Его напарнику везло меньше. Его противник сообразил не снимать с плеча оружие, а просто встретить нападающего ударом. С разбитым в кровь лицом подросток отлетел в сторону. А часовой уже вскидывал автоматическую винтовку…
Джереми выскользнул из темноты и не целясь, от пояса, выстрелил из пистолета. В ночной тишине не помог даже глушитель, выстрелы прокатились двумя отчетливыми хлопками. Джереми поморщился и взмахнул рукой – вокруг замелькали, разбегаясь к домам, тени.
Подойдя к часовому, помощник Элдхауза выстрелил еще раз. Потом, повернувшись к неудачливому дракону, разрядил обойму до конца. Взглянул на Немого и снизошел до объяснений:
– Приказ Элдхауза. Такие нам не нужны, верно, Немой?
Немой посмотрел на лежащего подростка. Тот казался скорее спящим, чем мертвым. И вдруг глухо, отрывисто произнес:
– Я… не Немой… Я – драко… – Спазм сжал ему горло, и мальчишка не договорил. Прижал ладони к шее, тихо прошептал: – Я дракон…
Джереми словно и не удивился. Качнул головой.
– Молодец, Дра-ко… – передразнивая бывшего Немого, произнес он. – Пошли!
Они вбежали в ближайший дом. Двери оказались распахнуты, а в первой же комнате они наткнулись на Рокуэлла и светловолосого. Те молча смотрели на раскрытую постель, в которой, кутаясь в одеяло, ежилась от их взглядов молодая женщина. Свет мощной аккумуляторной лампы, стоящей на столе, отражался в ее огромных от испуга глазах.
Джереми крепко взял Рокуэлла за плечи:
– Марш!
Следом вылетел светловолосый. Немой вышел сам. Джереми хотел было его подтолкнуть, но поймал спокойный, холодный взгляд и убрал руку.
Дверь он закрывать не стал…
Во второй комнате было две кровати. Одна заправлена, другая смята и пуста. У стены, прикрываясь занавеской, отдернутой с окна, стояла девчонка – чуть старше их самих, лет четырнадцати-пятнадцати.
Ниоткуда не доносилось ни звука, лишь за дверью слышалась возня.
Драконы застали поселок врасплох.
Светловолосый посмотрел на девчонку, на Рокуэлла. Просяще сказал:
– Не надо…
Девчонка, не отрывая от них взгляда, переступила на полу босыми ногами. Из-под занавески мелькнула розовая пижамка с кружевной оборкой чуть ниже колен.
– Почему? Мне уже четырнадцать, и я чувствую в себе силы на этот подвиг! – Рокуэлл долго хохотал. И добавил: – Я думаю, что и у тебя получится. Да и Немой не подведет. Верно?
Немой кивнул. И спокойно вытащил девчонку из-за занавесок.
– Немой, опомнись! Она же ни при чем! – Светловолосый дернулся к Немому. Тот повернулся и тихо, выделяя каждое слово, сказал:
– Она – человек. Мы – драконы.
Рокуэлл и Светловолосый ошарашенно переглянулись.
Я послал Принца на разведку. А сам завалился в траву, наслаждаясь утренней тишиной. «Щенок» Майк еще спал. Да, недалеко бы он ушел один.
Висящий на ветке паук проснулся. Выпучил глаза, повращал ими. Вытянул длинные мохнатые ноги и скрылся в листве. Они очень умные, эти пауки. И ведь появились-то лет десять назад, а раньше этой гадости и в помине не было. А тогда – как наводнение. Рыжие, бурые, черные, даже белые – альбиносы – попадались. Большие, маленькие, гладкие, словно облитые лаком, и заросшие короткой щетинкой, чем-то похожей на шерсть. В лесах началась паника. Прошел слух, что пауки ядовиты и пьют кровь. Говорили даже, что их взгляд завораживает, гипнотизирует. Вот ведь до чего доходило. Я одним из первых разобрался, в чем дело. Поймал в лесу монаха, кажется, из Ордена Братьев Господних, посадил его в яму, где уже неделю бегал паук. Там все стенки были белыми от паутины. Монах тоже стал белым, он поседел за одну ночь. Но я убедился, что пауки сами боятся людей как огня.
В моей голове взорвалась водородная бомба. Это Принц выходил на связь. Когда он очень возбужден, то плохо соизмеряет силу передачи.
Я принял его картинки (словами Принц говорил медленно) и вскочил.
Хотел было пнуть Майка, но передумал. Потряс за плечо.
– Эй, щенок! Майк! Вставай!
Он раскрыл глаза мгновенно, словно и не спал. А ведь действительно из него может выйти толк!
4. Связанные кровью
Они остались в разграбленном лагере. Здесь были настоящие дома, а морозы все крепчали. И хотя из драконов лишь двое были легко ранены (про убитого Джереми паренька старались не вспоминать), блуждать по лесам не стоило.
Рокуэлл, Светловолосый и Драго (так, незаметно огрубившись, звучала теперь его кличка) поселились в одной комнате. Странно, что связывало эту троицу? Если Рокуэлл и Драго дружили еще со времен Последнего Дня, то Светловолосый… Казалось, что он ненавидит своих соседей по комнате. Но именно Светловолосый попросил поселить их вместе.
Рокуэлл сидел в кресле. Лениво, ни к кому не обращаясь, он говорил:
– Вот когда-то здесь был кемпинг… Потом поселились ротозеи. Теперь мы, драконы. А после нас…
– После нас никого не будет. Когда мы уйдем, мы сожжем лагерь, – медленно сказал Драго.
* * *
Их было шестеро. Видимо, из какого-то поселения. Шестеро и два дробовика. Чушь. Я кивнул Майку – оставайся на месте – и вышел из-за деревьев.
Увидев меня, они остолбенели. Бородатый, заросший волосами, как паук щетиной, здоровяк, который мешал в котелке варево, так и замер с ложкой в вытянутой руке. Я шел неторопливо – драконам ни к чему спешить. Они сгрудились по другую сторону костра, пригибая головы по мере того, как я подходил. Не останавливаясь, я прошел сквозь огонь. Это эффектно, хотя если разобраться… Толстые ботинки, заправленные в них джинсы – я не успевал даже почувствовать тепла.
– Счастливой охоты, Великий Дракон!
Они тянули приветствие нестройными дрожащими голосами. Лишь у одного голос не дрожал. Я поймал его взгляд, полный ненависти. Хорошо, запомним…
– Кто такие?
Я пнул одного из них, тот сразу вскочил и затараторил:
– Великий Дракон, мы бедные путники, мы идем в монастырь Истинно Верующих, что на Серых Холмах, мы…
– Монахи?
– Нет, Великий Дракон! Мы больные, жаждем исцеления.
Меня разбирал смех. Все они назывались больными, попав в лапы к дракону.
– Оружие!
Я неторопливо согнул стволы их ружей о колено.
– Теперь убирайтесь!
Они переглянулись, еще не веря своей удаче. Тот, который смотрел с ненавистью, опять поднял глаза:
– А вещи?
Нахал. Я лениво, с оттяжкой, съездил ему по морде. И добавил:
– Забирайте!
Прошла секунда, и они исчезли с поляны. Лишь костер горел.
Я негромко позвал:
– Принц! Майк!
Они вышли из зарослей, подошли к костру. Я кивнул Принцу и сказал:
– Тот, наглый, который получил по роже. Понял?
Принц мотнул головой и мягкими неслышными прыжками умчался в лес.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
