– И ты ее не увидел?
– Сначала не увидел, а через несколько часов, когда уже всех на уши поставил, она стояла на месте, словно никуда и не пропадала.
И, похлопав пушистыми ресницами, парнишка поинтересовался:
– А чего? Это важно?
– Возможно, что да. Возможно, что на этой машине было совершено преступление.
– И какое?
– Убийство.
– Стебно! – хихикнул Артем, но тут же помрачнел. – Как бы папаша меня в этом не заподозрил. Он и так орет, что не верит ни одному моему слову. А тут еще и это…
Что характерно, Артем испугался в первую очередь не милицию, а своего отца. Подруги машинально отметили этот факт и продолжали с интересом ожидать, что еще им расскажет парень.
– Да ладно, раз такое дело, пошли в кухню, – зевнул Артем и первым пошлепал босыми ногами по выложенному мраморной плиткой полу.
Он так и не снял лоскутного одеяла, заваривая крутым кипятком растворимый кофе в огромной чашке. Гостям он напитка не предложил. То ли действительно еще толком не проснулся, то ли не видел в этом никакой необходимости. Чего продукт переводить, коли они все равно уже проснулись? Но, заварив кофе, Артем снова чуть не задремал над чашкой, уютно завернувшись в одеяло и клюя носом.
– А? Чего? – встрепенулся он, когда Лисица потряс его за плечо. – Опять вы меня разбудили! И зачем? Кофе еще не остыл! А пока не остынет, я его не выпью. А пока не выпью кофе, я разговаривать, как нормальный человек, не могу. Остынет – разбудите!
И снова заснул!
– Вот соня! – разозлилась на него Кира, подскочив к холодильнику. – Сейчас ты у меня попляшешь!
Пара кубиков льда отправились в чашку с кофе, где начали стремительно таять, тихонько потрескивая. А один кусочек, не без ведома вредной Киры, угодил Артему прямо за шиворот.
– Ай! Блин! – подскочил со своего стула чуть ли не на полметра этот избалованный папенькин сынок. – Это что такое?
– Кофе со льдом, – невинно похлопала глазами Кира. – Ты же хотел, чтобы кофе побыстрее остыл. Вот я и позаботилась об этом.
– Слышь, Лис, кого ты ко мне привел? Реально ненормальные телки! Они у тебя бешеные?
– Успокойся, друг. Все в порядке. Девочки ищут тех плохих людей, которые угнали машину твоего папахена. Догоняешь?
Судя по интенсивной работе мысли, которая отразилась на бледной и вытянутой физиономии Артема, он «догонял».
– Это чего, типа, они могут меня от папашкиных подозрений отмазать? Найдут тех отморозков, которые тачку реально угнали?
– В самую точку! Только ты должен все им рассказать.
– Да я и сам не врубаюсь, что произошло. Это же реальная подстава! Папашка на меня думает. А я не при делах! Нет, в другие разы, врать не буду, брал тачку. А в этот – нет!
– А кто мог ее взять?
– Я-то откуда знаю?
– Ключи от нее у кого были?
– Ни у кого. То есть у отца и еще дома. В сейфе.
– Это твой отец от тебя ключи в сейфе прячет?
– Ну… А как его осуждать за это? Прежние-то две тачки я разбил. Вот он теперь и страхуется… блин!
– А код от его сейфа ты знаешь?
– Не-а. Маринка знает, а я – нет.
– Марина – это кто?
– Мать моя, то есть мачеха, блин! С моей-то родной матерью папашка развелся. А на Марине взял и женился. Козел!
– Почему?
– Потому!
Чувствовалось, что тема женитьбы его отца на другой женщине болезненно затрагивала интересы Артема.
– И Марине твой отец доверяет?
– Никому он не доверяет, – буркнул Артем. – Но Маринка код знает. Я видел, как она в сейф лазила.
– И где твоя мачеха сейчас?
– Где ей быть? В солярии, наверное. Или в салоне красоты физиономию свою полирует. Она только тем и озабочена, чтобы выглядеть для моего папахена на все сто процентов привлекательной. И еще она…
Но Артем не договорил, потому что Лисица как раз в этот момент повернулся, чтобы взять какую-то печенюшку со стола позади себя. И таким образом украшенная рисунком члена спина оказалась прямо перед носом у Артема.
– Лисица… – вырвалось у него. – Блин! Ты что… Из этих? А я и не знал!
– Из кого? – жуя, спросил Лисица.
– Тьфу… Блин! Лисица, ну ты даешь!
– Да в чем дело-то?
– Ты что на себя напялил?
– А что? Стильная маечка. Мне ее девчонки посоветовали надеть.
– Девчонки?
Челюсть у Артема отвисла вполне конкретно.
– Чума! – произнес он наконец, таращась на своих гостей. – Ну вы даете!
– Артем, говори нормально, где нам искать твою Марину?
– Она не моя. А искать ее… Она в принципе всегда в одно и то же место ходит. Тут недалеко. На машине всего полчаса езды. Я могу показать.
И когда друзья уже повернулись, чтобы уходить, Артем жалобно добавил:
– Слушай, Лисица, прикройся ты чем-нибудь. Не ходи ты в таком виде, стремно! Хочешь, я тебе свою майку дам? У меня целая полка ненадеванных шмоток. Подберешь среди них себе что-нибудь подходящее.
Но Лисица не послушался своего юного друга.
– Да что вы сегодня все заладили одно и то же! Лисица, надень! Лисица, сними! Лисица, прикройся! Отстаньте! Что хочу, то и ношу. Мне лично эта майка очень даже нравится. Облегает хорошо. И к телу приятная. Чем мне прикрыться? Одеялом твоим дурацким?
– Оно не дурацкое. Это одеяло еще моя мама сшила. В те времена, когда отец ее не выгнал.
– Ну, ладно, прости. Классное у тебя одеяло. А у меня классная майка. Договорились? Никто ни к кому не в претензиях, идет?
Немного растерянный, Артем все же кивнул. А Лисица, очень гордый очередной одержанной им победой, вышел из квартиры на улицу, где и распрощался со своими друзьями. У Лисицы, оказалось, на сегодняшний день намечено еще несколько важных дел. И ему было решительно некогда. Так он и ушел, сверкая своей крепкой спиной, туго обтянутой своеобразной майкой.
Глава 11
Марина оказалась миниатюрной блондинкой, при одном взгляде на которую подруги сразу же отмели все подозрения. Нет, Марина никак не могла быть той девицей, которая ошивалась во дворе дома, где убили Федора. Та девушка, по описанию свидетелей, была высокой и темноволосой. И если даже допустить, что цвет волос можно легко изменить с помощью парика, то как быть с ростом?
В Марине от силы набралось бы метр пятьдесят с кепкой. А рост укатившей на белой «БМВ» девушки превышал метр восемьдесят. Никакие каблуки или шпильки не смогли бы компенсировать такую значительную разницу.
– Но даже если Марина не участвовала лично в этой истории, она может быть в ней замешана. Как ни крути, а ключи от белой «БМВ» кто-то преступникам дал.
И этот кто-то должен был быть из семьи богатого папочки. Либо его безалаберный сынуля, либо молодая жена. Но сынуля вполне искренне убивался, что ему не только самому не пришлось в этот раз насладиться ездой на дорогой машине, так еще и придется, по ходу дела, отдуваться за чужие грешки. Ну а Марина… Марина внушала сыщикам наибольшие надежды. И с ней подруги решили вести себя осторожно и осмотрительно, чтобы не спугнуть птичку.
– Артюша, а ты чего тут? – приятно удивилась Марина, увидев пасынка. – Решил мышцы немного подкачать? Правильно! Я тебе давно говорю, что надо собой заняться. А то ты ходишь, как бледный червяк!
– Почему это я червяк?
– А что? Бледный, худой и тощий! Вылитый червяк!
– Дура ты Маринка! – беззлобно буркнул Артем. – Если я червяк, то ты гусеница!
– Нет, я не гусеница, дурачок! Из гусеницы давно уже вылупилась прелестная бабочка!
Чувствовалось, что между пасынком и мачехой никакого напряга нету. Они были удивительно похожи друг на друга. Оба невысокие, тонкокостные и светловолосые. К тому же почти ровесники. Мачеха была старше своего пасынка от силы лет на пять или шесть. Да и деньгами обоих заботливый папочка оделял в равной степени. Так что грызться этим двоим было практически не из-за чего. А будучи людьми явно незлобивыми, они и не грызлись.
– Так ты сюда не заниматься приехал? – откинув влажные после душа и занятий спортом волосы, весело поинтересовалась Марина у пасынка. – А чего тогда? И кто это с тобой? Твои друзья? Познакомишь нас?
Марина умудрялась выпаливать по сто слов в минуту. Подруги даже не успевали следить за ее речью. К тому же Марина постоянно находилась в движении. То рылась в своей спортивной сумке, то вертелась перед зеркалом, то просто переминалась с ноги на ногу. Энергия в ней так и кипела, создавая впечатление некоторой нервозности и суетливости.
Но почему нервничала Марина? Что ее беспокоило?
Артем представил своих знакомых мачехе, а потом сказал:
– Знаешь, они хотят задать тебе несколько вопросов по поводу папашкиной машины.
Марина на мгновение замерла в напряжении, что не укрылось от глаз сыщиц. А потом ее пальцы начали еще быстрей и судорожней перебирать мягкую ткань ее сумки. И это тоже не укрылось от зорких взглядов девушек. Похоже, Марина что-то знала по поводу пропажи машины своего мужа. И это что-то очень сильно ее беспокоило.
Но вслух она лишь весело воскликнула, адресуясь к Артему:
