угодьями. Лишь козлоногий демонстративно насвистывал какую-то незатейливую мелодию, качая ножкой и прикладываясь к кружке с вином. Но его выдавали дергающиеся уши. Рогатый внимательно прислушивался к происходящему.
Я немного поразмыслил, прикидывая, что им сейчас скажу:
— Друзья! Каждому из вас так или иначе не повезло в жизни. Кого-то родители подбросили в храм, потому что не могли прокормить…
Близнецы сжали кулаки.
— Кто-то не пожелал отправляться на рудники за то, что, умирая с голоду, украл курицу…
Нахмурился Богомол.
— Кто-то просто оказался на обочине жизни, потому что Правителя и его жирных зарвавшихся лизоблюдов интересует только собственный карман, а не проблемы своего народа. Все вы оказались здесь, потому что до вас никому нет дела. Среди вас нет мразей, готовых запороть человека до смерти за то, что он не смог заплатить непомерный налог.
Глядя в их просветлевшие лица и пылающие глаза, я сам невольно распалялся все больше и больше, хотя никогда не отличался особым талантом оратора. Вот ведь! Всего-навсего хотел их подбодрить и настроить на нужный лад, а в итоге выдал вдохновенную речь. Кажется, без сущности Димитра тут не обошлось.
— И я скажу вам — мы заберем у богатеев то, что они отняли у таких, как мы! Заставим их вернуть награбленное добро! Призовем к ответу за все злодеяния! Я говорю вам это как наследник Якострофа!
Подчиняясь наитию, я вытянул вперед руку, продемонстрировав пораженным слушателям клановое кольцо, непонятно отчего засветившееся на моей ладони мягким зеленым светом.
Какого хрена?! Я же не собирался выкинуть такую глупость!
Несколько мгновений в безымянном подземном убежище стояла такая оглушительная тишина, что можно было услышать, как по моему виску стекает капля пота. Затем все разразились радостными криками.
— Дааа! Долой богачей! Мы с тобой, Милан! Славься, Якостроф!
Причем даже сатир и минотавр мыкнули-мекнули что-то одобрительное.
Чувствуя, что только что заварил серьезную кашу, я сказал еще какую-то напутственную чушь, попрощался и спешно ретировался.
— Твоя работа, рифмоплет?! — прошипел я, едва дверь за мной закрылась.
Здорово получилось, правда? Ты был очень убедителен, даже я проникся.
— Я сейчас не о том, что ты подтолкнул меня на праведную речь. Зачем я признался в том, что наследник клана земли?!
Так это же отличная идея! Теперь ты получил первых верных сторонников. Якострофов на Крите помнят и любят.
— Да пускай хоть в задницу меня целуют! Ты понимаешь, на какой тонкий лед меня подтолкнул?! А если кто-то из них побежит с этим знанием к Пиролатам? Да даже просто в пьяном угаре проговорится в портовом кабаке, чтобы местная шлюха была посговорчивей? Нас же из под земли достанут! Весь Крит вверх дном перевернут, чтобы достать уцелевшего врага!
По-моему, ты слишком нагнетаешь, Милан. Ты ступил на тонкий лед, когда собрался грабить богачей, да еще преподал это как народную месть. И не вали на меня — ты изначально хотел все обставить именно так. Пиролаты в любом случае перевернут Крит вверх дном.
— Это был последний раз, когда ты проворачиваешь такой фокус, не посоветовавшись со мной. Доступно к пониманию? — с угрозой в голосе предупредил я, мысленно в чем-то признавая его правоту.
Хорошо.
Я упал на кровать, чувствуя слабость. Видимо, сказывается большая кровопотеря. Но, пролежав пару минут, с тяжелым вздохом сел. Отдыхом придется пренебречь, в разумных пределах. Раз уж я ввязался в борьбу с сильными мира сего, которые могут сжигать деревни одним пассом — надо найти способ им противостоять.
Достав из кармана переставшее светиться кольцо, я уставился на символ Якостроф, словно надеялся узнать у него ответы на главные вопросы мироздания — кто создал Вселенную и как перестать ударяться мизинцем об тумбочку.
* * *
В Заклинательном зале было душно и жарко, даже несмотря на то, что на улице сегодня царила довольно прохладная погода. Ждесь всегда было жарко. Сказывалась истончившаяся за много веков грань между реальным миром и планами, где властвовал Огонь.
Ириний вошел внутрь, внешне стараясь не показывать, что его буквально колотит от предвкушения. Все решится. Сегодня. Сейчас. Наследник посмотрел на середину зала, где на мраморном полу пламя знает сколько веков назад основатель клана, великий Пиролат кровью титанов начертил пять ритуальных кругов, в которые вписал письмена, призванные сдержать и стабилизировать прорыв на план Огня. Для этого он использовал язык, недоступный простым смертным. Язык пламени.
В центре этой грандиозной магической фигуры стоял одинокий металлический стул с ремнями, сделанными из кожи огненной лисицы — зверя, распространяющего лесные пожары. Только этот материал был способен выдержать напор пламени и не сгореть.
— Чем могу помочь, господин?
Хранитель зала вышел из небольшой неприметной двери справа. Невысокий, еще не старый, мужчина был одет в ритуальный плащ, выполненный из того же материала, что и ремни. Одному Гефесту известно, сколькими жизнями пришлось пожертвовать, чтобы изловить такое количество смертельно опасных зверьков.
— Я пришел, чтобы выполнить волю отца и пройти Круг.
— Ваш отец передавал мне свою волю. Отлично, дайте мне пару минут на подготовку, а также, будьте любезны, передайте мне пирамиду Малого круга. И еще. Ваш спутник должен выйти. На ритуале разрешено присутствовать лишь Хранителю и испытуемому.
— Боюсь, сегодня нам придется нарушить предписанные правила. — Ириний с улыбкой извлек из кармана сверток и развернул кожу саламандры.
В зале резко потеплело. Обе пирамиды вибрировали, чувствуя близость Кругов.
— Что это такое, господин?! Что это за…мерзость?
Хранитель почувствовал чужеродные эманации, волнами расходящиеся от поделки ромала.
— Сегодня ты используешь именно ее, — Ириний протянул Хранителю слепок с пирамиды Великого круга, но тот отшатнулся назад.
— При всем уважении — я не стану этого делать. Откуда вы ее взяли? Мало того, что я чувствую в ней чуждую магию, так еще и Правитель четко дал понять, что вам предстоит пройти Малый круг. А этот предмет содержит в себе заклинания Великого круга, хоть я и не понимаю, как такое возможно.
Хранитель справился с удивлением и холодно отчеканил:
— Господин, я прошу вас покинуть Заклинательный зал. И мне придется доложить вашему отцу об этом…предмете. его следует уничтожить, а также найти того, кто смог сотворить подобное кощунство.
— Как глупо и патетично, — наследник презрительно скривил губы. — Кажется, ты нуждаешься в стимуле, Приближенный. Я как раз припас для тебя один.
Ириний кивнул Мелису и тот достал голософон, нажал на нужную пластину. Несколько секунд ничего не происходило, а затем раздался полный слез женский голос:
— Пелагей! Умоляю, сделай то, что они просят!
Хранитель стремительно побледнел:
— Агата?! Что они с тобой сделали? Где ты сейчас?!
— Ей запрещено говорить на такие
