— Распутина, не отставай! — оборачиваясь, бросил бригадир и его три глаза внимательно обшарили Маргину. Она не подала виду, что о чём-то подозревает, и равнодушно опустила глаза. Стоили им пройти ещё немного, как Маргина снова забеспокоилась, – они шли не в свой забой.
— Куда мы идём? — не утерпела она и услышала ожидаемый ответ: — Распутина, не лезь не в своё дело, иначе получишь по рогам.
Замечание Биг-Мухора бригада встретила дружным хохотом, а Тёмный, казалось, смеялся громче всех. «Козлы!» — мысленно обозвала всех Маргина. В бригаде её за женщину не считали, так как в ответ на всякое посягательство на её честь, она била смертельным боем и, даже, бригадир, после неудачной попытки, оставил её в покое. Конечно, ей хотелось хоть чуть-чуть испытать любви, или иметь, хотя бы, малейшую симпатию к кому-либо и тогда она могла создать иллюзию и заняться с ним любовью. Но окружающее мужское население не вызывало в ней нежных чувств и не способствовало её надеждам.
Биг-Мухор остановился возле развилки ходов и перед ним возник виртуальный экран с планом туннелей Дальнего Рубежа. Исследовав его, бригадир решительно нырнул в левый ход. «Откуда у него кап?» — размышляла Маргина, так как заключённым запрещалось связываться с внешним миром. «Они хотят удрать с рудника», — догадалась Маргина, только оставался вопрос, что они будут делать дальше, после того, как окажутся на свободе.
До мест, где обитаю аборигены, шагать и шагать, а в горах их могут растерзать рыскающие там акалы, о которых на руднике рассказывали ужасные вещи. Маргина не всему верила, но встречаться с хищниками совсем не желала.
Между тем они оказались в тупике. Биг-Мухор вытащил из кармана спецовки прямоугольник, и Маргина поняла, что это взрывчатка. Засунув в него детонатор, бригадир раздавил на нем капсулу и быстро завернул за угол, где ожидали остальные.
Через полминуты раздался взрыв, и весь туннель наполнился пылью и запахом гари. Биг-Мухор, не дожидаясь, пока пыль осядет, двинулся вперёд, а за ним потянулись остальные. Светлое пятно впереди, приближаясь с каждым шагом, назойливо напоминало о свободе.
Маргину ошарашило обилие света и сочный, зелёный цвет травы, а журчащая рядом вода возбудила в душе такое желание помыться, что она тут же, прямо в одежде, погрузилась в горную речку. Ледяная вода обожгла всё тело, но Маргина не покинула речку, а стала снимать с себя мокрый комбинезон, чтобы насладиться водой в полной мере.
Покинув тележку с кейсами и ящиком, Ваня и Петя последовали за Маргиной, но сразу выскочили из воды, завистливо глядя на белое тело Маргины. Взорванная дыра в горе ещё дымила пылью, напоминая о пройдённом пути, но в этом зелёном изобилии не верилось, что есть какие-то рудники и подневольные люди, ковыряющиеся в породе.
Три глаза Биг-Мухора устремились на тело Маргины, а его рот, окружённый щупальцами, кривился от возбуждения. Он сделал в направлении её несколько шагов, но Маргина, выжимая комбинезон, решительно предупредила:
— Биг-Мухор, не испытывай судьбу!
Она дала маху, что разделась при всех, могла бы подождать и помыться в сторонке.
«Какого чёрта!» — возмутилась Маргина и демонстративно повернулась к бригадиру. Тот остановился, потом повернулся и пошёл к тележке. «Вот и молодец!» — похвалила Маргина бригадира, но сразу поняла, что поспешила – открыв кейс, Биг-Мухор вытащил оттуда автомат. Передёрнув затвор, он направил его на Маргину и приказал:
— Легла и расставила ноги, — Ваня и Петя засветились похабными улыбками, а бригадир добавил:
— Пока всех не обслужишь.
Контингент одобрительно загудел. Маргине не хотелось мучительно умирать, а потом снова воскресать. Она посмотрела на Тёмного, ища в его глазах поддержку, но увидела там только похоть.
«Твари!» — взвилась она и полоснула в Биг-Мухора огнём. Тот, не ожидая от неё такого, завизжал, как испуганный заяц, потеряв автомат и отскочив в сторону. У Тёмного полезли глаза на лоб, а Маргина сообщила:
— Я сама по себе, — и пошла через речку, перепрыгивая по камням. Все застыли на месте, не пытаясь испытывать судьбу, как Биг-Мухор.
А Маргина с удивлением смотрела на свои руки. «Почему я владею магией?» — задалась она вопросом. На Дакорш, насколько она знала, станции репликации не существовало, так как она находилась на орбите планеты. «Почему же я владею магией?» — снова спросила она себя и, для проверки, пустила огненный шар назад, в зеленеющий куст. Тот вспыхнул, а из-за него выскочил Тёмный и виновато сообщил: — Маргина, я с тобой.
Маргина не стала его прогонять, а только спросила:
— Куда собрался идти Биг-Мухор?
— Он должен напасть на рудник дриддо.
— Должен? — удивилась Маргина, но расспрашивать не стала – не её дело. Только куда идти ей самой, вот вопрос?
***
Под утро, когда лагерь ещё спал, прилетел крылатый зверь зелёного окраса, который, к тому же, изредка дышал огнём. Сожрав всё живое в окрестностях реки, бывший маленький летающий дракон поднялся в воздух и, подчиняясь неведомому зову, прилетел к Мануок. Он приземлился прямо перед ним и произнёс, брызгая из пасти горящими кластерами.
— Я подчиняюсь тебе герцог Мануок!
Мануок кивнул головой, рассматривая необычного зверя величиной с огромную лошадь. Сообщив о себе, зверь спросил:
— Может, полетаем?
Мануок чувствовал, что зверь предложил прокатиться не из вежливости, а считая, что Мануок сделает ему одолжение и осчастливит его спину своим присутствием. Он не хотел обижать зверя, к тому же, все ещё спали, поэтому забрался на хищника и оседлал его, вцепившись в жёсткий гребешок на шее.
Зверь легко подпрыгнул на лапах и взмахнул крыльями. Палатка Мануок чуть не сорвалась с места, повалившись в противоположную сторону от полёта. Мощные взмахи кожаных крыльев живо поднимали зверя вверх, открывая взору Мануок величественную панораму гор.
— Туда! — сказал Мануок, протянув руку в направлении цирка Рибо. Покорность зверя воодушевила его, и он с гордостью почувствовал свою силу, распирающую его изнутри. Две высокие горы по бокам, стоящие, как стражи у ворот его бывших владений, цирка Рибо, как будто склонили свои вершины, приветствуя вернувшегося властелина.
«Всё здесь моё!» — закричал Мануок и луна, отражаясь от гор, долго повторяла последнее слово. Пылающее в небе звёздное скопление Псов, озаряло лицо Мануок красным цветом, на котором темным пятном выделялся рисунок комара.
Прочь отлетели сомнения и голова вербализовала смутные предчувствия в простое и ясное слово – «моё». Слово, с помощью которого можно строить отношения с другими. Всё, что «моё», принадлежит мне, а стоит только захотеть, так «всё» сразу же станет «моим». Так думал Мануок и мысли, сформулированные внутри, добавили ему уверенности в правильности выбранного пути.
