было метров триста, так и не прекращался.
Федор перелез через очередной ряд виноградника и остановился. За ним замерли и бойцы. Командир взвода поднял руку, требуя внимания. Потом он снял кепку и протер рукавом голову, мокрую от пота.
Бойцы безотрывно смотрели на него.
– Назад за душманской одеждой вернитесь, – сказал старший лейтенант и постучал пальцем себя по голове.
– Ясно! – Тохир кивнул и спросил: – Вам тоже принести?
Федор согласно качнул головой, приложил ладонь к губам, обернулся назад и крикнул как сапсан:
– Кьяк, кьяк, кьяк. Через пару секунд он несколько раз повторил его и добавил: – Ии-чип, ии-чип, ии-чип.
Тохира с Кофуром долго ждать не пришлось. Они быстро принесли одежду, снятую с убитых душманов.
Федор не стал надевать чалму, откинул ее в сторону, натянул на себя только халат. Так же сделали и Мансуров с Ниязовым.
Преодолев пятнадцатый ряд виноградника, они услышали оклик.
Тохир ответил и показал Федору пять пальцев. Кофур что-то стал отвечать афганцу, спрашивающему его о чем-то.
Москалев сжал губы, покачал головой и приподнял руку, призывая солдат не торопиться. Потом он шепотом спросил солдат, где расположены душманы.
Мансуров чуть поднял указательный палец и большим пальцем другой руки ткнул пять раз в ладонь, рядом с ним. Мол, все душманы находятся у пулемета. Те как раз громко окликнули их. Они считали бойцов своими и звали к себе.
Тохир что-то крикнул им в ответ и выставил вперед автомат. Федор показал солдатам, что нужно еще немного проползти вперед, потом высунуться из виноградника и открыть прицельный огонь по противнику.
Бойцы кивнули. Дескать, мы все поняли.
Так они и поступили. Три автомата ударили одновременно, едва ли не в упор.
Старший лейтенант и два солдата подскочили к «ДШК», установленному на высоких ножках. Рядом с ним лежали только четыре убитых моджахеда. Пятый куда-то подевался.
Кофур что-то услышал, легонько толкнул Федора в плечо и показал прямо от себя.
– Стонет кто-то метрах в пяти от нас, в винограднике, – прошептал боец. – Ранен он. Вроде бы так получается.
Москалев приложил палец к губам и показал рукой, чтобы солдаты не добивали раненого душмана. Он хотел взять языка.
Ниязов с ним не согласился, показал на курок своего автомата.
Старший лейтенант хотел было возмутиться по этому поводу, но сдержался. Он понимал, что солдат был прав. Этот раненый душман вполне мог открыть по ним огонь.
Москалев двинулся вперед, но тут же упал и вжался в землю. Длинная очередь из автомата прошла над ним и срезала несколько веток винограда.
Тохир с Кофуром открыли ответный огонь по тому месту, откуда по ним только что стреляли. Потом они приподнялись и бросились вперед.
Да, Кофур был прав. На войне тоже нужно думать, прежде чем бросаться с головой в огонь.
Душман был убит.
Федор осмотрелся и резко поднял руку, требуя от бойцов внимания. Причину этого они сразу же поняли. Там, откуда они пришли, теперь раздавались выстрелы. Это говорило о том, что и остальные разведчики вступили в бой.
Москалеву сложно было определить, на какой фланг выдвигаться. Влево, в сторону разбитого вертолета, или вправо, за бугор, под которым, скорее всего, сейчас и находилась его группа.
– Товарищ старший лейтенант, вон там, в полукилометре отсюда, есть развалины домов, – сказал Кофур.
– Заросли в тех местах помню, но построек в них не видел.
– Мы в прошлом году в том районе воевали, до вас еще. Там было несколько разваленных домов. Духи обстреляли нашу колонну. Мы тогда выходили из Чарикара, была зима, виноградник без листьев, все поле хорошо просматривалось. Душманы исчезли за бугром. Мы пошли за ними на БМП, не нашли их. Когда приблизились к развалинам, они по нам открыли огонь оттуда.
– Кяризы нашли?
– Не помню. Наш взвод брал те развалины с тыла. Здесь тогда работала рота из первого батальона.
– Понятно. Так, душманскую одежду оставляем на себе, идем вправо, там, через кустарник, попробуем выйти за бугор. Короче, на месте разберемся.
Как и думал Москалев, его группа окопалась у бугра и вела стрельбу по зарослям, по которым совсем недавно сама же пробиралась сюда.
– Похоже, здесь собрались крупные силы душманов, – сказал Москалев.
– Что нам делать? Идти к своим? – спросил Мансуров.
– Это глупо, – заявил старший лейтенант. – Мы же душманы, так что нам нужно перебираться именно к ним.
– Да как так? – не понял Мансуров.
– Тихо! – Москалев приложил указательный палец к губам и приказал: – Наблюдайте, откуда духи лупят по нашим!
– Товарищ старший лейтенант, скорее всего, они перебегают с места на место.
– Есть идея, Мансуров. Ставь свой автомат на предохранитель.
– Зачем? – спросил Тохир.
– Ниязов, и ты тоже.
– Слушаюсь!
Солдаты с удивлением смотрели на офицера.
– Риск, ребята, благородное дело. Вы сейчас выбежите из виноградника и сделаете вид, что хотите стрелять по русским. Но у вас, оказывается, закончились патроны. Поэтому вы резво прыгаете назад, ко мне.
– Опа! А если наши по нам саданут?
– Не успеют. Главное, чтобы вас увидели душманы.
– А зачем? – не понял Ниязов.
– Не гони дуру! – заявил Москалев и строго посмотрел на Кофура. – Надо, чтобы духи поняли, что их бойцы находятся в винограднике. Но они остались без патронов, поэтому не могут уничтожить русских. Значит, нужно выдвинуться к ним и атаковать неверных с тыла.
– Так просто, – проговорил Ниязов.
– На войне по-всякому бывает. Если я выскочу…
– Все понятно, товарищ старший лейтенант. Вы хоть как одевайтесь, а афганцев не обманете, не убедите в том, что вы их воин.
– Готовьтесь. Как только душманы прекратят вести стрельбу, наши откроют по ним ответный огонь. Считайте до семи, только после этого вылезайте и делайте так, как я вам сказал.
Тохир с Кофуром так и поступили. Все прошло спокойно. Парни даже переиграли, чуть задержались на виду у настоящих духов, да и своих товарищей-разведчиков.
«Сколько ни учи их!..» – Москалев тихо выругался и тут же с облегчением вздохнул.
Он надеялся, что его задумка пройдет успешно, и чуть позже понял, что не ошибся. Четыре душмана под прикрытием огня своих товарищей, оставшихся в зарослях, ползком перебирались к ним.
– Позови их сюда, – ткнув Мансурова в локоть, сказал Москалев.
Солдат выполнил распоряжение командира взвода, и душманы быстро поползли прямо к ним.
– Только через глушители! – накручивая на ствол трубку, сказал Федор своим солдатам. – Бьем, когда близко подползут.
Они сработали так тихо, что даже свои не обратили внимания на четыре щелчка, которые издали автоматы с глушителями.
А моджахеды, стрелявшие по ним, тоже поступили не лучше. Они не дождались, когда их товарищи с тыла откроют огонь
