— Ну да. А я все же терпеть не могу фанатиков. — Она передернула плечами, как будто хотела стряхнуть неприятное чувство — так отряхивается мокрая собака. — Впрочем, ладно. Значит, лорды-заседатели. Они знают друг друга?
И снова она попала в яблочко. Хью не мог не восхищаться ее профессиональной сообразительностью. Она оказалась превосходным партнером в деле планирования преступления.
— Да, они регулярно встречаются в Адмиралтействе.
— И там твой предатель крадет секреты на продажу?
— Он определенно не мой предатель, но да.
Меггс прищурилась и на некоторое время погрузилась в свои мысли.
— Получается мудрено. Ты ведь хочешь очистить карманы всех. Пару-тройку франтов грабят каждый день, и это всего лишь их невезение. Но когда эти соберутся вместе, они узнают, что их всех обнесли. И все насторожатся. Надо подумать. Мы должны обставить все дело так, чтобы никто не связал потерю кошелька с Адмиралтейством. Дождемся, когда они выйдут, и приступим к делу на Чаринг-Кросс. Придется последить — за одним или двумя сразу, если разделимся. Не бойся, Тимми знает дело. Он умеет все, что нужно, и справится один, хотя мы лучше работаем вместе.
В этот момент в ее животе заурчало так громко, что даже Хью услышал. Ее надо покормить.
— Предоставь это мне. А сейчас спустись в кухню, позавтракай и начинай работать по дому. Делай все, что можешь, но так, чтобы не пострадала рука — легкую уборку, готовку и все такое.
Меггс окинула капитана долгим изучающим взглядом.
— Готовка? Не боишься, что я тебя отравлю?
— И убьешь курицу, несущую золотые яйца? Нет. И кроме того, ты и сама будешь есть все, что приготовишь, — сидеть за столом и есть вместе со мной, да и мальчик, кстати, тоже.
— Там? — Она махнула рукой в сторону столовой, в центре которой стоял большой пустой обеденный стол. — За этим столом? Вместе с тобой? Под всеми этими сверкающими штуковинами? Ни за что на свете.
Значит, девчонка обошла дом. Конечно, она же профессионал.
— Да, возможно, за этим самым столом и под этой люстрой.
— Никогда!
— Будешь, Меггс, будешь.
Вернувшись в благословенное надежное тепло кухни, Меггс с изумлением увидела, что Тимми с аппетитом ест, а его кормит высокая и очень серьезная женщина с серыми, словно небо, волосами и руками как у мясника.
— Откуда ты взялась?
Женщина выпрямилась и критически оглядела Меггс с ног до головы.
— А вот и девочка появилась. — Она уперла руки в бока, окинула Меггс еще одним задумчивым взглядом, после чего удовлетворенно кивнула. — Уверена, что мы поладим, но ты должна с самого начала запомнить два правила. Первое — не болтай. Второе — делай то, что тебе скажут и когда скажут. Тогда у нас не будет никаких проблем. Да, я — миссис Таппер, домоправительница капитана. Я же буду учить тебя, как вести хозяйство. Начни с того, что съешь кашу, а потом отнеси поднос с кофе наверх. Капитан любит кофе крепкий и горячий.
— А ты была здесь и раньше? До вчерашнего дня?
— Конечно. Садись, дорогая. — Она поставила на стол еще одну миску с горячей кашей. — Садись и ешь, пока каша не остыла. Где же мне быть, если не здесь? Мы — Таппер, мой муж, и я — знаем капитана с тех пор, как он был юнгой на «Решительном». С той поры прошло уже много лет. Господи, как быстро летит время! Да. Тиме, ты поел? Тогда оставь свою миску в буфетной, а потом для тебя будет задание — отнести горячую воду наверх. Только будь осторожен с ведром. Вот так. Ничто так не наращивает мускулы, как ношение ведер. Вот увидишь, ты скоро станешь сильным, как канонир на корабле.
Миссис Таппер отвернулась к плите.
— Бьюсь об заклад, капитан захочет яйца и тосты на завтрак. Хорошо приготовленные. — Она взмахнула тяжеленной сковородой легко, словно та ничего не весила. — Скажи, девочка, ты когда-нибудь занималась домашней работой?
— Нет.
— Убирала? Мыла посуду?
Каша была сладкой и горячей. Меггс ощутила восхитительную сытость.
— Нет.
— Ну ничего, дорогая, научишься.
И она действительно научилась, таскаясь, словно якорь, за кормой миссис Таппер. Только за одно утро Меггс узнала, где находится серебро и скатерти, как правильно накрывать на стол. Как подавать кофе. Как вытирать пыль, не переставляя вещи. Как застилать кровать. Как разливать суп.
Справедливости ради следует отметить, что она уже и так знала, где в этом доме находится серебро. Но все остальное было для нее новым и неизвестным, как фарватер Вест-Индских островов.
Меггс узнала, как можно отчистить сковороду, используя только левую руку — миссис Таппер постоянно напоминала, что она должна беречь правую.
— Не забывай об этом, девочка, иначе капитан нам обеим открутит головы.
Но Меггс не только училась — попутно она разузнала очень много полезной для себя информации. За один только день, в течение которого она уносила и приносила, наливала и выливала, она выяснила, что проворная и крепкая миссис Таппер большую часть своей жизни была женой моряка и постоянно жила на корабле вместе с мужем до тех пор, пока он не получил тяжелое ранение в сражении под Тулоном. Она также узнала, что капитан Макалден, тогда простой лейтенант, и его друзья повели себя как настоящие герои и спасли ее супругу жизнь. По глубокому убеждению миссис Таппер, капитан был достоин только всего самого лучшего. По его просьбе она приехала из самого Дартмута, чтобы заняться его домашним хозяйством.
И она вовсе не собиралась терпеть всякую чепуху вроде вопросов о пальмах и сражениях. Меггс весь день надеялась ее отвлечь, но тщетно, и к концу дня она почувствовала себя выжатой, как старая тряпка для мытья посуды.
Ей казалось, что каждая новая трапеза начинается, как только вымыта, вытерта и убрана последняя тарелка предыдущей. Миссис Таппер была очень требовательной и не шла на компромиссы, как и старуха Нэн, но Меггс это нравилось. Как и к старухе Нэн, к этой женщине надо было приспособиться. Она проявляла строгость и несговорчивость, зато не была ни жадной, ни жестокой. Она ни разу не дала ей затрещину, несмотря на многочисленные ошибки, а когда Меггс удавалось сделать что-то правильно, миссис Таппер искренне гордилась успехами своей ученицы. В общем, все, как у старухи Нэн.
Вот только миссис Таппер кормила ее лучше. Несравненно лучше. Всякий раз, когда Меггс останавливалась, чтобы передохнуть, рядом с ней оказывался кусок хлеба с маслом или сыром или кофе с молоком.
Господь свидетель, она уже так давно не видела такого молока — свежего, жирного, густого. С тех самых пор, как… как стала тем, что она есть сейчас. И узнала, что в мире, оказывается, очень много забот. Но она собиралась вернуться к той, почти уже забытой жизни, к себе прежней. Она непременно сделает это для себя и для Тимми. Поэтому она здесь и трудится в поте лица. Она непременно получит эти деньги, и они с Тимми уедут из Лондона, оставив эту жизнь позади, словно страшный сон.
