поступать и вырезал свою печать, а иногда и свои стихи на прекрасных скульптурах или нефрите многовековой давности.
Какой занятный образ мыслей. Представьте, что вы король, вам особенно приглянулся Давид Микеланджело, и вы вырезаете у него поперек груди свою подпись. По сути это то же самое.
Концепция настолько яркая, что я начал крутить в голове магию печатей. Духопечати, способные переписывать природу объекта. Мне не хотелось приближаться к духозаклятию из мира буресвета, поэтому посещение музея и история вдохновили меня на создание магии, которая позволяет переписывать прошлое объекта.
Из этого выросла вся история. Поскольку магическая система во многом согласуется с той, что я разрабатывал для Села — мира Элантриса, я поместил историю на Сел. (Также там было несколько культур, схожих с нашими азиатскими, поэтому все превосходно вписалось.)
Вы не можете всегда писать о том, что знаете, по крайней мере, в точности. Но вы можете писать о том, что видите.
Надежда Элантриса
Эта история разворачивается после событий романа «Элантрис» и содержит спойлеры.
— Милорд. — Эйш вплыл в комнату через окно. — Леди Сарин приносит извинения. Она немного опоздает к ужину.
— Немного? — насмешливо переспросил Раоден из-за стола. — Ужин должен был начаться час назад.
Эйш слегка замерцал.
— Прошу прощения, милорд, но… Она взяла с меня обещание передать вам послание, если вы будете недовольны. «Растолкуй ему, — сказала она, — что я беременна, и это из-за него, а значит, он обязан во всем мне потакать».
Раоден рассмеялся.
Эйш снова замерцал. Вид у него был самый что ни на есть смущенный, насколько это вообще возможно для обычного шара из света.
Вздохнув, Раоден сложил руки на столе. Стены его дворца в Элантрисе едва заметно сияли, так что не было нужды ни в факелах, ни в светильниках. Он всегда недоумевал, почему в Элантрисе так мало креплений для светильников. Однажды Галладон объяснил, что раньше использовались специальные плиты — нажмешь на такую, и она засияет, — однако оба позабыли, сколько света источали сами камни.
Он опустил взгляд на пустую тарелку.
«Когда-то нам приходилось изо всех сил бороться за каждую крошку, — подумалось ему. — Теперь же пищи столько, что можно целый час валять дурака перед тем, как поесть».
Да, теперь пищи было вдоволь. Да и сам он мог обращать мусор в отборное зерно. Больше никто в Арелоне не будет голодать. Подобные мысли возвращали Раодена в Новый Элантрис, к тем простым порядкам, что он там установил.
— Эйш, — позвал Раоден. Его посетила неожиданная мысль. — Давно хотел у тебя кое-что спросить.
— Конечно, ваше величество.
— Где ты был в последние часы перед возрождением Элантриса? Я не припомню, чтобы видел тебя большую часть ночи. По правде говоря, единственное, что я помню, — как ты явился доложить, что Сарин похитили и увезли в Теод.
— Все верно, ваше величество, — подтвердил Эйш.
— Так где же ты был?
— Это долгая история, ваше величество. — Сеон плавно опустился к стулу Раодена. — Все началось с того, что госпожа Сарин загодя послала меня в Новый Элантрис, чтобы предупредить Галладона и Карату о новой партии оружия. Это случилось прямо перед тем, как монахи атаковали Каи, и я отбыл в Новый Элантрис, совершенно не подозревая, что произойдет дальше…
* * *
Матисс заботилась о детях.
В этом заключались ее обязанности в Новом Элантрисе. У всех должна быть работа, так постановил Дух. Матисс не имела ничего против своей работы — откровенно говоря, та ей даже нравилась. Она занималась тем же самым задолго до появления Духа. С тех пор как Дэйш нашел ее и привел во дворец Караты, она присматривала за малышами. Распоряжения Духа лишь закрепили ее положение официально.
Да, ей нравились ее обязанности. Большую часть времени.
— Нам и правда пора в постель, Матисс? — спросил Теор, наградив ее своим самым наивным взглядом. — Можно нам не ложиться, хотя бы разок?
Матисс скрестила руки на груди и выгнула безволосую бровь.
— Вчера вы легли спать в это время, — ответила она. — И позавчера. И, если уж на то пошло, позапозавчера. Не пойму, с чего вы решили, что сегодня должно быть иначе.
— Что-то происходит, — поддержал друга Тиил, встав рядом. — Все взрослые рисуют эйоны.
Матисс бросила взгляд за окно. На ее попечении находилось с полсотни ребятишек. Они обитали в доме с огромными окнами, который окрестили Курятником, поскольку его стены были почти сплошь украшены замысловатой резьбой, изображающей птиц. Курятник располагался неподалеку от центра внутреннего города, рядом с жилищем Духа — часовней Корати, — где тот проводил большинство важных совещаний. Взрослые старались держать детей на виду.
К сожалению, это означало, что и взрослые находились на виду у детей. За окном искрились вспышки света от сотен пальцев, рисующих в воздухе эйоны. В такое позднее время детям давно пора спать, но сегодня уложить их в кровать было особенно трудно.
«Тиил прав, — подумала Матисс. — Что-то происходит».
Однако это вовсе не повод разрешать мальчишке не ложиться, ведь чем дольше он не уснет, тем дольше она не сможет выйти и выяснить, из-за чего весь сыр-бор.
— Ерунда, — отмахнулась Матисс, оглядев детей.
Некоторые уже начали укладываться в яркие разноцветные постели, но многие встрепенулись и наблюдали за тем, как она пытается угомонить двух возмутителей спокойствия.
— А по мне, на «ерунду» не похоже, — возразил Теор.
— Что ж, — вздохнула Матисс. — Они рисуют эйоны. Раз вам так неймется, наверное, можно сделать исключение и разрешить вам не ложиться… если, конечно, вы тоже хотите поупражняться. Думаю, мы успеем провести еще один урок.
Теор и Тиил побледнели. Рисованием эйонов занимались в школе — Дух заставил их снова посещать уроки. Матисс украдкой улыбнулась, когда оба мальчишки попятились.
— Ну что же вы, — подзадорила она. — Ну-ка марш за перьями и бумагой. Мы успеем нарисовать эйон Эйш раз сто, не меньше.
Мальчишки поняли намек и вернулись в постели. На другом конце комнаты еще несколько воспитателей прохаживались между кроватями и проверяли, спят ли дети. Матисс двинулась дальше.
— Матисс, — послышался чей-то голос. — Я не смогу заснуть.
Она повернулась к сидящей на постели девочке.
— Откуда тебе знать, Риика? — слабо улыбнулась Матисс. — Мы ведь только что тебя уложили, ты еще даже не пробовала.
— Я знаю, что не получится, — заупрямилась малышка. — Май всегда рассказывает мне сказку перед сном. Иначе мне не заснуть.
Матисс вздохнула. Обычно Риика спала плохо, особенно в те ночи, когда вспоминала про своего сеона. После того как девочку забрал
