клетку, руки потеют. Моментально возбуждаюсь, смотря на нее и представляя, как возьму её в этом конференц-зале, на рабочем столе. Черт! Пытаюсь незаметно для всех поправить член в брюках, взгляд отвожу, потому что в нем можно многое прочитать, а при свидетелях это ни к чему. Это только для моей сладкой девочки.
Пытаюсь переключится. Представив образ Жанны в этом помещении возбуждение сразу начинает сходить на нет. Фух!
Во время обсуждения проекта пытаюсь не смотреть на неё, боюсь выдать своё состояние, но как только оно заканчивается, выдыхаю:
— Александра! Задержитесь! — пыталась убежать, маленькая зараза! Ну, ну…
На меня не смотрит. Наверное надеится, что пронесет. Но к её сожалению, я слишком голодный до неё, чтобы вот так оставить ситуацию, да и поговорить нам нужно.
— Саш, тебе завтра утром на Узи?
— Есть такое…
— Саш, помнишь, ты хотела вместе пойти? Я очень хочу увидеть нашего малыша, — аккуратно закидываю удочку.
— Раз хочешь, значит пойдем. Вместе, — говорит после небольшой паузы.
— Как твое самочувствие, как ты провела эту неделю? — стараюсь говорить спокойно, но внутри закипает иррациональная обида, что не звонила, не написала.
— Да вроде ничего интересного, работы много было. К родителям ездила, вроде и все, — пожимает плечами.
Потом смотрит на меня, продолжая разговор:
— А ты как съездил? Понравилась Рязань?
18
Саша.
Смотрю на него, и злость с обидой постепенно притупляются.
Всю неделю и прошлые выходные гнала от себя негативные мысли, стараясь общаться с друзьями, коллегами и родителями. Даже у папы в гостях была в один из будней. В свободное время смотрела сериалы, читала книги. Одним словом делала все, чтобы поменьше думать и погружаться в негатив.
— Саш, почему ты обиделась? Потому что я тогда, на выходных не приехал? В воскресенье вечером отец срочно приказал ехать с проверкой в Рязань. Солнце, ну что случилось?
Задумываюсь. А действительно, что такого произошло, что я впала в глухую оборону и игнорировала Дениса больше недели? Совокупность гормонов, ревности и накопленной обиды. Чувство несправедливости. Наверное такой суповой набор и варится у меня внутри. Но объективных причин нет.
— Гормоны Денис. Наверное это все они. Знаешь, когда эмоции скачут как солнечные зайчики.
— Ммм… А я могу как то умаслить твои гормоны? Чтобы им было хорошо и они не ворчали и не обижались на меня?
Не спеша подходит ко мне, становится за спиной. Кладет руку на живот и прижимается частично к спине.
— Как там наш малыш поживает? — гладит.
Приближаясь к уху, шепчет, легонько прикусывает его:
— А будущая мама как поживает? Голод определенного характера не мучает?
Проходится языком по шее, слегка ее покусывая.
— Предлагаю переместиться в мой кабинет, для обсуждения особо важных вопросов.
Резко отстраняется и подает руку, сжимая. На выходе из конференц-зала отпускает, подталкивая в поясницу.
Когда дверь кабинета за нами закрывается, Денис резко притягивает меня к себе и набрасывается на губы. В перерывах между поцелуями шепчет:
— Солнце, скучал… Оголодал просто… Ты меня… на сух пайке решила… Продержать… Я голодный… Оголодавший просто… Мое солнышко снова греет… Очень… Соскучился.
Резкими движениями снимает с меня одежду. Пиджак летит на пол, блузка снимается через голову, а юбка просто скатывается на талии.
Голодными губами Денис присасывается то к одной, то к другой груди. Руками мнет нижние желанные полушария. Приподнимает, несет к столу, куда сажает, раздвигая своим телом мои ноги. Вклинивается. Вжух. Расстёгивает молнию, одной рукой приспуская брюки. Горячий член упирается мне во внутреннюю сторону бедра.
Снова голодный поцелуй и ласка клитора пальцами. Его действия рваные, хаотичные. Но я так соскучилась, что каждое движение Дениса откликается в моём теле тепловой волной. Внизу я уже мокрая и с нарастающим чувством голода жду вторжения в свое тело.
Одна его рука ласкает мой чувствительный сосок, вторая внизу, мою истекающую желанием глубину.
— Саш, не могу больше… — и одновременно с этими словами заполняет, со стоном блаженства, меня до упора.
— Чеерт… Я дома… Как же хорошо!
Двигается на всю длину, при этом не отрывая своего поплывшего взгляда от моего.
Одна рука продолжает ласкать меня внизу, что добавляет мне чувство остроты и пронзительности момента, другая придерживает под попу. Так мы и ведем свой древний как мир танец. Я держусь за его плечи, впиваясь ногтями в рубашку. Мои глаза закатываются от наслаждения.
— Смотри на меня! — рычит Дымов.
Амплитуда движений нарастастает, наращивая темп трения между телами. Стараюсь выполнить его приказ, но глаза сами закатываются от переполняющих в теле ощущений.
Неожиданно Денис резко перемещает свою руку снизу мне на голову, хватая меня за волосы у корней. Сам приближается еще ближе и смотрит в лицо.
От наслаждения я не сдерживаю стоны, выпуская их из горла, при каждом ударе его бедер.
— Да моя девочка, вот так… Покажи как тебе со мной хорошо.
Его поступательные движения одновременно с пальцем на клиторе приходят в еще большее движение, из-за чего у меня ощущение, что меня сносит ударной волной. Мое тело уже трясёт, а толчки Дениса набирают скорость, работая как отбойный молоток.
— Ах… Ааахх!
Тело трясет, еще вот-вот и я получу долгожданное освобождение. Денис будто чувствует это, усиливает давление на клитор.
Пара секунд и я взрываюсь. Мышцы влагалища сокращаются и я чувствую как и Денис приходит к освобождению, пульсируя внутри меня. Его руки крепко меня обнимают, пока он приходит в себя. Будто боится чего-то.
Придя в себя, мутным взглядом всматриваюсь. Бисеринки пота покрыли все его лицо. Рубашка мятая и потная. Смотрю в глаза. А в глазах Космос. Они смотрят на меня с такой любовью и умиротворением, что я на доли секунды теряюсь.
— Сашка, любимая. Я так скучал… Люблю тебя.
— Я тоже… Тоже скачала… по твоему члену, — смеюсь искренне.
— Ха, ха. Бессердечная вы женщина, Александра Дмитриевна!
— Есть немного… Особенно после затяжной обиды.
— Ну тогда я просто обязан наполнить тебя еще немного собой, дать умиротворение и наполненность, — и смеется, дурак! Бью его легонько в плечо.
— Ну а если серьезно, Саш, — теперь его глаза смотрят более серьезно, — я немного утолил голод, но все еще не насытился. Но времени сейчас нет, нужно работать. Поэтому я приеду вечером к тебе и ты меня накормишь.
С этими словами он достает из меня член, но потом снова загоняет его до упора.
— Черт, это оказалась сложнее чем я думал. Хочу еще, пока не готов тебя покинуть, — показывает глазами на соединение наших тел. Смотрит на часы.
— Через пол часа у меня очередная встреча с
