Ты у меня такая наивная девочка, а этот парень, сразу видно, обыкновенный бабник и хам. Не ведись на его дешёвый подкат. Ты же не думаешь, что он тебя реально будет ждать после пары? — с усмешкой добавляет она. — Сева, не смотри так. Не будь дурочкой. Он просто решил немного поразвлечься с первокурсницей. Зуб даю, ты не первая и не последняя, к кому он подкатит сегодня свои наглые яйца. — морщусь от ее слов, но Уля только наставительно улыбается и продолжает тихонько говорить, — Таким не нужны серьезные отношения. Он поездит тебе по ушам, чтобы ты прицепилась и можно было тебя побыстрее поюзать. А когда получит свое, даже имя твое не вспомнит. Ты думаешь, почему он так мне ответил? Почему не захотел, чтобы я принимала участие в вашем разговоре? Он просто понял, что я ему не по зубам. Сразу догадался, что я не поведусь на его смазливые улобчки и быстренько пошлю его. Другое дело — ты, прямо уши развесила. Наивняшка. Севушка, я не могу допустить, чтобы тебя обидели. К тому же я твоему папе обещала, что буду присматривать за тобой во дворце, совсем как делала это в школе. А я не могу его подвести. Потому давай договоримся, что ты этому Зимнему без лишних слов скажешь, чтобы он к тебе больше не лез. Если не хочешь быть грубой, можешь сказать, что тебе нравится другой парень, и пускай валит. Только прошу, старайся звучать пожёстче, а то я тебя знаю. И лучше скажи это сразу если он появится за дверью, когда закончится лекция.
— Ты же сказала, что не веришь, будто он будет меня ждать? — уточняю я.
— Конечно, не будет. Я на всякий случай сказала. К слову пришлось. Имела в виду, чтобы ты с этим не затягивала. Я это все говорю, потому что очень за тебя переживаю.
Я знаю, что Уля намного опытнее меня, и часто гораздо лучше меня разбирается в людях.
Но так же, я знаю, что не буду делать того, о чем она просит. Что-то внутри меня в корне не согласно с ее словами и отчаянно сопротивляется совету подруги. Не хочет верить, что Зимний такой, каким она его описала.
Мы общались с ним всего полчаса, но у меня чувство, будто я всю жизнь его знаю. И он совсем не похож на подлого человека…
Конечно, не исключаю, что могу ошибаться, ведь однажды я уже обманулась, но все готова довериться сейчас своей интуиции.
— Хочешь порепетируем? — спрашивает Уля, так и не дождавшись от меня ответа. — Представь, что я — это он, и скажи, чтобы я к тебе больше не лезла.
— Уля, спасибо большое за заботу. Знаю, что ты говоришь все это ради меня, но давай, пожалуйста, вернемся к лекции. Мне важно все записать. К тому же профессор, кажется, поглядывает в нашу сторону. А я не хочу получить замечание в первый же день. — стараясь не смотреть на подругу, продолжаю записывать лекцию.
Видимо, она тоже улавливает, что Степан Алексеевич косится на верхние ряды и на какое-то время наша беседа прекращается. Но буквально через пять минут, Уля снова наклоняется ко мне.
— Но ты же поняла, что я права и сделаешь, как я посоветовала? Мне очень не хочется, чтобы ты потом страдала. Я себе этого не прощу.
— Уля, он не показался мне плохим парнем. Согласна, он не очень красиво ответил тебе, но… — тихо отвечаю я, — Пожалуйста, не волнуйся, я не позволю себе ничего лишнего в общении с ним. Ты же меня знаешь. А значит, никто ничего плохого не сможет мне сделать.
— Не будь наивной, я же пытаюсь объяснить тебе, что он хочет воспользоваться тобой. Неужели ты не понимаешь?
— Когда действительно попытается, тогда я сама сделаю выводы.
Чаще всего я уступаю ей или слушаюсь ее советов. Она опекает меня, почти, как сестра. И иногда кажется, что даже чаще папы, говорит, как сильно любит и дорожит мной.
Но все же я не приемлю, когда мне что-то настойчиво навязывают, и Уля знает, что если я принимаю для себя какое-то важное решение, то остаюсь непреклонной.
У меня порой даже голос в такие минуты меняется.
Я помню, как однажды я позволила себе резко ответить бабушке, когда она отчитывала меня без причины. Она тогда смерила меня гневным взглядом и сказала, что я такая же, как моя мать. Точнее — такая же скверная и своенравная. Я удивленно застыла на месте.
Бабушка никогда не говорила при мне плохо о маме. Она обожала свою дочь и гордилась ею. И эти слова были подобны прозвучавшему грому.
Меня глубоко обидела ее интонация и то, что она такие слова сказала в адрес мамы. Я убежала к себе в комнату и долго плакала. А через пару дней мы начали с ней общаться, как ни в чем не бывало, но никто ни у кого не попросил прощения. Мы просто сделали вид, что этого инцидента никогда не было.
— То есть ты решила не слушать совета более опытной подруги, которая желает тебе добра и переживает? — в голосе Ули ощущаю следы негодования, но стараюсь не обращать внимания.
— Я не собираюсь делать ничего предосудительного.
Она перестает улыбаться и мрачно бросает:
— Я тебя предупредила, Севушка. Потом не плачь.
Стараюсь не думать о том, как именно она описала Зимнего и пытаюсь сосредоточиться на лекции, как она напоминает:
— Помнится моим словам про Петра Сомова ты тоже не верила в школе. Говорила, что он хороший и воспитанный мальчик. А потом кто тебя утешал, когда ты рыдала над той его запиской?
Глава 23
Актовый зал наполнен битком. Даже иголке негде упасть. Некоторые девочки умудряются сидеть вдвоем на одном стуле. Кто-то не заморачивается и устраивается прямо на полу на ступеньках. Это говорит о том, что они каким-то образом умудрились попасть в зал без билетов, но выгонять их никто не спешит. В воздухе витает атмосфера расслабленности и веселья.
Каждые три месяца в Малахитовом Дворце проводятся показы работ творческих факультетов. Расписание появляется в главном корпусе за две недели до начала мероприятия и билеты тут же разбираются как долгожданные горячие пирожки.
Правда, приобрести их за деньги невозможно. Только за баллы, которые можно заработать во время учебы. Также они начисляются или изымаются
