Кора царапала ее щеку, а грудь расплющилась.
— Отпусти меня, — выдохнула Ниема. — Ты меня раздавил.
Он чуть-чуть подался назад, и она облегченно перевела дух. Они стояли за деревом, пока машина не отъехала на достаточное расстояние, затем Джон отпустил ее. Ниема с трудом отлепилась от ствола.
— Если они наши, то почему мы от них прячемся? Джон снова побежал по дорожке, и она присоединилась к нему.
— Во-первых, потому, что я не уверен, что они наши. Во-вторых, я не хочу, чтобы они меня заметили, а тем более вместе с тобой.
— Хороши охраннички, — проворчала Ниема. — Позволили тебе два раза подряд пролезть ко мне в дом.
— Их не было рядом, когда я приехал. Наверное, они ехали по другой улице.
— Почему бы тебе просто не попросить мистера Винея снять наблюдение за моим домом? Так было бы проще всего. Тогда при виде автомобиля мы бы точно знали, что он не из агентства.
— Именно это я и собирался сделать.
Автомобиль обогнул квартал и теперь подъезжал с противоположной стороны.
— Притворись, что гонишься за мной. Посмотрим, пристрелят ли они тебя, — выпалила Ниема и бросилась вперед: она знала, что автомобиль еще далеко и его фары не выхватят ее из темноты. Услышав за спиной проклятия Медины, она чуть не расхохоталась. Но тут он обрушился на нее сзади всей тяжестью и, обхватив руками, повалил на землю. Они упали на мягкую траву на обочине дороги. Ниема лежала на животе, а Медина навалился на нее сверху. В предрассветных сумерках их вряд ли кто увидит.
Джон крепко держал ее, а она брыкалась и сдавленно хихикала, пока машина не проехала мимо.
— Ах ты, чертовка! — беззвучно выдохнул он, давясь от смеха. — Ты что, смерти моей хочешь?
— Нет, просто решила с тобой поиграть.
— Тоже мне игрушки! — прорычал он, вставая на ноги и помогая ей подняться. — А что, если бы нас кто-нибудь увидел в окно и вызвал полицию?
— Мы бы успели скрыться. А если нет, я бы объяснила им, что споткнулась, а ты попытался меня поддержать. Нет проблем!
— Я вижу, тебе весело, — проворчал Джон.
Ниема с удивлением обнаружила, что и вправду веселится от души. Впервые за последние несколько лет она обрела цель, ей захотелось сделать что-то важное. Какой бы интересной ни была ее работа над подслушивающими устройствами и приборами скрытого наблюдения, она не приносила ей особой радости.
А теперь она снова ожила, словно проснувшись от долгой спячки. Все эти годы она прилежно бегала по утрам, но только вчера со всей полнотой ощутила, как работают ее мышцы, как наполняется бодростью каждая клеточка ее тела. Ей нравилось спорить с Мединой и состязаться с ним не только в остроумии, а еще и в силе. Она не считала себя фанаткой стрельбы, но ей также нравилось изучать различные типы оружия, держать в руке пистолет, определять свои возможности и стремиться их расширить. Ей хотелось узнать как можно больше, сделать как можно больше — и просто жить более насыщенной жизнью.
Вот в этом-то и кроется главная опасность работы в полевых условиях. Ниема уже познала ее соблазны, ее притягательность и теперь чувствовала пьянящее возбуждение. Она не знала, ненавидеть или благодарить Медину за то, что он вновь втянул ее в этот круговорот.
Неужели для покаяния недостаточно пяти лет бездействия? Смогут ли сотни таких лет искупить ее вину перед Далласом? Она вспомнила то время, когда они вот так же вместе бегали по утрам, потом вместе принимали душ, бросались на постель и любили друг друга.
Одобрил бы Даллас превращение, которое совершилось с ней за эти пять лет? Или же спокойная, размеренная жизнь без риска и приключений быстро наскучила бы ему? Ниема прекрасно знала ответ, и это ее пугало. Далласу нравилось рисковать: в отличие от многих он обожал опасность и вызов. Именно поэтому и решил окончить курсы «BUD/S», а затем стал контрактным агентом. Их притягивало друг к другу именно сознание того, что они похожи.
Вот и Медина принадлежит к тому же самому типу людей. В голове ее раздался сигнал тревоги. Одно дело снова вернуться в полный опасностей мир шпионажа и разведки и совсем другое — позволить себе питать нежные чувства к человеку из этой среды.
Надо постараться держать себя в руках: ее эмоции вполне могут выйти из-под контроля в стрессовой ситуации. А Медина — мужчина более чем привлекательный. Если бы он дал себе волю, то стал бы покорителем сердец. С ней он держится свободно и непринужденно, но ни разу не ослабил самоконтроль. Она ничего не знает о его личной жизни.
Во время тренировок она уже заметила первые признаки влечения. Только слепая не оценит по достоинству мускулистое тело атлета, да еще когда это тело то и дело прижимается к ней в процессе выполнения упражнений. Может, именно поэтому она подзадоривала его броситься за ней вдогонку на глазах у наблюдателей из агентства? Знала, что он ее поймает? Ниема вдруг со всей отчетливостью осознала, что флиртовала с ним. Этого еще не хватало! На будущее следует вести себя осторожнее.
Будущее? Какое у них может быть будущее? Эта работа не более чем эпизод в ее судьбе, а затем она вернется к привычному образу жизни, а он снова исчезнет. — Не пора нам возвращаться?
Она взглянула на наручные часы со светящимся циферблатом. Оказывается, они бегают почти час. К счастью, они бежали не по прямой, иначе им потребовался бы еще один час, чтобы вернуться домой. Но вместо этого они огибали кварталы и время от времени возвращались на главную улицу, так что теперь были всего в полумиле от дома. Светало, и сквозь серый туман все отчетливее проступали очертания домов и деревьев.
— Что, если сыщики из агентства поджидают меня рядом с домом?
— Пусть поджидают, иначе… — Он не закончил предложение, но Ниема догадалась, что это значит: «Иначе им придется искать себе другую работу».
— Они тебя увидят, — заметила она.
— Мы разделимся, и ты побежишь домой одна. Как только они увидят, что с тобой все в порядке, то сразу же снимут наблюдение.
— А что у нас сегодня по плану? Опять стрельба по мишеням?
— Да, и, еще продолжим курс упражнений по самообороне.
В эту минуту Ниема готова была усомниться в том, что парные тренировки так уж необходимы.
— Я думала, что мне достаточно пройти вводный курс.
— Нам же надо чем-то заниматься. Кто знает? Может, когда-нибудь тебе придется воспользоваться моими уроками. Кстати, сегодня тебе принесут посылки. В них новый гардероб, украшения и все необходимое.
— А зачем мне новые платья?
— Это часть твоего прикрытия. Ты будешь присутствовать на торжественных приемах в посольстве в качестве дочери друга посла.
Итак, ей предстоит игра с переодеванием, подумала Ниема. Будущая работа начинала ей нравиться все больше и больше. Подобно многим женщинам, она питала слабость к красивым вещам и стремилась хорошо выглядеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
