— Снова каша? Разбаловались на консервах в Убежище, а теперь опять вкус… прикнелы, да. Замешивай, пацан, попробуем. Кабачковая икра с мёдом? Что-то вроде того. Бывало и хуже. Похоже, загадку удивительных вкусов этот мир унесёт с собой. Такими темпами уже через несколько дней будем на месте. А там — жди нас, Мультиверсум! Что дальше? Я, если честно, даже и не задумывался. Для начала, наверное, доберёмся до моей базы. Пять лет прошло, меня уже, поди, положенное число раз помянули и забыли, но кое-какие ликвидные ресурсы я припрятал. Голодать не будем. А там подниму старые связи, закручу бизнес пуще прежнего. Я не в первый раз оказываюсь ни с чем, жизнь авантюриста переменчива, но всегда подворачивается новый шанс. Ты, пацан, побудешь пока со мной, а как подрастёшь, сам определишься. Говорилку тебе, я думаю, починим. Есть один мир, там медицина — закачаешься. Дорого, правда, но не дороже денег. Ты, Лысая Башка, как я понимаю, с нами? Точнее, с пацаном? Тогда и твою тыкву там посмотрят. Глядишь, и перестанут тебя мигрени мучить. Давай сюда свою башку, потискаю, пока привал. А то, может быть, и волосья тебе отрастят. Что? Не хочешь? Ну и не надо, дело хозяйское. Хотя я бы на тебя с волосами посмотрел. Вот если посюда и вот так — будет каре. А если вот тут волосы, а тут оставить как было — будет модный андеркат. Женщины всё время что-то новое с волосами выдумывают. Но с лысой башкой ты тоже симпатичная. И с военной формой гармонирует. Суровая синеглазая милитаристка. Может быть, однажды ты мне расскажешь, как дошла до жизни такой. А если нет, то и ладно. Это ведь не важно, на самом деле. Какая разница, кем мы были раньше, если сейчас сидим у костерка в сарайчике втроём и чаи гоняем? Допьём, поспим и с утра двинем дальше.
* * *
— Всем доброе утро! Каша готова, с пылу с жару, со вкусом лидоры. На удивление неплохо — как огурцы с сахаром. И чай, разумеется. Умывайтесь, завтракайте, и поедем. Вчера мы почти три сотни вёрст прохватили, если сегодня повезёт, сделаем не меньше. Останется всего ничего. Так что давайте поторопимся, а то мне уже неймётся.
— Смотри-ка, Лысая Башка, кто это там катит? Это же твоя подружка на велике! Я уже и забыл про неё… Как она нас найти ухитрилась? Что ты так напряглась? Серьёзно? Вот настолько не рада? Эй-эй, ну, хватит! Не знаю, чего вы там не поделили в прошлой жизни, но шмалять её из автомата — явный перебор. Опусти ствол! Опусти, я говорю!
— Эй, ты, велосипедистка! Да, я тебе говорю! Стой! Вот, оставайся, где стоишь! А то там же и ляжешь! Я серьёзно! Лично я ничего к тебе не имею, но Лысая тебя, похоже, за что-то сильно не любит. Не хочу, чтобы пристрелила на глазах пацана. Это непедагогично.
— Вы зря туда едете! Там ничего нет!
— Спасибо, барышня, но мы сами разберёмся. Где вам ничего, там глядишь, для нас что-то найдётся. Так что спасибо за заботу и прощай.
— Нет, Лысая Башка, не дам в неё стрелять. И не надо дуться! Зачем патроны тратить? На велике она всё равно за нами не угонится. Запрыгивай, пацан, давайте до темноты хотя бы сотни три сделаем! Заводи, Лысая!
* * *
— Глуши, Лысая! Привал. Эти машины выглядят перспективно. Похоже, места тут безлюдные, так что бензин с них, скорее всего, никто не слил. Надо это срочно исправить. Чем дальше на восток, тем меньше выживших, вы заметили? Уже третий день никаких следов. Смотрите, на дорогу ветром песка натащило, и на нём ни колесо, ни ботинок нигде не отпечатались. Большой и относительно целый кусок шоссе, по нему бы непременно кто-то таскался, если бы было кому. Очень похоже на то, что тут никто не выжил. Мне кажется, даже толчки тут были покруче — целого здания хрен найдёшь. Ладно, доставай шланг и помпу, бензин сам себя не откачает.
* * *
— Давайте тут встанем. Вряд ли удастся найти что-то целее этого вагончика. Видели, что с тем городком стало? Всякого я за последнее время насмотрелся, но это реальная жесть. Всё в щебень перетёрло. Наши надежды пополнить запасы мародёркой тают на глазах, так что это получается путь в один конец. Заметь, Лысая, деревья тоже легли. Этого я ещё нигде не видел. И что характерно, в одну сторону, кронами к нам. Знаешь, на что это похоже? На вывалы от взрывной волны. И мне это, знаешь ли, чертовски не нравится. Если дорогу не завалило, то завтра мы должны добраться до моего ориентира. У меня аж нервные мурашки, представь себе. Что мы там увидим?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 11
Время взрослеть
— Да уж… — Ингвар убрал от глаз бинокль и задумчиво почесал бороду. — А я слыхал, что эти штуки даже атомной бомбой не взять. Итак, мой ориентир превратился в тыкву, как карета Золушки. Поговорка «Вечные, как башни Ушедших» рухнула на наших глазах. Кажется, теперь я знаю, что именно вызвало Катастрофу. Воронка километров на тридцать в диаметре, а сколько в глубину, знают одни гады морские. На карте континента появился новый симпатичный круглый залив, на дне которого и упокоился мой кросс-локус. Простите, ребятки, я привёл вас в тупик.
— Ну что, убедились?
— Велосипедистка? Ты-то тут откуда? Как ухитрилась нас догнать?
— Делать мне нечего, вас догонять! Дурак бы догадался, куда вы так ломитесь. В Кулаграде был самый известный кросс-локус этого среза.
— Самый известный? Значит, они был не один? Стоп, а откуда ты вообще знаешь о кросс-локусах?
— А ты напряги то, что у тебя между ушами, авось догадаешься. Или не догадаешься. Был бы ты умный, сразу бы меня послушал и не пёрся бы через весь континент. Кулаграда больше нет, дедуля. Местные доигрались с маяком.
— Но как?
— Без понятия. Я просто корректор. Знаю, что они пытались добыть оттуда много энергии, потому что им на мозгосралки не хватало. Ну, видать, получилось. Добыли. А как, это пусть умники с Кафедры разбираются. Когда коллапс закончится.
— Так ты говоришь, есть ещё кросс-локусы?
— Дедуля…
— Меня Ингвар зовут.
— Да пофиг мне, как тебя зовут! Ты что, меня не услышал? Срез в коллапсе!
— И что?
— Кросс-локусы не работают, чудило! Даже если бы твою дверку не размололо в пыль вместе с куском литосферной плиты, ты всё равно смог бы разве что постучать в неё пустой головой!
— Какая невежливая девочка.
— Да что ты говоришь? Я, наверное, должна быть счастлива, который месяц гоняясь за вами по срезу? Вы специально от меня прятались? От большого ума? Эй, Лиарна, это твоя идея спрятать мальчишку под землёй, рядом с источником помех, чтобы я на него навестись не могла? Что, не хватаешься больше за ствол? Допёрло, что сама не выберешься? Смирись, ты облажалась! Опять!
— Да что тебе надо от нас, юная барышня? Может, закончишь ругаться и объяснишь?
— О, так вы готовы, наконец, меня послушать? Неужели? И полугода не прошло! Если бы вы не метались по континенту, как наскипидаренные зайцы, а посидели на месте хотя бы несколько дней, вся эта идиотская история давно бы закончилась! Знаете, это не единственный срез в Мультиверсуме, где требуется вмешательство корректора, а я бегаю тут кругами, как последняя дура, разыскиваю эту облажавшуюся по всем фронтам бестолочь. Да, Лиарна, я про тебя! Ты ухитрилась не только завалить миссию, но и попасться местным коновалам! Теперь тебя саму приходится спасать, хотя лично я бы тебя тут бросила. От тебя и раньше было проку немного, а теперь и вовсе балласт. Что сверкаешь глазами? Ну, давай, пристрели меня! И что дальше? На что ты надеялась вообще? Великое Мироздание, да как тебя вообще допустили к работе корректором, старая ты кляча?
— Стоп, Лысая Башка, — Ингвар ухватил зарычавшую от ярости женщину за плечо. — Или как там тебя… Лиарна? Надавать этой дерзкой девице поджопников мы всегда успеем. Но сначала я хочу понять, что тут, чёрт побери, происходит!
