген — форвард.
— И ты с ним знаком?..
— Ты серьезно спрашиваешь или шутишь?
— Серьезно, серьезно...
Тиль повертел в руках пистолет и, приобняв Ефимова за плечи, упер ствол ему в щеку.
— Ты чего?.. Шарик... — проронил следователь.
— Не Шарик, — усмехнулся Тиль. — Хотел спросить меня про Хагена? Потом объявить об ордере Евротрибунала и зачитать мои права?
— Я?!
— Хоте-ел. Но не успел. Я всегда буду первым, Коля. Почему ты никак в это не поверишь?
— Да я...
— У тебя был другой вариант. Ты отказался. — Тиль тронул большим пальцем предохранитель и, пока в мозгу у следователя зрела реакция на возможный выстрел, ударил его рукояткой по темени.
Обыскав Ефимова, Тиль пристегнул его наручниками к рулю.
— Надо было домой ехать, Коля, — проговорил он, не рассчитывая на ответ.
Ответить Ефимов сможет минут через пять, не раньше. Дежурный по городу получит шквал панических звонков и, вспомнив, что старший следователь справлялся о какой-то спецоперации, вызовет его на связь. Ефимов откроет глаза и увидит на площади...
Последствия одного из вариантов. Какого именно — Тиль не знал и сам.
Минус 4 минуты 45 секунд
Блондин втиснулся между Элен и Ситцевым и, отодвинув стакан, положил руку на стойку — так, чтобы гранату было видно обоим.
— Стрелять не будем? — осведомился он, отбирая у Элен пистолет.
— Не стреляй, — запоздало предупредил Ситцев. Судя по глазам, Михаэль почувствовал, что граната настоящая, хотя секундой раньше он умудрился проглядеть самого блондина. Элен пребывала в такой же растерянности. Похоже, способности Хагена простирались гораздо дальше, чем ее форвертс. Варианты не просматривались, но у Элен, в конце концов, оставалось нормальное человеческое зрение... и она ни на что не отвлекалась. Однако блондин возник ниоткуда, словно сгустился из пустоты.
— Трубку оставь, — сказал он куда-то в сторону и, не утруждая себя повторами, выстрелил.
Бармен врезался спиной в зеркальную горку. “Ангус” работал тихо, музыка играла гораздо громче, но сквозь плотный ритм прорвался звон стекла. В зале повисла тишина, такая прозрачная, что стали слышны удары кием на втором этаже. Из дальнего угла долетел легкий шорох, и блондин выстрелил снова. С крайнего табурета упала женщина. Посетители оцепенели.
— Персоналки сюда! — скомандовал блондин. Люди начали выкладывать на столики трубки.
— Сюда! — крикнул он, обводя зал “ангусом”.
Терминалы полетели к стойке. При первой же возможности народ бросится их собирать и звонить в полицию — это понимала Элен, это понимал и блондин, но его заботило что-то другое.
“Ордер на Михаэля Ситцева”.
Все прочее, включая собственную жизнь, он будто не воспринимал всерьез. Как он планировал отсюда выйти, Элен тоже было неведомо. Он не мог не знать о снайперах и о ракетной установке. Если только он не рассчитывал снова раствориться в пустоте или провалиться сквозь землю...
Элен много слышала о коллекторах под старыми городами. Догадка могла повлиять на будущее и тем самым выдать ее сейчас, но это вряд ли имело значение. I1 Все, чего ей стоило бояться, уже произошло. Не исключено, в Компании уже приняли тот звонок — “Ордер на Элен Лаур. Двенадцать минут”, — и ее обратный отсчет уже пошел.
Впрочем, безумный форвард мог убить ее и без звонка. Во внешности блондина преобладали северные черты, но человека с активированной гранатой в кулаке и с кучей трупов за плечами вряд ли можно считать педантом.
У Элен тренькнул терминал, и она вздрогнула.
Вот и все...
Она хорошо помнила тот голос. Сначала он скажет:
— Здравствуйте...
Потом добавит...
— Я же велел трубки на пол!.. — сказал блондин. — Кто там у тебя?
Она все еще надеялась, что ошибается. Однако блондин обязан был это знать наверняка. А если он сам не ориентировался, то... кто же тогда заглушил ее форвертс?
— Ответь, Элен.
Она вытащила трубку и мысленно помолилась.
— Леночка... — раздалось в терминале. — Леночка, что там у тебя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
