хотят нормальных занятий или хотя бы практики с куратором. Андрей на все вопросы невозмутимо отвечал, что профессора – тоже люди, и они хотят отдохнуть. Второму курсу он посоветовал привыкать действовать самостоятельно и уверил, что вся их практика у него под контролем. От предложения брать с собой Караиля девчонки хором отказались. Эльф радостно болтал, как ещё он может облагородить территорию. Подметень летал за Андреем не только по учебному корпусу, но и по двору и даже по нашему общежитию, если куратор туда заходил. А заходил Андрей по нескольку раз в день и внимательно оглядывал стены коридора.
Сегодня он вообще вломился к нам в комнату после короткого стука, не дожидаясь ответа. Я сидела на кровати и листала прихваченную из дома тетрадь с заговорами. Хорошо хоть Влада и Ника читают в библиотеке что-то из длиннющего списка рекомендованной Андреем литературы. Влада сейчас точно начала бы бурно возмущаться.
– Пойдём, сегодня занимаемся во дворе. Костёр я уже развёл, будешь работать с огнём. Если войдёшь в контакт со стихией, сможешь в нужный момент призвать огонь и высечь его из пальцев. Только смотри, просто так, для всякой ерунды огонь не призывают. При тренировках обязательно будешь объяснять стихии огня, зачем ты это делаешь.
Говоря это, Андрей внимательно разглядывал стены, пол и потолок в нашей комнате.
– Не знаю, что вы ищете, но у нас вроде нет ничего запретного, и мы не проводим в комнате никаких ритуалов, – не удержалась я.
– Вижу, – он задумчиво кивнул. – Зато в туалете или в душе кто-то каждый день творит серьёзную магию. Знаю, что не ты, твои следы я бы тут же определил. Второй курс точно ни при чем, их следы я тоже хорошо знаю. Остаются твои соседки. Так что у меня есть три вопроса – кто это делает, что именно она делает, и, главное, – зачем?
Я пожала плечами. Никаких следов магии я не чувствовала, я же не боевой маг. Девчонки ни на что серьёзное не способны, у них не хватило бы ни сил, ни знаний.
– Может, домовые или какие-то призраки? – предположила я. – Духовой ведь нет, за ними никто не следит.
– Я слежу, – отрезал Андрей. – Это магия не домовых, а привидения вообще ею не владеют, кроме зеркальных призраков. Но у них договор с Духовой: они поклялись, что не будут появляться в зеркалах вашего общежития. Надо будет на всякий случай поинтересоваться подробностями договора, – он поморщился. – Но по-любому кто-то из адепток обращается к некой силе, и эта сила растёт. Сейчас она безвредна, но не факт, что такой и останется. Можешь поверить, я видел много обращений самоуверенных магов к силам, с которыми они потом не могли справиться. Если кто-то из твоих сокурсниц развлекается подобным образом, это может быть опасно. Так что хорошо подумай, возможно, ты всё же знаешь, что происходит?
– Не знаю, – я поднялась с кровати. – Я не видела, чтобы кто-то совершал серьезные обряды и призывал какие-то силы в туалете, и сомневаюсь, что это можно тайно сделать в общежитии. Андрей, может, вы просто привыкаете к тому, что у вас снова есть магия? Ну, может, это не совсем то, что вам кажется?
– Я не потерял чутьё боевого мага, если ты об этом, – в его голосе прозвучало лёгкое раздражение. – Сговорились вы с Караилем, что ли? Он только что говорил примерно то же самое. Но здесь точно что-то происходит. Не понимаю только, почему эльф не чувствует эти следы.
– Андрей, вы говорили, что у вас выгорели эмоции, – заговорила я уже в коридоре. – Это такое образное выражение, или они действительно могут магически выгореть? Ну, просто непохоже, что у вас их совсем нет.
– Вопрос бестактный, – ровным голосом сказал Андрей. – Но я всё же отвечу. Эмоции магически выгорели во время той самой дуэли. Чтобы выжить и победить, мне нужно было пожертвовать чем-то серьёзным, важным для человека. Я выбрал эмоции. Первыми горят самые светлые, так что позитивные и радостные чувства для меня теперь закрыты. Последними исчезают боль, раздражение, злость. Возможно, они сгорели не полностью, и сейчас пробуждаются под влиянием моей магии. Ещё вопросы есть?
– Есть. Можно ли восстановить выгоревшие эмоции?
Андрей остановился в холле общежития и резко развернул меня за плечи к себе.
– Займись своими делами, – жёстко сказал он, глядя мне в глаза. – И оставь в покое старые истории и ситуации, которые тебя не касаются. Я сам разберусь со своими проблемами, мне не нужна помощь адептки, и я не ищу сочувствия. Пока всё понятно?
– А у вас всё же есть эмоции, – я нервно улыбнулась. – Да, всё понятно. Я почитаю в библиотеке о выгоревших эмоциях, если вы не хотите говорить на эту тему.
– Щепочкина, ты вообще меня слышишь? – голос куратора прозвучал устало. – Тебе нечем заняться?
– Есть чем, – жизнерадостно ответила я. – Просто здесь не хватает романтики.
И тут же поняла, что сказала, и как именно это прозвучало для куратора. А ведь я была бы совсем не против сходить с ним на свидание, пусть даже совсем невинное, как в день моего побега. Ну, тогда было не совсем свидание, конечно, но мне действительно хотелось бы провести с Андреем время где-то за стенами Академии. Но не могу же я ему так сказать! Да я и сама только сейчас это осознала. Как говорит Влада, кажется, кто-то влюбился. Причём пока что безответно.
– Понимаю, что не хватает, – сдержанно согласился Андрей. – Но романтик в Академии только один, и это Караиль. Я – приземленный, скучный циник. Кстати, это не только моё мнение, так же говорила моя жена, а она достаточно хорошо меня знает.
Угу, так говорила твоя бывшая жена. Быв-ша-я. Ладно, оставим пока эту тему в покое, сейчас ни до чего хорошего не договоримся, Андрей только разозлится. Надо будет обязательно почитать в библиотеке об этих самых выгоревших эмоциях. Если возвращается раздражение, то, может, получится как-то разбудить в Андрее и более светлые чувства?
Я плелась по двору Академии к слабо потрескивающему около преподавательского корпуса костру. У забора Влада и Ника со скучающим видом повторяли за эльфом заклинание для быстрого роста цветов. Клумбы уже зазеленели, и Караиль с нетерпением ждал появления первых бутонов.
Андрей гонял меня вокруг костра до темноты. Уже эльф отпустил девчонок и величественно удалился отдыхать, уже на небо выплыла огромная полная луна, а я всё повторяла и повторяла обращения к огню – то в виде заклинаний, то своими словами.
– Мне кажется, это бессмысленно, – наконец не выдержала я. – Я
