Она медленно, через голову, подняв кверху руки, сняла свой балахон и оглядела сверху донизу свое тело, будто согнала с кожи бегущие капли речной воды. Я подхватил ее на руки, она, раздвинув колени, обвила меня ногами и, повиснув на шее, освободила мои руки, лихорадочно сдиравшие уже ремень брюк. В штанах у меня твердо и мрачно поднялось желание, и я твердо и мрачно устремился навстречу ее влажно и жарко пылавшему треугольнику. Вошел, будто нанизал ее на острие желания, она надвинулась, сползла навстречу, слегка расслабив хватку ног и, встряхнув волосами, будто щелкнув ковбойской плетью, рванулась в бешеный галоп…
Не помню, что выделывали мы с нею, знаю только, что длилось это с малыми перерывами, разгоралось вновь, мы перекатывались по ковру из угла в угол, меняли позы… а после в изнеможении заливали пожар в груди холодным вином и в темноте на ощупь находили лица друг друга и жадно всматривались, стремясь разглядеть в ночи какие-то тайные знаки…
Проснувшись утром, проводив девчонок, мы с Севкой решили сходить на почту позвонить в Москву Культику.
Поехали на центральный телеграф, где заказали срочные переговоры с Москвой. Вскоре услышали в трубке голос Культика.
– Здорово, Культик! – сказал Севка.
– О, Севко, здорово! – послышалось на другом конце провода. – Как дела?
– У нас тут все нормально. А у вас?
– У нас тоже. Иваныч вернулся, ждет вас. Когда вернетесь?
– А что, работа есть? – спросил Севка.
– Работа всегда есть. Так когда вас ждать-то?
– Через пару дней выедем. С собой пацанов возьмем… Как думаешь, Иваныч одобрит?
– Конечно, берите! – сказал Культик. – Нам хорошие люди нужны. Такие же, как вы, наверное?
Мы поняли, что наша акция прошла успешно, что Грома больше нет, так же, как и проблем, с ним связанных. Все были довольны.
Через три дня мы вернулись в Москву. С собой взяли четверых ребят – Эдика, Кольку, Мишку и Лешку. Остальных – Димку, Володьку, Сергея и еще двоих – оставили старшими с молодыми ребятами, которых набрали неделю назад, чтобы держать наши коммерческие структуры.
После возвращения в Москву и размещения по квартирам мы поспешили на встречу с Сильвестром. Она была назначена в одном из ближних подмосковных ресторанчиков. Вероятно, Сильвестр выбрал то место в целях конспирации, а может, не хотел нас светить.
Приехали мы с Севкой в точно назначенное время – в шесть вечера. Сашка все еще был в другом городе, ждал нашего вызова. С Сильвестром, помимо Культика, был еще один его заместитель, который назвался Драконом. Сильвестр был в очень хорошем настроении. Первым делом он подвинул нам сверток – вторую часть нашего гонорара.
Потом стали разговаривать о разных проблемах. Выяснили, что после убийства Грома в Москве был большой шум. Говорят, дело дошло даже до Япончика. Звонили в Америку ему. Тот был очень недоволен. Через своих смотрящих по Европе выяснял, что за беспредел начался, почему Грома убили. Было трудно понять, поддерживал ли Япончик Грома или нет, или просто пекся о репутации вора в законе.
Любое убийство вора в законе определенно имеет значение для всего воровского сообщества.
Сильвестр говорил о своих планах, а их у него было множество. Он хотел поставить нас смотрящими на пару коммерческих структур и планировал для решения острых проблем.
– Ребята вы отчаянные, – говорил Сильвестр, – и на вас, видимо, можно положиться. Вопросы решаете конкретно, без всяких компромиссов. Мне такие люди нужны! Так что будете пару коммерческих структур моих опекать. Да, кстати, можете появиться в «Арлекино», в ночном клубе. Придете к хозяину, скажете… Впрочем, он вас помнит, – поправился Сильвестр. – Отдыхайте.
Мы поинтересовались, где нам лучше снять квартиру для ребят, которые приехали с нами. Сильвестр сказал:
– Милости просим в Орехово или в Солнцево. Снимайте. Но вообще престижными у нас считаются Строгино и Крылатское. Правда, там цены кусаются, но для таких богатеньких, как вы, – подмигнул он нам, – думаю, это не проблема.
Через пару дней мы с Севкой сняли две однокомнатные квартиры для ребят в Строгине, где разместились Эдик с Колькой и Мишка с Лешкой. Первым делом, когда мы сняли квартиры, Севка срезал телефоны, находящиеся там.
– Зачем ты это сделал? – удивились ребята.
– Чтобы никакой связи не было, чтобы вас менты потом не запеленговали. Связь будет вот через это, – и Севка протянул им пейджеры. Мы давали на пейджеры условные сообщения – обозначения места и времени. Время всегда было закодированное – надо было прибавлять один час.
Места встреч были обозначены номерами – объект один, объект два и так далее. Так что при появлении сигнала никто не мог вычислить, где и когда назначается встреча. Везде постоянно была подпись «папа».
– Эта подпись означает, что сообщение либо от меня, – пояснил ребятам Севка, – либо от Олега.
На второй день после приезда мы решили навестить клуб «Арлекино». К этому времени у нас уже было две иномарки – правда, подержанные, «секонд хэнд», за 15–20 тысяч долларов. Надо было держаться солидно. И пускай они были не последних выпусков, а двухгодичные, но все равно крутые – «Вольво» и «БМВ».
Мы с Севкой подъехали на «БМВ» к клубу. Поставив машину на стоянку, вошли внутрь.
Клуб «Арлекино» представлял собой большой зал с колоннами. С одной стороны был буфет со стойкой типа бара, с другой – закругленная сцена, где выступали исполнители. Висели гирлянды, всевозможные прожектора. Народу топталось уже довольно много. Было видно, что клуб уже достаточно раскручен.
Мы решили спросить Гусарова, владельца клуба. Спросили у одного из официантов, в клубе ли он. Официант тут же отреагировал:
– Александр Васильевич? Минуточку, сейчас узнаю.
Вскоре к нам подошел менеджер.
– А что вы хотите от Александра Васильевича? – поинтересовался он.
– Нам надо встретиться с ним лично.
– Простите, а как вас представить?
– Скажите – от Сергея Ивановича.
– А-а, – понимающе кивнул менеджер, – сейчас передам. Ваши имена?
Мы назвали себя.
Через несколько мгновений менеджер вернулся, сказав, что Гусаров нас ждет.
Мы прошли на третий этаж. Было видно, что это часть киноцентра. Большая овальная гостиная, переоборудованная под приемную, была увешана зеркалами. С одной стороны стояла пальма. Мы открыли дверь в кабинет. Там сидел Гусаров с каким-то человеком, вероятно, своим заместителем. Мы вошли, поздоровались.
Александр узнал нас сразу.
– Ну как дела, ребята? – спросил он. – Отдыхать пришли?
– Да.
– Значит, так. Вы у меня – постоянные клиенты, лучшие гости. Вся выпивка – бесплатно. Будете говорить бармену, что вы – мои гости. Я предупрежу. Не знаете, Сергей Иванович сегодня приедет? – поинтересовался Гусаров.
Севка пожал плечами:
– Вообще-то ждем…
Он соврал – мы были не в курсе планов Сильвестра на сегодня.
Потом мы поговорили еще немного и вернулись в зал.
Тем временем народу все прибавлялось. В основном это были либо коммерсанты, либо их «крыша» – московские бандиты. Все они были коротко подстрижены, одеты в подобие униформы – пиджаки, цепи, браслеты. Крутились какие-то девчонки – то ли фотомодели, то ли проститутки, все холеные, намазанные дорогой косметикой, в дорогих тряпках. Время от времени по залу проходил фотограф с «Полароидом» и фотографировал желающих, беря за каждый снимок по 50—100 тысяч.
Мы сели за столик и стали смотреть представление. Пела звезда московской эстрады. Кто-то танцевал, кто-то просто слушал. Потом вышла группа.
Вскоре появился Сильвестр. Он приехал с большой группой людей. Мы услышали, как по залу прошелестело: «Сильвестр, Сильвестр приехал!»
Сильвестр прошел к специально зарезервированному для него столику. Он сел туда со своей командой.
– Ну что, может, подойдем? – спросил Севка.
– Отчего бы и не подойти? – ответил я.
Мы подошли. Сильвестр улыбнулся нам и предложил сесть. Мы сели рядом. Все время мы чувствовали на себе удивленные взгляды братвы из других группировок – что за люди, почему они сидят с Сильвестром? Может быть, многие и стали догадываться, что именно мы стали причиной смерти Грома… По крайней мере мне так казалось.
Мы рассказали Сильвестру, как сняли квартиры, как отрубили телефоны. Он с большим интересом слушал нас.
– Ну вы даете! Прямо подпольщики, конспираторы! – улыбался он, обращаясь к своей братве. И неожиданно спросил: – А какие тачки себе купили?
Мы стали рассказывать про купленные нами машины.
– Ну, ребята, лоханулись вы! – сказал нам Сильвестр. – Надо было заказать моим парням, они бы вам из Германии тачки пригнали или из Польши, гораздо дешевле обошлось бы!
– Почему?
– Угнанные, под заказ.
– Что это значит? – поинтересовался я.
– Это когда с владельцем договариваешься, сумму ему отбашляешь определенную, он дает согласие, но по условиям сразу не заявляет ни в полицию, ни в Интерпол, а только через год или два. Вот такие машины мы и гоним. У нас тут все схвачено.
