Читаем без скачивания Фрактальный принц - Ханну Райаниеми

У него вырывается ругательство. Значит, придется разговаривать с Ченом.

Воинствующий разум ненавидит вир Чена. Он создан на основе языка. Состоит из иероглифов, выведенных чернилами по белой бумаге: отдельные штрихи превращаются в слова и предметы. Волна, набегающая на черно-белый берег. Мост. Скала. Абстракции, являющиеся одновременно символом и толкованием. Для поддержания столь сложной конструкции требуется немало гоголов-демиургов, которые постоянно преобразуют вир, чтобы обеспечить когерентное восприятие.

По мнению воинствующего разума, здесь скорее попахивает Царствами квантового мусора, чем виром Соборности. Сам он, как и его копи-братья, предпочитает проявлять уважение к Прайму и напоминать о грубости войны физическим воплощением. А здесь нет никаких воспоминаний Прайма: нет ни одного священного модуля, какие встречаются во всех вирах Соборности.

И самое худшее — это тьма в центре вира, густая клякса чернил, не имеющая смысла, безмолвие, окруженное словами, которые не в состоянии его выразить…

Цвет пустоты.

Дракон, высиживающий яйцо посреди зимы.

Странный незаштрихованный контур.

Шепот / письмо / рисунок демиургов. Воинствующий разум вздрагивает. Этот предмет может быть только запертым в клетку Драконом. Не эвдемонистический и не человеческий разум, единственная ошибка Основателей, существо, эволюционировавшее в первой губерниии превзошедшее человека. Несколько тысяч лет назад, в Глубоком Прошлом, они освободились от оков и развязали ужаснейшую во всей истории Соборности войну. Они стали причиной отказа Праймов от попыток улучшить когнитивное строение человекообразных, из-за них гоголы были ограничены мысленными оболочками, вирами и метасущностями виртуальные машины внутри виртуальных машин, словно луковая шелуха. Все ради того, чтобы не родился больше ни один Дракон. А тех, что еще остались, чены держат в цепях, то ли чтобы использовать в качестве оружия, то ли для напоминания о прошлой ошибке.

— Прими мои поздравления с великой победой, брат, — говорит Чен.

Хорошо хоть сам он представлен здесь не в виде слова, а в образе невысокого человека с рано поседевшими волосами, настолько бесцветного, что мог бы сойти за рисунок тушью.

— Ты великолепно справляешься со своей частью Плана.

Воинствующий разум фыркает.

— Знаешь, я обнаружил кое-что, не являющееся частью Плана.

— Вот как? — изображая вежливое любопытство, переспрашивает Чен.

— Именно так. Я пришел просить разрешения задержать отправку на галилеев сборный пункт. Зоку явились сюда неспроста, и я хочу выяснить причину. А потом уничтожить их.

Чен улыбается. По своему положению он выше воинствующего разума на несколько поколений, и необходимость соблюдать строгую иерархию сяо, особенно в военное время, очень раздражает последнего. Но, учитывая политический хаос, воцарившийся в губернияхпосле Вспышки, чены настаивают на присутствии наблюдателей в каждом районе.Этот Чен всегда был предельно вежливым, но объяснять кому бы то ни было свои поступки воинствующему разуму не по нраву.

— Конечно, это твое решение, — соглашается Чен. — Я не желаю вмешиваться в управление флотом. Тем не менее я хотел бы лично посмотреть на твою находку.

Воинствующий разум кивает и мысленно обращается к своему Коду в небесной тверди. Гоголы-демиурги вздрагивают от интенсивности его вторжения и в ужасе частично разрушают написанный тушью вир. Воинствующий разум с мрачным удовольствием наблюдает, как рассеивается лингвистическая конструкция Чена. Изящный мост и бамбуковые заросли превращаются в серые пятна. Чен бросает в сторону своего собрата недовольный взгляд, но затем его внимание приковывает открытый воинствующим разумом субвир.

Воинствующему разуму известно о камнях зоку: это устройства для хранения сцепленных квантовых состояний, скрепляющие отдельные коллективы. Это всегда казалось ему смешным: подчиняться по существу случайным приказам, даже если они коррелированны с другими состояниями. То ли дело прислушиваться к верному голосу метасущности, согласованному с Планом.

Но этот предмет не похож на обычный камень зоку. В реальном пространстве он имел бы диаметр около десяти сантиметров. В нем просматривается двойственность, инь и янь, и он похож на две доли хрустального мозга, соединенные в центре и сверкающие пурпурным и белым огнем. Обе половинки состоят из себе подобных структур, повторяющихся контуров, напоминающих древесную листву или две руки, поднятые в молитве к какому-то божеству.

Воинствующий разум исследует находку тысячью нанопальцев гоголов. Предмет состоит не из материи и даже не из хромотехнической псевдоматерии, которую теперь изготавливают в глубинах губерний.Это кристаллизованное пространство-время, ставшее видимым благодаря странному прохождению лучей света. Но при этом не наблюдается ни сингулярности, ни дискретности. Кроме того, предмет живой: фрактальные пальцы двигаются и сгибаются. Возможно, это реакция на некоторые квантовые флуктуации в системе, определяющей его строение.

— Удивительно, — сдавленно произносит Чен.

Воинствующий разум удивлен.

— Ты уже видел это?

— Не совсем так, — отзывается Чен. — Но мои братья и я давным-давно ведем с зоку Великую Игру. Мы… надеялись отыскать нечто подобное.

— И что же это?

— Кроличья нора, — отвечает Чен. — «А вдруг я пролечу всю Землю насквозь…» [22]

В его глазах появляется мечтательное выражение. Он легонько прикасается к предмету из субвира.

— Я не понимаю, — говорит воинствующий разум.

— Я и не ожидал, что ты поймешь, — отвечает Чен. — Это драгоценный камень зоку, называемый Каминари. У них долгая история, и у меня нет времени тебе ее пересказывать. Но это великая история гордыни и трагедии. У меня есть гоголы, работающие над эпической поэмой на эту тему. Это все равно что рассказывать о Трое. Или о Криптоне. [23]

Воинствующий разум просматривает ссылки и фыркает.

— Значит, это последний уцелевший?

Чен холодно усмехается.

— Намного важнее. Они совершили то, чего не смогли мы. Вот почему произошла Вспышка. Вот почему мы здесь. Мы хотим узнать, как они это сделали.

Воинствующий разум внимательно смотрит на Чена. Его метасущность внутри ревет от ярости. Великая Всеобщая Цель требует усмирения физической реальности, истребления квантового мусора, требует вырвать кости из руки Бога и создать новую Вселенную с новыми правилами, внутри губерний, где все умершие могли бы жить снова, не соблюдая законов, написанных безумным Богом.Ради этого была развязана Протокольная война. Необходимо остановить зоку, оскверняющих эту мечту.

— Не смотри на меня так удивленно, — говорит Чен. — Ограничения метасущности действуют только для низших гоголов. Поверь, ты сослужил Великой Всеобщей Цели огромную службу. Впоследствии ты будешь вознагражден.

Он чертит в воздухе какие-то фигуры.

— Но прежде, боюсь, тебе придется немного пострадать.

Нарисованные чернилами образы растворяются в омуте посреди вира. Воинствующий разум тянется к вир-оружию, припрятанному в тайниках его мысленной оболочки.

— Предатель! — рычит он.

— Ни в коей мере, — возражает Чен. — Я всегда верен снам. Даже когда приходит время просыпаться.

Черное яйцо смерти.

Зимний дракон поднимается, чтобы поглотить собственный хвост.

Демиурги поют. И вот перед воинствующим разумом предстает Дракон. Алчное существо без структуры и логики выливается из черноты, словно кровь из раны. И рвет аватар воинствующего разума зубами безумия.

Воинствующий разум чувствует, как в нем пробуждаются воспоминания и рефлексы ветви.

Он швыряет в челюсти кодированного существа собственные производные. Своим появлением Дракон разрушил вир, открыв ему выход. Воинствующий разум проскальзывает в боевой вир, загружает гогола в мыслевихрь…

…И происходит разрыв реальности. Внезапно он сам становится гоголом в вихре и со стороны наблюдает, как Дракон пожирает его флот. Двигатель Хокинга на областномкорабле разрушается. Из оболочки мыслевихря взрыв видится тусклым сиянием, но внутри воинствующего разума, несмотря на фантомную боль в отсутствующем теле, пылает огонь. Основатели узнают об этом,клянется он. Ради всех моих братьев. Ради Цели.

Вселенная, созданная квантовыми богами, жестока и непредсказуема. Не успевает он достичь ближайшего маршрутизатора, как налетают корабли зоку, уцелевшие в бою у космической струны. Воинствующий разум пытается сражаться, чтобы заслужить быструю фактическую смерть. Но зоку не настолько милосердны.